Удача своими руками

35

Мирабет

Двигаться я не могла, и этим подло пользовался Гер. Мое тело не то что черепашку изобразить не может, а даже трупа не способно показать. Так и сижу у дерева и вяло наблюдаю за играми мужчины.

Вот он собирает мои вещички, а теперь пытается притронуться ко мне и так чтобы я не заорала от боли. Глазами я показываю, что его ждут все наказания, которые только вселяться в мою фантазию, но ему мой праведный гнев не страшен. Встал, задумался, а потом вспомнил, что я в одной огромной рубашке и в шкуре фейха. Начал копаться в моем рюкзачке и нашел чистые штаны. Кажется, меня сейчас одевать будут?!

И все это в полной тишине, лишь Гер иногда довольно усмехается и продолжает «играться».

Ну и зачем я вчера изображала из себя супер крутого бойца? Научилась превращать веер в меч и нет бы остановиться! Так мне тренировку подавай! Самое главное, что я заметила … мой меч «разговаривает»! Какими—то эмоциями, чувствами или восприятием, но я его понимаю! Он вчера обучал меня, и в конце мне даже показалось, что возле меня стоит какой—то рыжий парень, но потом все испортил Северин! Чтоб его любопытный нос прищемило!

Хорошо, что с Гером в образе фейха я разговариваю мысленно, а не то бы спалилась и наверняка получила бы по мягкому месту. Будь я мужиком — я бы рассердилась на девчонку, которая обломила удовольствие в доме Невинности.

… Меня одели, теперь Гер в полной мере командует моим телом. Только с отросшими волосами не знает что делать. Я же сама себе делала растрепанный куцый хвостик, а челку закалывала. Мне не нравиться убирать челку – у меня лоб большой, но для парня это не принципиально. Я вообще уже изуродовала всю себя. Волосы вот покрасила … хотела в каштановый, но здешняя краска сделала меня серой с явными признаками седины. Только вот чистый воздух и продукты без консервантов откопали на моем лице румянец, поэтому и цвет лица приходиться скрывать. А иначе ведь раскрыться не долго. Мирабет была девочкой примечательной – светловолосая с голубыми глазами, а здесь все темные. Как же мне скрыть свою внешность? У меня даже народность с русыми волосами ассоциируется, и все иностранцы называют «русами». Так, опять я в свою любимую историю закопалась! Нужно заставит Гера положить «куклу — игрушку» на место!

— Гера, — слабо пропищала я и оказалась на спине фейха. – Герочка, положи меня, — взмолилась я и … сползла с гладкого меха животного.

Хорошо, что двигаться не пришлось. Слабо доковыляла до дерева и свалилась. Все на большее меня не хватит!

«Я же говорил, что слабая женщина не способна стать воином», — раздалось в голове.

— Не воином, — возразила я и улыбнулась, когда фейх подлез мне под руку. – Не хочу мышц, как у северян… — попыталась пошутить я и натолкнулась на серьезную морду зверя. – Просто … я не знаю, что мне делать в этом месте. Меня пугает бездействие и неизвестность, — слова сами срывались с языка, а я смотрю в глаза фейха и вижу мужчину, который не знает, что делать с капризами девчонки. – В моей жизни есть люди, о которых нужно заботиться, и которых нужно опасаться — дотронулась до мягкой шерсти хищника и упала на его напряженный бок, не смогла удержать равновесия. – Если я буду слабой, то погублю не только себя, но и окружающих. Меня это устрашает. Чтобы я не делала — все говорят, что это не женское, а что тогда делать айзаком? Хлеб резать? Я не умею готовить здешнюю пищу, печи для меня существовали в музеях, а рожать детей … без врачей и акушеров? У меня такое ощущение, что не мое это … Есть же что—то, что мне по силам? – Заглядывая в глаза фейха, спросила я. – На моей родине говорили, что бог дает лишь то, что человек может вынести.

По щекам заструились слезы. Сейчас, когда мое тело ныло от перенапряжения, я чувствовала себя беззащитной, но упрямо хваталась за устоявшуюся стабильность. Если я покину северян, то куда пойду? Что я умею? Что меня будет ждать, если за мной присматривает сама богиня Смерти?

Мощный бок животного вздымался от дыхания, а я … глупо глотала слезы. Напряжение всех здешних дней вылился в поток из моих переживаний. Я не могу быть немного слабее Северина, сославшись на женскую природу. Все требуют от меня больше, чем могу выжать из своего тела. Зарывшись лицом в теплый мех, я пищала, стараясь не рыдать в голос. Мне тяжело физически, а мужики со всех сторон еще и эмоционально давят!

Женщины слабые? Да, когда это нужно мы очень слабые! Эта слабость помогает нам быть противоположностями для мужчины. Мы боимся всего странного? Да, но тут же находим того кто будет укрывать нас от опасности. Иногда сами ОДНИ справляемся со своим ужасом. Даже боясь мышей, мы кричим, но тут же кидаем тапок в эту гадость. У меня такая природа – бояться, чтобы искать решение проблемы.

— Мира, — уже мужские руки гладят мою макушку, а я утыкаюсь в кожаный жилет на груди моего сопровождающего. – Тебе сложно и плохо … отступись.

Он не знал, почему его сердце дрожит, а душа так хочет поверить в мысли этой девчонки. Сейчас она была слаба, слаба на столько, что на ногах не стояла, но … ее голос. Он несся по венам, огибал сердце и застревал в голове. Она слаба, ее нужно защитить, но силы в ней не убавилось. Да, она девчонка, которая не может сдержать истинных чувств и сейчас она рыдает на его груди, но … Она открыла свою душу ЕМУ … постороннему человеку, который желает увести ее в глубинку. Доверчиво прижимается и просит подождать, дать время, ведь ей не хочется бояться и убегать. Такая сильная и в тоже время слабая. Что она с ним делает?

Мужчина осторожно обнял девочку и, погладив по голове, шепнул:

— Давай тогда попробуем вместе. Все же я не смогу уйти от тебя, поэтому … стань сильной! Докажи мне свои слова! Будь той, о которой этот свет не знал! Только, если что—то пойдет не так, то я заберу тебя и спрячу там, где никто не найдет. Мне дорога своя жизнь, а душу держишь ты. – Принял решение мужчина, горестно вздыхая.

Он понимал, что может поплатиться всем, если уступит плачущей девчонке. Но было в ней что—то, что даже сейчас, в ее момент слабости, вселяло надежду. Был ли это стальной блеск в заплаканных глазах или решительные движения девичьего уставшего тела. Но… и фейху хотелось остаться с северянами. Наблюдая за тренировками и воинами, он учился. А вечером к тому же приходят рыбки – он вчера одну утащил по—тихому. Все равно там никто не считал. Да и … Гория, тоже странный объект. Что—то было в ней!