Ученый в мире магов

Глава 19

Подняться на высоту 13-этажного здания, пусть и не вертикально, а под 80 градусов, пытаясь сосать воздух через мокрую мешковину – вот какая задача стояла сейчас перед Полом. Он конечно понимал, что рано или поздно лезть придется – но надеялся, что сможет хотя-бы избавиться от ядовитой пыльцы. А, следовательно, и от респиратора.

Пол обломал несколько сталагмитов своей дубиной, чтобы уже их обломками откалывать сталактиты, выросшие размером с руку. Они должны быть достаточно прочными, чтобы удержать его вес. В отсутствие альпинистского снаряжения Пол собирался заменить его, вбивая конусообразные минеральные наросты в трещины и щели между камнями.

Несколько осколков очень удачно откололись, превратившись в каменные ножи. Перенося будущие леса к месту подъема, Пол еще несколько раз попытался навредить цветку и опробовать ножи. Но в итоге только сломал один. «Ну и черт с этим неуязвимым цветком» - решил Пол.

Под отверстием находился широкий уступ на высоте 8 метров, ставший перевалочным пунктом. Забираться на него приходилось по стене, но угол в 60 градусов был легкой разминкой перед предстоящим подъемом. Перенеся самые прочные обломки на него Пол готовился к восхождению.

Скоро вечерело, но после темных пещер и тусклых магических кристаллов, солнечный свет был ослепителен. Стены пролома поросли густым мхом, который Пол тщательно соскребал каменным ножом, потому что надежнее кому-нибудь в волосы вцепиться, чем хвататься за мох…

- Волосы! И чего я туплю?! Джек Воробей свил веревку из шерсти со спины – а у нас троих такие знатные канаты на макушках растут! Да и ножик есть! – решив еще ненадолго отложить опасный подъем, Пол вернулся ко входу и после пары слов все согласились отдать свои шевелюры.

Даже Ирис была скорее рада, что может чем-то помочь, чем сожалела. Полу казалось, что именно он был нюней, который расстроился больше всех, хотя сам же это и придумал. Очень уж ему нравились его белоснежные мушкетерские кудри. Знай себе, гуляй по шахтам с шевелюрой европейской аристократии 18 века, да погоняй работяг.

Стричь волосы острыми обломками получалось не очень. В итоге, все выглядели не только обожжёнными, но и погрызенными волосяной молью и вшами. И если кривые шевелюры Пола и Ирис еще можно было перепутать с моднявыми прическами корейских сойбоев, то Иптон выглядел очень комично. На месте обрезанных дредов торчали три десятка волосяных пупырышков, делая его голову похожей подводную мину.

Но именно его полуметровые дреды оказались самыми полезными для плетения веревки. Их скрепляли друг с другом волосами Ирис и Пола. Получилось 6 пятиметровых веревок, которые Пол связал в два 3-хметровых толстых каната. Дополнительно веревки укрепили, пропитав их слизью. Получились прочные и удобные прорезиненные кабели.

Чувствуя, что теперь подъем станет на порядки безопаснее и проще, Пол с легким сердцем вогнал первый сталактит в щель между камнями. Одним своим концом веревки были прикреплены к прочной ткани штанов на поясе, на всякий случай еще и обернутые вокруг. На другом конце укоротившихся вдвое верёвок была завязана петля, которую Пол накидывал на каменные колышки, вбитые через каждые два метра. Благодаря запасу по длине, он мог раскачать и высвободить одну веревку, после того, как застрахует себя другой.

Из-за того, что приходилось часто возвращаться за новыми клиньями, едва при этом дыша, Пол преодолевал 40 метров больше 4 часов. Невольно вспомнился такой полезный Медицинский эвакуатор.

- Эх, жаль, что слизни здесь не ползают! Медэвак преодолел бы это расстояние за двадцать минут. – от воспоминаний о подъеме на спине слизня и высоты, с которой он мог в любой момент свалится, у Пола по всему телу забегали мурашки размером с кулак. Вбив последний камень в трещину, Пол подтянулся и цепляясь за сосновые корни выбрался наружу.

- Свобода! – выдохнул он, растянувшись на земле и впившись пальцами в почву. – Земля! Не грубый камень пещер и не скользкий налет натечных образований! Настоящая почва! Продукт многих сотен миллионов лет труда растений, превративших мертвые минералы в живой чернозем.

При этих словах в голове Пола что-то щелкнуло, словно парочке рептилий пришла в голову одна и та же мысль. Но Полу было все-равно – он лежал, блаженно перетирая пальцами комочки землицы. И мысль ускользнула, чтобы, дождавшись своего часа, выскочить озарением.

Солнце уже клонилось к закату, а растерявшийся Пол не знал, что делать. Пока он был там – внутри – выход на поверхность казался финишной чертой. Но добравшись до нее, он осознал, что немногое то и изменилось. Идти в деревню или в город ночью, Пол не собирался – он конечно оптимист, но не настолько.

А рядом ничего похожего на полезные ресурсы не наблюдалось. Кроме кривых низеньких сосен, которым не повезло родиться на продуваемых всеми ветрами горных склонах. А дальше – метрах в ста ниже по склону - уже росли десятиметровые ели. Но туда Пол спускаться не хотел.

Во-первых, он боялся заблудится и не найти потом этот проход, ведь Картография была отключена. Как и все остальные навыки, кроме Прерывателя. Скалолаз сейчас был не нужен, поэтому тоже отправился на скамейку запасных. А во-вторых Пол вполне разумно боялся того, что в этом ельнике может жить. Даже не считая медведей, волков, горных пум и бесстрашных отбитых росомах, которые населяют горы на Земле - совсем недалеко расположены гнездовья гноллов и гоблинов, и они наверняка тоже иногда вылезают наружу.

Не желая зря терять время и истощить всю ману, Пол обломал пару десятков веток и набрал валявшийся вокруг сухостой. Он скинул их вниз, вместе с кучей сухих иголок и земли. В последний на сегодня раз полюбовавшись закатным солнцем, Пол спустился, все так же аккуратно попарно страхуясь веревками. Подобрав добытые ресурсы и добавив к ним мха, он принес все это в лагерь. Практической пользой от добычи была способность гореть, но не это было главным.

Пол принес эти вещи чтобы порадовать старика и девочку. И вот он сидел и наблюдал, как они самозабвенно нюхали и трогали предметы из Верхнего Мира, по которому так скучали. Раньше ничего подобного Пол принести не мог, поскольку вокруг входа в шахты ничего не росло, а земля без растений выветрилась. Поэтому единственными сувенирами могли бы послужить разве что камни – но их хватало и в шахтах, до тошноты. Принести камни в шахту, из которой их вроде положено выносить – шутка года.