Удивительная история девушки-изобретателя

Глава 7

— Вау! — вырвалось восхищенное, когда внутренние стены комнаты переноса загорелись нежным белым, а не ослепляющим голубым, светом. — Красота…

— Благодарю за лестную оценку, — произнес кто-то бестелесным мужским голосом, вынудив меня подскочить едва не к потолку.

— Кто здесь? — я нелепо оглядывалась по сторонам, хотя не заметить еще одну личность в тесном помещении было невозможно.

— Прошу прощения за бестактность, прекрасная леди. Извольте великодушно представиться. Григорий — портативный мгновенный переместитель материального объекта или объектов из одной точки пространства в другую, — удивительно вежливо ответил мужчина… то есть телепорт, вгоняя меня в легкий ступор.

— А-а… — самое нелепое, что можно было произнести в такой ситуации. Но вспомнив, что в меня тоже довольно долго воспитательницы вбивали правила вежливости, независимо от сущности собеседника, я произнесла: — Амилетта, рада познакомиться. У вас довольно необычное имя, Григорий.

— Ох, очень приятно, что вы обратили внимание на это, — словно смутился он, и даже стены помещения приобрели розоватый оттенок. — Это имя принадлежит одному прекрасному, но далекому человеческому миру. Конкретнее, одной стране, где я любил бывать при жизни.

— При… жизни? — «А она может быть у телепорта?» — не решилась спросить.

— Верно. Вы могли бы воспринять бестелесный переместитель за нечто вроде духа или сущности, но на самом деле все мне подобные принадлежат к почти исчезнувшей ныне расе. Впрочем, моя жизненная история вряд ли вас заинтересует… — прозвучало так грустно, будто загадочному существу очень хотелось мне рассказать, но будучи джентельменом при жизни, он не смел навязываться.

— Нет-нет. Мне интересно. К тому же, дакран Аш-Ари все равно наказал ожидать его возвращения, не почитая за необходимость озаботиться тем, как я буду проводить досуг.

Свет в комнате вспыхнул ярче. Неожиданно в комнате появился стул, в который я тут же провалилась. Григорий радостно начал приговаривать:

— Вы очень добры, Амилетта. Что ж, тогда начнем, — комната погрузилась во тьму. На стенах запылали яркие звезды. Я не могла поверить в то, что сейчас происходит.

— Вы, возможно, слышали, что несколько десятков лет назад, всю цепь магических измерений охватил огонь войны, — с темно-синего ночного неба посыпались метеориты. — Великий Раскол — так называют самую жуткую, бесчеловечную, стершую сотни рас с лица мира схватку, погрузившую всех нас в пламя бесконечной скорби. Бастилия и другие подобные вам королевства, населенные по большей части смертными лишь косвенно почувствовали на себе гнет величайшего из злодеев. Ювелия.

На стенах отразилась скала, нависающая над тысячами павших людей и нелюдей, как пьедестал. Он смотрел на груды тел свысока, словно насмехаясь над самой Смертью. Его красный плащ безжалостно трепал ветер, ненавидя за погубленные души, высокие сапоги были покрыты кровью, на ремне было закреплено странное устройство, что слегка искажало воздух вокруг себя, будто в это время издавая уничтожающую смертельную волну. Но страшнее всего было смотреть в глаза. Светло-голубые, потухшие, давно утратившие любые проблески чувств. Мужчина был невысоким, неказистым, но очень опасным. Всего лишь глядя на его изображение меня охватил озноб.

Я мало что слышала о Великом Расколе. Никто не говорил об этом, все словно боялись, что одна лишь память приведет к повторению кошмара. Еще реже я слышала это имя. Ювелий. «Подобный богу». Тот, кто назвал его так, очень точно предрек судьбу младенца. Он был гением и он желал власти. Самое убийственное сочетание, порождающее великолепных в своем могуществе злодеев.

— У него был блестящий, превосходно продуманный план, — снова заговорил Григорий, сменяя видение на армию облаченных в шлемы с изогнутыми рожками монстров. Для начала, они показались мне людьми, но чем ближе портал приближал изображение, тем лучше я различала вытянутые лица, вывернутые под невозможным углом суставы и торчащие из пасти клыки. — Многие считают его алхимиком, единственным талантом в своем роде, забывая, что в первую очередь он был изобретателем... Лишенным магии, редким черным изобретателем.

Толпа ледяных мурашек пробежала вдоль позвоночника. Я ошарашено взирала на лидирующее лицо армии — Ювелиана, поворачивающего рычаг на явно сотворенном собой же изобретении. Вокруг многотысячных монстров начали образовываться порталы, в несколько секунд все они исчезли, оставляя торжествующе ухмыляющегося злодея в одиночестве.

— Куда они направились? — слабо вопросила я.

— Его план состоял из нескольких этапов. Магическому союзу известны только 3, которые он, собственно, и успел реализовать в годы своего апофеоза. В первом был задействован мир, где мы тогда проживали. Город Грез, — совсем бесцветно, с примесью горечи произнес Григорий. — Нитиды — гордая, свободолюбивая раса. Древнейшая среди всех существующих. Мы были ключевым звеном его плана. В городе Грез наших проживало не много. Как я уже говорил, мы одна из старейших, мудрейших рас, поэтому наша родная планета до сих пор спрятана глубоко во Вселенной, между черных дыр, граничащих переход одного измерения в другое. Моя семья прибыла в город Грез для наблюдения за повсеместными аномальными возникновениями порталов. Там уже жило наше небольшое поселение, что и стало приманкой для Ювелия. Он хотел силу, позволяющую не ограничиваться завоеванием одного мира. Силу, текущую в жилах моего народа, открывающую врата в самые запрещенные и охраняемые миры. Ему всегда было мало.

По стенам побежали монстры, приближаясь к небольшой деревеньке. Высокие, статные и прекрасные существа до каких-то пор противостояли чудовищному напору, пока из толпы не вышел самый огромный из монстроподобных, ловким движением скрюченных пальцев открывая железную, собранную из множества деталек, сложную шкатулку. Жители города Грез замерли, пару мгновений стояли неподвижно, держа дрожащее оружие перед собой, но в конечном итоге, подвержены загадочному влиянию расположенного на земле устройства, развернулись друг к другу, нацеливаясь... Комната снова погрузилась во мрак, не позволяя мне видеть кровавые сцены прошлого. Раздался обреченный голос нитида: