Учительница поневоле. Пленница замка Грифонхолл

Глава 10

Я не ожидала, что здесь будет так ветрено!

Это намного усложняло и без того почти невыполнимую для графа задачу. Я видела, с каким трудом он сохранял равновесие на покатой крыше, и это притом, что граф еще не сделал ни шага. А ведь ему предстояло пройти по ней как минимум метров пять!

Я решительно преодолела последние две ступеньки и, не раздумывая, полезла в распахнутое настежь арочное окно.

— Сейчас же убирайтесь отсюда! — неожиданно рычит на меня грифонхоллское чудовище, делая осторожный шаг по направлению к шпилю башни.

Я же его почти не слышу. Я смотрю туда, где около каменной скульптуры грифона, у самого края крыши сидит мальчуган. Перепуганный насмерть, сжавшийся в крошечный комочек…

Мое сердце холодеет от ужаса. Отчего во мне вмиг просыпается материнский инстинкт, заставляющий женщин всех миров и народов совершать немыслимые поступки.

— И не подумаю! Без меня вы не справитесь, милорд!

Словно в подтверждении моих слов трость графа тут же соскальзывает, и он едва не падает. И лишь по счастливой случайности ему как-то удается сохранить равновесие.

— Да пропади ты в тумане забытья!! — Граф со злостью отшвыривает от себя свою трость и становится еще более беспомощным, чем раньше…

Хотя, на крыше в ней было мало прока, и все же ему не следовало этого делать. Как он собирается спасать сына, если он без своей трости и шагу не может сделать?!

Ответ на свой вопрос я получила незамедлительно. И не успели мои ноги коснуться крыши, как де Сенталье сделал шаг вперед. Затем еще один и еще…

Я не верила своим глазам. Но он шел, балансируя на кромке крыши как заправский канатоходец! Человек, который едва ходил!!

Надо же, несмотря на всю свою жестокость и холодность, в его сердце жила трепетная отеческая любовь, которую он успешно скрывал под маской суровости.

Не успела я об этом подумать, как случилось нечто ужасное. Я лишь увидела, как граф взмахнул руками и упал словно подкошенный. В то время как из-под его ног в разные стороны полетели куски черепицы…

Как ни странно, но я мигом преодолела расстояние, разделяющее меня с графом. При этом под моими ногами не шелохнулась ни одна глиняная плитка. Но это и не удивительно, ведь я была намного легче его.

Успела я как раз вовремя, и не протяни я ему руки, Грифонхолл навсегда остался бы без хозяина.

Но я так думала лишь в самом начале. Совсем скоро я поняла, что вовсе не спасла его, а лишь отодвинула трагедию на какое-то время. Скорее, даже на мгновения.

— Ради бога, милорд, сделайте же что-нибудь! Я вас так не удержу!!

От ужаса я сама не знала, что несу. Видела же, как он отчаянно цеплялся за черепицу, как сдирал себе пальцы в кровь. Но, несмотря на все усилия, тело графа медленно и бесповоротно продолжало сползать вниз…

— Лорейн, отпустите меня. Спасайтесь сами!

Чтобы не утащить меня с собой в могилу, граф решил проявить благородство. И как хорошо, что в этот самый момент к нам подоспела помощь.

Смельчаком оказался один из охранников замка. Он схватил графа за руки и помог ему забраться обратно на гребень крыши. Но, не успел он этого сделать, как хозяин Грифонхолла вновь продолжил начатое.

— Дориан, не бойся, я тебя спасу!

Не успел он сделать и шага, как его спаситель, молодой мужчина крепкого телосложения, робко заметил:

— Милорд, я прихватил с собой веревку. Надеюсь, у меня это получится. — Он уверенно ступил на конек крыши. Но, увы, не успел смельчак пройти и пару метров, как черепица начала буквально разъезжаться у него под ногами в разные стороны… Надо признать, его бы не спасла ни страховочная веревка, ни его смелость. Так что неудивительно, что благоразумие в нем все же победило, и охранник вернулся назад ни с чем: — Милорд, вы можете выгнать меня из замка, но мне это не под силу. У меня же трое детей…

Сама не знаю, как у меня это получилось. Но не успела я опомниться, как ноги сами понесли меня туда, где возле жутковатой статуи плакал несчастный ребенок.

В то время как его мать преспокойно готовилась к свадьбе со своим новым возлюбленным. И её, судя по всему, не волновала судьба собственного сына… Ведь мадам Ванделия утверждала, что графиня после своего бегства от мужа так и не появилась в замке ни разу!

Я чувствовала, как у меня дрожат колени. Всеми силами я старалась не смотреть вниз, боялась, что тогда меня накроет паника.

Черепица, которая пролежала здесь не одно столетие была очень хрупкой. Но меня она все же выдерживала, поэтому я не переставая шептала про себя молитву…

— Дориан, хороший мой, иди ко мне, — как можно спокойнее обращаюсь я к мальчугану с изумительно голубыми глазами. Такими же, как и у его папы, с той лишь разницей, что у Дориана они не похожи на льдинки.

Мальчуган смотрит на меня недоверчиво.

Но потом что-то вдруг изменилось, и он бросился ко мне с криком:

— Мамочка!

У меня все внутри перевернулось… Я присела, обнимая его крепко-крепко.

Его голубые глаза, похожие на летнее небо, были полны слез, но в них уже не было прежнего страха. Я гладила его мягкие, слегка всклокоченные светлые волосы, чувствуя, как дрожит маленькое тельце. Поэтому я его не торопила, просто сидела рядом, отдавая ему свое тепло и заботу.