Училка в Школе Драконов - 2

Глава 26

Глава 26.

С моим первым оборотом ничего не изменилось. Я попросила Азарата и Элана не афишировать эту новость. Одно дело – праздновать первый оборот драконенка, а другое – взрослой драконицы. Даже смешно. Тут не праздновать, а плакать надо бы – оттого, что все в жизни через одно место.

Так я себя и ощущала – вроде бы замужем, да не замужем, вроде бы есть двое детей, а по факту – одна Ника. И то я мать-то посредственная: постоянно на работе или на учебе и ребенка почти не вижу. Вроде бы работа любимая… да в другом мире, хотя, если задуматься, то, от того в каком бы мире работа ни находилась - ничего не менялось, работа все же таки была любимой. Ну хоть что-то стабильное есть в моей жизни.

Я все так же продолжала вести занятия в школе. Во второй половине дня у меня всегда были назначены свои тренировки. Я так же изучала бытовую, боевую магию, управление магическими потоками и взаимодействие со стихиями не напрямую, так как не была стихийницей, а через плотные потоки вновь созданной магии, которые подхватывали стихию и крутили ей как хотели. Изучала полеты, обороты в драконью форму и обратно. Обороты должны были проходить мгновенно, а нахождение в драконьей форме не вызывать желание остаться в ней навсегда.

Сына я почти не видела – на моих уроках он никогда не появлялся, а тренировки по драконфайеру из-за подготовки к Чемпионату занимали теперь все его свободное время. Он даже к Нике и Алексу почти не приходил. Мои тренировки по обороту и обратно, на которых мы теоретически могли бы пересекаться, и тоже проходили отдельно от всех. И это несмотря на тот факт, что Стефар тоже недавно обернулся, и нас могли бы хотя бы ради экономии времени тренировать совместно, но Азарат решил, что это будет не продуктивно.

К ученикам я за эти полгода уже успела привязаться, и старалась, чтобы им мои уроки были интересны, полезны и приносили максимальную пользу. Кроме того, ко мне часто на дружественные гостиные приходила моя ученица из моего прошлого мира, с прошлой жизни: творческий маг Лиса - та самая, которая в самые трудные первые месяцы моего пребывания здесь, подарила мне брошь, показывающую фотографию моей семьи.

Лиса уже адаптировалась в этом мире даже лучше меня, и ей эти поддерживающие встречи для иномирян-первокурсников, казалось бы, не особенно были и нужны. Но все равно мы с ней любили остаться после встреч дружественной гостиной и посидеть вдвоем в тишине класса.

Я заваривала чай с мятой, и мы иногда разговаривали о нашей прежней школе, о ее друзьях. Это было как напоминание о прошлом, о том времени, когда мы не знали о магии. И пусть мы обе любили магию и нам нравилось то, какой яркой она делает нашу жизнь, тем не менее, мы не забывали о цене, которую иномирянам приходилось платить за возможность ею пользоваться. И если мне повезло чуть больше - мои родные, благодаря стечению обстоятельств оказались в этом мире со мной, то Лиса, сделав свой выбор, была по-прежнему оторвана от семьи, одинокая, отвечающая только сама за себя в этом мире.

Поэтому она так тянулась ко мне, как к ниточке, связывающей ее с прошлым. Про службу у императора она говорила мало, и я догадывалась, что еще когда она была на практике, с учетом ее возможностей уже в таком возрасте создавать магические инкрустации перехода, на нее наверняка повесили далеко не одну магическую клятву для последующей службы при дворе. Зато мы часто вспоминали наш мир, общих знакомых, качели в местном парке, известные книги и фильмы, стихи и города, животных и рыб, которые не водились здесь.

Отношения с местными учениками у меня тоже наладились. Я уже легко блокировала все шалости, все попытки детей какими-то заклинаниями дискредитировать меня. Мои знания о магии росли, возможности – тоже, а навыки владения заклинаниями становились привычными.

На попытку облить меня водой я моментально создавала щит, от которого вода не просто отталкивалась, а даже пружинила в того, кто направил ее в меня. Ученик, который задумывал сделать шалость, а потом собираясь оправдаться случайным выплеском стихии, тут же сам оказывался мокрым с ног до головы, причем так прицельно, что ни одной лишней капельки не оказывалось на его соседе. Сидеть мокрым никому не нравилось, поэтому эту затею ученики отбросили быстро.

Лианы, пытавшиеся опутать мои ноги, когда я шла между партами, раздавая контрольные, по щелчку моих пальцев завязывались в узлы, мешая нашкодившим эльфам втянуть их обратно. Эльфам это не нравилось, и в конце концов они тоже успокоились.

А вот хлопушки, шутихи, волшебные фонтанчики и прочая дребедень, бывшие какое-то время были моей головной болью, все еще оставались излюбленным развлечением моих учеников.

Мне частенько приходилось действовать по одной выверенной методике. Все магическое хлопушки и тому подобное, я, даже не оглядываясь, отправляла обратно в портфель хулигана, для верности небрежным движением руки магическим потоком притягивая воду из-под крана и придавливая ей портфель сверху.

Видимо, вреднющие маленькие будущие маги рассчитывали напугать меня резким звуком и вызвать спонтанное выпускание крыльев, а то и оборот, чтобы сорвать занятие, но я, изо всех сил стараясь не нервничать, на очередную хлопушку лишь качала головой и отправляла очередную магически усиленную пиротехнику в полет до портфеля. Раз за разом, делая это, я спокойным голосом убеждала детей в бессмысленности этой затеи.

Большинство детей, действительно, вскоре поняли бессмысленность этой затеи и спустя какое-то время переставали пытаться мне пакостить, но некоторые не верили, что у них не получается меня извести и злились.