Ученик Мага или, я не волшебник я только учусь.

Ученик Мага, или я не волшебник, я только учусь. Глава десятая. Спринт за свою жизнь, или твою мать беги!!!

Вухгу-вухгу-вухгу-вухгу! Гул от стены пламени всё нарастает по мере приближения. Пытаюсь не трястись от ужаса и не потерять сознание в последние секунды моей жизни. Тело дрожит, предчувствуя свою гибель. Как бы там ни было, Росток Хаоса уничтожен с моим участием, жизнь прожита не зря, правда вот финал дерьмовенький, раствориться в пламени, исходящего из какого-то хаотического хмыря. И почему-то на ум приходит мысль именно раствориться, а не сгореть. Хм, это странно, но мне кажется именно так и будет. Удивительно что я размышляю именно об этом, лёжа на полу, обессиленный.

Внезапно, что-то вгрызается мне в плечо, боль пронзает уже и без того измученное тело. Будто этого мало, это что-то цепляется за ключичную кость, и быстро тащит меня по полу, стремительно отдаляя от стены смерти.

— А-а-а-йа-а-а-аы-и-и-и-а!!! — вырывается из меня рефлекторный набор звуков, вызванных сильной болью.

Плечо горит от боли, кость тянет на себе всё тело, издавая при этом не совсем приятные звуки, другой рукой пытаюсь хоть чуть-чуть подтянуться, чтобы ослабить на неё нагрузку, получается плохо. Крик один за другим вырывается из горла, глаза закрываются сами собой, но снова открываются чтобы показать мне всё безобразие на потолке помещения. Как только останавливаюсь в своём движении, надо мной появляется лицо снайпера.

— Сейчас будет немного тепло. — говорит он и я чувствую лёгкий укол в шею, и облегчение в левой ключице.

После этого, по телу проносится волна нестерпимого жара, меня трясёт, латинос держит мои руки. Несколько мгновений, и тряска пропадает, жар превращается в приятное тепло. Силы стремительно возвращаются. Я приподнимаюсь, снимаю с ноги чудом прицепившийся Истязатель, и встаю на ноги перехватывая оружие поудобнее. Удивительно, но я готов сражаться дальше, как ни в чём не бывало.

— Похоже, ты спасаешь меня уже второй раз, цербер. Спасибо. — говорю я.

— Без проблем, дружище. С тебя тоже самое. — бодро отвечает снайпер. — И возьми мой Упорядочиватель, меня ещё броня прикроет, а тебя точно распыляют на атомы без него.

— Но… — пытался спорить я.

— Приказ командира. — отрезал он.

После этих слов он вскидывает винтовку и делает три выстрела подряд, затем кивает призывая продолжать движение. Прикрепляю устройство к поясу и бегу со всех ног, толком не успевая прицелиться и попусту расходуя иглы. Рюкзак стал немного легче, но всё-же его ощутимый вес давил на плечи. Что за дрянь мне вкололи?

Почти догнал штурмовиков с Рембортом.

- П-дуф! - мощный выстрел адского дробовика оставляет сектанта без половины тела.

По какой-то злой иронии ноги убитого остаются стоять на земле, как раз на линии моего бега. Левой ногой ударяю по месту, где должен находиться таз, и опрокидываю остатки сектанта на пол, продолжая бежать. Сектанты так и вываливаются откуда только могут, из укрытий в виде гор мусора или железных балок, находящихся непонятно для чего в бомбоубежище.

Уже виднеется дверь, ведущая из этого зала в коридор. Плечо уже почти затянулось под воздействием униплоти, это хорошо, так легче держать оружие, да и кость не болит. Доузер отцепляет от пояса свой Упорядочиватель и бросает в сектанта. Устройство взрывается, превращая бедолагу в груду кровавого тумана, б-р-р. Теперь ещё один без защиты, хоть и в супернавороченной адской броне.

Автоматные выстрелы, крики сектантов, короткие сообщения церберов с местом положения врага, всё сливается в одну звуковую дорожку, на фоне гула, приближающегося распадения сзади. Поворачиваю голову назад, и вижу уже не стену пламени, а чёрно-серый густой дым с красно-коричневыми жилами, лица в немом крике, сверкали коричневыми глазами, наблюдая за нами. Теперь стена заметно быстрее двигалась, заполняя всё пространство собой.

— У меня плохие… новости товарищи. — пытаюсь чередовать дыхание и слова в передатчик.

— Твою мать беги! — раздаётся голос Ремборта в левом ухе.

— А вот… вот так и делаю. — отвечаю ехидно я.

В узком коридоре демоны не оставляют никаких шансов сектантам. Куда было простым людям, пусть и свихнувшимся от энергии Хаоса, тягаться в мастерстве войны с лучшими воинами ни много ни мало Ада? Разрывая на части выстрелами, испепеляя их пистолетом-жаровней и разбивая в кровавую тушу булавой демоны неслись, лишь иногда сбавляя скорость для очередной серии выстрелов и ударов. Снайпер взял в руку необычный, большой пистолет крупного калибра, и сносил им голову каждому служителю Хаоса. Бартоломео же, прицепился к Ханку за энергоранец силовой брони, и постреливал из своих небольших, под его размеры Узи, громко матерясь при каждом удобном случае.

— Надеюсь было больно сука! Вот тебе свинцовая наука! — завопил бес, и выпустил ещё очередь. — Получи град пуль! И сосни мой бесовский х…

Дальше я не расслышал из-за удара в левое плечо, разворачиваясь вокруг своей оси из-за этого толчка и безуспешно пытаясь удержать равновесие и выровнять движение, падаю в кровавую груду останков, оставленных бойцами подразделения Цербер.

С силой падая в груду тел, протыкаю насквозь щеку костью какого-то сектанта. Ай-ай-ай, до чего же больно блин! Вкус железа во рту. Пытаюсь вытянуть кость из щеки, безуспешно. Тело, не желая больше терпеть боль, не позволяет собрать волю в кулак и сделать всё одним рывком. Вот так и улёгшись на тело сектанта, пытаюсь освободить лицо, ёрзая им в разные стороны и пытаясь найти самый лучший угол для извлечения обрывка кости, неаккуратной формы.

Терпя сильную боль, омерзение от вкуса и заполнения рта кровью смешанное с запахом фекалий и крови от разорванных тел безумцев, слышу стремительно нарастающий, неестественный и такой уже знакомый гул. Вухгу-вухгу-вухгу-вухгу! Стена смерти всё приближалась, а я не мог ничего сделать из-за боли. Кто-бы мог подумать, что болевой порог на сегодня окажется сильнее силы воли и воли к жизни. В конце концов, я же человек, не демон. Не могу я совладать с болью.