Училка и Звезда. Попаданки в ажуре

Глава 1. Неожиданное

— Ну, Вадька… Скотина самодовольная… Ничего, мол потерпишь, чай не красотка нарасхват! …Тоже мне альфа-самец нашелся — если больше трех минут продержится и то счастье! Ну почему, почему, мне мало игрушек, а подавай живого мужика? — гневно вспоминала Марья Ивановна, учительница физики, слова Вадьки — Вадима Петровича, преподавателя ОБЖ, в свой адрес и его кривую ухмылку, бредя домой и сжимая кулаки от бессильной злости. Он, да и Мишка — Михаил Гаврилович, физрук, и были единственными мужчинами последние пять лет её жизни. У неё начался отпуск, хотелось начать его ярко, но… На Турцию не хватало, а то бы она оторвалась там.

Да, она любила секс. Очень. Прямо скажем, очень — очень. Но всегда у неё были с ним проблемы…

Ей не везло с самого рождения. Она никогда не была красавицей — по крайней мере так она считала и держалась соответствующе. Ни лицом, да в теле ничего такого… Брюнетка, карие глаза, подумаешь… Только что ноги длинные и стройные, грудь… Ну есть, да… Могла быть и больше, но можно признать и так ничего. Мужчин к ней не тянуло. Может потому, что она слишком зажималась, но в этом она себе не признавалась. Она и девственность-то потеряла почти случайно, уже под тридцать, — однажды в большой компании, где все перепили, один из мужчин перепутал её по пьяной лавочке с предметом своей любви. Она же, сжав зубы, сдерживая слезы, не сопротивляясь, вынесла этот натиск, чтобы не вспугнуть, хоть было ей тогда и очень больно — тот так и не понял спьяну, что имеет дело с девственницей… Он же, проспавшись, ничего не вспомнил, а она почувствовала некоторое облегчение — если что, так хотя не девкой помрёт, такое вот ненормальное утешение…

Она даже тогда подумала: может, ну его нафиг, может, кому-то в кайф, а зачем ей, да так больно? Впрочем, через месяц она, презирая сама себя, решилась расставить точки над i — пытливый ум Училки не терпел недосказанностей. На деньги, заработанные в репетиторстве в свободное от школы время, вызвала мужчину-эскортника и благодаря тому много для себя в жизни поняла. Поняла, что без секса (а на любовь она даже и не рассчитывала) спокойно жить не сможет. Он же, кстати, восхищался ее пылом и желанием учиться и настоятельно советовал заняться собой — мол все у тебя будет, c таким-то темпераментом, и вполне неплохими внешними данными — пробуй, учись и ищи… В этом она ему не поверила — комплимент клиентке, чтобы еще позвала, ясень пень…

Ещё лет пять время от времени кое-как выходила из положения — она осознала народную мудрость: «нет некрасивых женщин, есть мало водки» — и искала любой повод подпоить будущую жертву своих домогательств. Так и попали физрук да обжешник в её сети; они не знали друг о друге в её постели, её темперамента хватало на обоих, и в общем-то те никогда не жаловались. Посматривала она и на трудовика, но уж больно часто тот был пьян и вообще неопрятен.

Она не ломалась, не просилась замуж, была готова на любые эксперименты, не требовала ни комплиментов, ни подарков. Ей просто хотелось… Очень хотелось.

А им в свою очередь просто хотелось отдохнуть от бытовухи, жён, выноса мозга, скучного никакого секса. Марь Ивановна всё это понимала — ее мужчин всегда ждал полный стол, горячительные напитки и всё то, что они видели в порно, по высшему разряду, так что те потом, еле переведя дух, восхищённо выдыхали: «Ну ты и горячая штучка, прям Марья-искусница! Тебе бы в порно сниматься — точно была бы королевой!» А с лица, как говорится, мёд не пить…

Тем не менее и с ними бывало непросто — они хорошо понимали её желания и потребности, временами, вот как сегодня, вели себя так просто нагло, решая, быть ли сегодня празднику плоти или нет. Вот и сегодня в последний момент Петрович её обломал, сказав, что сегодняшний футбольный матч, о котором он и забыл, пропустить не может, и, взяв пиво с чипсами, брякнулся на диван. Мол, давай завтра…

— Господи! — возопила она дома, подойдя к окну. — Ну за что, за что мне всё это? Ну почему мне не попадутся нормальные активные мужики, много нормальных мужиков???

… Даша Лесова, известная под своим псевдонимом Даша Hot, в полном расстройстве чувств читала и перечитывала контракт, который она была вынуждена подписать. Да, в её бизнесе — порно, актрисы, как правило, быстро выходят в тираж. Не была и она исключением… В свои двадцать пять она прошла все ступеньки нарастания жанра, и больше её никуда не хотели брать на нормальный гонорар во что-то умеренно жесткое, и вот финал — выбор: или закончить карьеру, или сниматься в групповухе… Во всем остальном за эти годы примелькалась.

Вопрос был не в физиологии — опыт за годы карьеры уже был изрядный. Но больше двух мужчин за раз у неё никогда ещё не было, а тут — пятеро, и она побаивалась… Да и Серега, ее партнер и палочка — выручалочка сегодня не мог, а обычно все новое с ним проходило легче, как-то с ее первых съемок так сложилось, он был деликатен и доброжелателен…

Можно было уйти, кое-какие деньги ей конечно отложить удалось за эти годы, но уж больно хорошую сумму за первые съемки в этом жанре ей предложили, и она решила-таки рискнуть… Хотя от секса её уже просто тошнило. Она тщательно это скрывала, но на съёмках, да и в жизни, она всегда имитировала оргазмы. У неё и в жизни-то мужиков потому не было — она сама справлялась, благо игрушек нынче море. Ей более чем и так хватало мужиков на съёмках.

Ей предлагали уйти в эскорт — были любители таких вот актрис, сулили большие деньги. Но она себя уважала и проституткой, даже просто содержанкой быть не хотела.

…Может, зря она согласилась? Но уже поздно — если она сейчас откажется, то влетит на очень приличную неустойку; Арнольд не живодёр, но бизнес есть бизнес, да и её точно потом больше приглашать на съёмки не будут.

Нет, она выдержит, обязательно выдержит! Тем более что это ee последняя съёмка по контракту. Если всё пройдёт нормально — может, пролонгирует. А если нет — продаст квартиру и с деньгами за неё и с теми, что накоплены за годы траха на камеру и за эту съемку, свалит куда-нибудь подальше, где шансы её узнать на улице невелики. Немало её товарок уезжало так на Бали или в Тай…