Учитель для плюшевого мишки

Глава 1.

«Русские не сдаются!»

Маргарита

– Нет, Маркова! Нет и еще раз нет!

– Ну Петр Михайлович, я три года ждала этого распределения! Вы же мне обещали, что после трёх лет стажа меня переведут в Москву.

Я была вне себя от ярости! Три года! Три чертовых года в этой Богом забытой школе, в которой и учить то особо некого, я горбатилась, чтобы дождаться перевода в Московский педагогический университет, работа в котором не только престижна, но и оплачивается, как три моих ставки, а то и выше. А теперь всеми (не)любимый, уважаемый директор даже слушать меня не хочет, утверждая, что он и так Розу отпустил, и теперь половина классов осталась без учителя. А, сказано, я тут причем? И вообще, помнится мне, пару недель назад, Шмелёва Роза Ивановна, «Подающий большие надежды, молодой педагог, с прекрасный образованием», как любит говорить этот лысый черт, «И с прекрасным ртом», как про себя дополняют большинство коллег, клялась мне, что откажется, если на наши прошения ответят из Москвы.

И что я вижу теперь? Эта сучка, явно пробившая себе дорогу не через упорный труд, а скорее через упругий зад, умотала в Москву, заняв мое место!

– Маркова, у них была только одна ставка! Ты представь, какие люди там работают! И не брать же им на работу всех подряд? Вот Розочка молодец, выбила себе работу! – гордо сказал Петр Михайлович. Так и хочется расцарапать ему лицо, мерзкий тип. И как он вообще дослужился до директора?

– То есть, вы хотите сказать, что я, лауреат всероссийского конкурса молодых педагогов и автор множества крайне полезных методических пособий для учителей, просто им не подошла? – нет, ну это уже не в какие ворота не входит. Либо я его сейчас придушу, либо уволюсь к чертям.

– Маргарита Петровна, поймите меня правильно. Вы все же простая, провинциальная девушка, не сильно отличающаяся от других. Да и вообще, вы нам тут больше нужны. Ну так что, возьмете пятые классы? – быстро перевел тему директор, абсолютно отказываясь назвать мне истинную причину потери моего единственного шанса выбраться из этой глубинки и добиться всеобщего признания.

– А ваша Розочка, конечно, Богом одаренный педагог, Петр Михайлович. – ухмыльнулась я, тонко намекая старому козлу, что мне известно, почему вместо меня отправили Розу.

– Я все сказал, Маркова. И больше бегать за вами я не намерен! Либо забирайте классы, либо увольняйтесь. Вы думаете, вы одна такая? Да знаете, сколько молодых педагогов ждут, когда у нас появится вакансия? Уж не переживайте, замена вам всегда найдется. И может даже лучше! – Он аж покраснел от натуги, пытаясь унизить меня еще больше. Смешное и жалкое зрелище. Все, Рита, хватит это терпеть! Пора что–то менять. Раз в Москву мне не суждено попасть, то хоть на край света.

– Удачи, Петр Михайлович. Заявление на увольнение пришлю факсом. – развернулась я на своих высоких каблуках и грозно поцокала в сторону выхода.

– Маркова, вы куда? Немедленно вернитесь! Еще один шаг, и вы уволены! – запищал мой бывший директор, краснея еще больше.

Давно пора было это сделать. Только время тут потеряла. Ну что–ж, следующая остановка – дом. Так хочется смыть с себя запах его мерзкого, вонючего одеколона, от которого даже цветы чахнут. А потом можно уже и решить, где искать работу. Может все–таки попытать счастье в Москве? Пусть это будет и не университет, но в Московские школы тоже вполне достойные варианты.

***

Порывшись на сайте по поиску работы, я обнаружила пару интересных вакансий. Одна в Подмосковье: небольшая, относительно новая школа ищет учителя начальных классов. Ничего необычного, стандартная школа, как и сотни других, ставка, конечно, маленькая, но если выбора не будет, то почему бы и нет. Все лучше, чем оставаться на этом дне страны.

А вот вторая вакансия меня заинтересовала куда больше. В «Ефимовскую Школу–интернат для детей сирот и детей оставшихся без попечения родителей», требуется преподаватель литературы, со стажем работы от 3х лет, личное портфолио приветствуется. Что я, сиротских детей, что ли не видела? Зато зарплата там в два раза больше моей и предоставляется полный соц. пакет и т.д. и тп. Эх, была не была. Надо же с чего–то начать?

Договорившись о собеседовании через неделю, я быстренько собрала вещи. Благо квартира была съемная и мебель таскать с собой не нужно. Возле детского дома мне предлагали выделить какую–то халупу в нашем городе, но посмотрев на ее состояние, я ужаснулась. Даже в нашем, обветшалом от времени детдоме было не так уныло и запущено.

В детский дом, по рассказам няни, я попала рано. В возрасте трех лет родители оставил меня дома одну и не вернулись... Бросили. Так я и попала в маленький ад на земле. И разве после многолетнего пребывания в детдоме я могу испугаться работы в интернате? Да не в жизнь. Русские не сдаются!

***

Спустя неделю я стояла на вокзале, сойдя с поезда. После 12 часов в сидячем положении было приятно размять затёкшие мышцы и вдохнуть не особо свежий, городской воздух. Мимо проносятся спешащие кто–куда люди, не особо обращающие внимание друг на друга. А мне, девочки из маленького, брошенного всеми городка, сложно привыкнуть к такую быстрому темпу жизни.

Выйдя с вокзала, я направилась в сторону автобусной остановки, с которой, судя по навигатору, я попаду прямо к интернату. Уже, было, собираясь выйти с территории вокзала, я врезалась в появившегося словно из неоткуда мужчину. Сказать, что я охренела – ничего не сказать. Передо мной, с крайне удивленным выражении лица, застыл почти что скандинавский бог. Высокий темноволосый мужчина, с безумно пленительным черным взглядом, от которого хочется чуть ли не потереться об него, мурлыча, как мартовская кошка. А про его явно натренированное тело, обтянутое дорогим темно–синим костюмом, вообще молчу. Стараясь не заострять на него взгляд тихо извинилась, слегка отойдя в сторону, чтобы пропустить его вперед. По всему его виду было понятно, что он куда–то очень спешит. Но либо он меня не услышал, либо умственная деятельность ему трудно давалась, мужчина стоял как вкопанный, без стеснения разглядывая меня, словно давно желанную игрушку на витрине магазина.