Учитесь магии, наёмники!

Необходимые случайности

Под тревожным и любопытным взглядом Виктора Мальцева Алексей Лапшин в третий раз перечитывал письмо своего пропавшего деда…

«…эта Земля защищена от нашей древней расы своей абсолютной бесполезностью – она не обеспечивает долголетия и не позволяет нам иметь потомства. Но нас с твоей бабушкой она защищала какое-то время. Как беглецов. Скорей всего, нас обнаружат: кланы «властителей» никогда не прекращают поиски пропавшей собственности – а мы с Артемидой относимся к их собственности, к несчастью. Знаки подчинения у нас ты видел, Алексей. Мы – лекари самой высокой категории. Необычайная регенерация «властителей» еще не дает им гарантий от неожиданных болезней, особенно относящихся к психике, к мозгу.

            Если читаешь, значит, «хозяева» нас нашли. Мы не умеем вытаскивать из себя эти метки. Проживем-то теперь, наверно, очень долго, вопрос – как? И не покидает чувство уверенности, что мы еще встретимся с тобой. Оно, это чувство, есть и у бабушки, и основано на твоих свойствах – откуда они, нам неведомо. Пусть очень слабые, еле заметные и то – только для нашего тренированного взгляда, но целых восемь энергоузлов у тебя – это небывалое явление. Хотя… Это для нас оно небывалое, а ведь такой особенностью обладает большинство землян. Вот почему-то использовать это свойство, владеть им вам не дано! Мы с Артемидой пытались разбудить у тебя спящие способности, как и у твоих друзей Мальцевых. Что-то стало получаться, но, как видишь, мы не успели, жаль…      

            Может встретимся…  А, может, и нет.  Не буду много рассказывать – раньше нужно было, только ни к чему это. Наоборот, можно ведь и к тебе привлечь ненужное внимание. Хотя мы были очень рады, когда у тебя стало получаться смотреть внутренним взором. Ты помнишь наши знаки принадлежности: белый диск с изображением дерева – это символ ветви творцов. А вот серая узкая кайма по окружности означает наше рабство, другим словом не назовешь. Рабовладельцы – властелины или властители, назови, как угодно, их знак - корона в том же белом круге. Друг от друга символы кланов отличаются только разным начертанием и цветом короны – но она должна быть обязательно! Если попадется тебе знак с любым другим символом, без короны, – это «творцы». Собственно, мы с Артемидой ими и являемся, но… судьба и излишняя самоуверенность… С творцами можно иметь дело. Хотя всё это для тебя – так, на всякий случай. Где ты их можешь встретить?

            Когда-то, пользуясь аварийной остановкой у этой планеты, нам удалось сбежать с гибнущего корабля, выжить и замаскироваться. Сам корабль, кажется, взорвался, раскидав свои части по всему восточному полушарию, - вспышка была. Но, повторяю,  наша удача - это лишь на время. Земля нас защитила, но у неё нет той энергетики, которая нам необходима. На всякий случай записываю то последнее, что было на главном мониторе: координаты пяти миров, наверно, обнаруженных и захваченных «властителями». Зачем это тебе – не знаю, может, только для передачи нашим родственникам-творцам (при практически нулевой вероятности твоей встречи с ними). И эти-то записи удалось подсмотреть случайно, а ведь мы не помним даже, где родились сами! И где живут наши «хозяева», сколько их – тайна за семью печатями…

            Это всё, Алексей. Прости, что ничего не говорили раньше. Поклоны тебе от бабушки Артемиды и разные пожелания! Прощай, внук, с надеждой на встречу!»

            И что? Алексей мог бы и не перечитывать это письмо – запомнил до последней запятой с первого раза, даже пять строк непонятных символов отпечатались в памяти… Ясно стало только одно окончательно: дед его Артемий и бабушка Мира – не от мира сего, в буквальном смысле. А так, их целительские способности в деревне – ну, вызывали уважение, порой страх у людей. Только ведь в последние годы по стране столько появилось разного… С необычайными-то свойствами народу развелось! И не всегда – шарлатаны. Того же Алексея они научили же лечить: и себя, что очень пригодилось после ранения, и окружающих. Пусть не шибко эффективно, но тем не менее. Правда, очень уж просили эти свои умения не афишировать. Одно дело они – старики-колдуны, кто в них верит из серьезного медицинского мира? Другое – молодой парень, которого можно взять на обследование феномена. Не бывало такого? Ага! Вон гляньте в телевизор – выпускают порой малышню: кто считает быстрей компьютера, кто животных усыпляет, кто запоминает сходу немыслимое количество информации… Кто… И где они после этих показов? Где они во взрослом состоянии? Встречал их кто-нибудь, известна их судьба? Вот именно…

            Лечению-то учила, в основном, бабушка. А дед… После того, как они с Витькой Мальцевым еще в первом классе защитили Витькину сестру-близняшку Светку от трех четвероклассников и вернулись по домам в синяках, фонарях и ссадинах, дед Артемий всерьез озаботился физической подготовкой малышни. А было-то в их пятнадцатидворовой деревеньке этого возраста всего трое: Алексей Лапшин, Витька да Светка. Другие: трое подростков лет по четырнадцать, да совсем уж мелкие. Вот с ними троими дед и занимался. По-серьезному. Поначалу познакомил с медитацией (хотя, слова этого дед не использовал и шипел, когда слышал его) – чтобы, значит, могли определять свое состояние. Потом помаленьку начал вкладывать в головы знания всяких… ну, и просто и приемов драки не банальных, но в основном, способов улучшения тела. Детей не очень в ту пору интересовал вопрос, как это у деда получается – стали сегодня знать то, чего вчера не было – надо проверять в деле и всё. Проверяли старательно: то в реке сидели до полного посинения, то морозной ночью в лесу ночевали до волдырей на ушах и руках, то по верхушкам молодых берез скакали: тут уж и до качественных шрамов доходило! Отец с матерью Мальцевых сколько ремней измочалили о задницы близнецов – а нечего одёжу рвать, не напасешься! Бабушка Мира только причитала – ну, женщина же! Часто – матом причитала: женщина, однако, вполне деревенская. Дед только хмыкал, рассматривая очередные Лёшкины штаны, располосованные сверху донизу. Занятий не прекращал, даже, наоборот, увеличивал нагрузки. Зато, когда они закончили начальную школу и стали ходить на учебу за семь километров через большую деревню, у мелких жителей к этой троице не было вопросов. Даже у старшеклассников. Нет, поначалу попытки были, а как же – ходют тут не по своей территории. Да и Светка чем-то вызывала интерес… Иногда и поодиночке приходилось двигаться. Но после трех-четырех «выяснений», особенно после приставаний к девчонке, как-то вдруг пропало желание с ними связываться.