Удивительные приключения Амёбы

7. Амёба на речке. Часть четвёртая

Наконец-то мы добрались домой, выдохнули и засели на кухне говорить разговоры.

- Кажется, ты говорила, что пришлось прятаться от кого-то на речке. – сказала я.

- Понимаешь, пару раз Василий поднимался на поверхность и щёлкал клешнями. Ты ведь помнишь, как я ему улучшила панцирь? Поэтому от него исходил низкий гул из-за моторчика. И я ещё полетала и всякий поллитрагейст изображала. Необычное привлекает разного рода людей, особенно со странностями. Понимаешь, к чему я клоню?

- Дай, догадаюсь. Помнится, как-то мы с классном ездили на музыкальный фестиваль в другой город. На него приехали разные группы, даже из-за рубежа пару коллективов к нам заглянули на огонёк. На сцене исполнялись молодёжные хиты, энергетика бешеная была. Мы поселились в общежитии и ходили каждый день на концерты, так как программа выступлений была рассчитана на несколько дней. В общем, познакомилась там моя подруга там с мальчиком, который жил по соседству. Он весь такой загадочный, удивительный. Волосы до плеч, повязка на голове, кушал только растительную пищу и занимался йогой по утрам. Подружка и так с ним познакомиться пыталась, и сяк, только на последний день смогла обменятся с ним номерами телефонов. Потом она ходила вся воздушная и счастливая, разве что не подпрыгивала на каждом шагу. И что ты думаешь? Через пару месяцев, когда я шла на занятия в спортивную секцию, проходила мимо торгового центра. Вижу, идёт тот самый «мальчик», волосы прилизаны и зачёсаны, самой обычной длины, в руках – авоська с колбасой и батоном. Обычный старшеклассник по виду. Я подошла, поздоровалась, перекинулась парой слов. Оказалось, что его мама отправила в магазин за продуктами на дневной перекус. Эх, видела бы моя подруга этого мамкиного пирожка. Ни загадочности, ни йоги, ничего…

Ой, что-то меня вдаль унесло. – сказала я, отходя от воспоминаний. – У тебя случилось, скорее всего, так: хотели, как лучше, а получилось как всегда?

- Прямо в точку! Кстати, хорошая фраза, запомню на будущее. Наши речные битвы и сражения дали начало городской легенде. Легенда была, да и сейчас, между прочим, есть, о речном энском чудище. Мол, за кордоном лох-несское в озере живёт, а у нас в речке есть своё, и оно гораздо круче. Стали вместо хулиганов приходить впечатлительные и романтичные граждане с тягой к неизвестному. Сама понимаешь, экология на речке с нашей помощью восстановилась быстро, почти заповедник получился. Из «туристов» выделилась секта последователей Витающего Жужжащего Приведения. «Мы» - говорили, - «свидетели вэжэпэ. Предназначение - защищать ВЖП от посягательств хулиганов, несознательных граждан и дураков в чудном месте, где по неведомой науке причине воздух чище, а голова после культурного распития разного рода напитков болит реже, и то не всегда».

- Мда…- протянула я. - Нашлись защитники. Никто их не просил и не звал, а они явились, как черти с того света. Думаю, назойливо себя вели и защищали не к месту?

- Да, я от них постоянно пряталась. Получилось подслушать их планы на мою скромную «тушку». Ты не удивляйся, вэжэпэшные жрецы-самовыдвиженцы в своём закрытом круге называли меня именно так. Тушка. Более того, они хотели вознести меня на самодельный алтарь. Точнее в него, потому что он выглядел как клетка, сваренная из толстенных железных прутьев. И по задумке жрецов, тогда ко мне не смогут подобраться чужие. Я же за такую защиту должна давать советы и мудрости на все случаи жизни. Эдакий гуру за еду.

- Ну, нахалы. - сказала я. - Разве можно живую душу и в клетку?

- Как, видишь, можно, и не только в клетку. А дело, как ни странно, само собой разрешилось. Сектанты объявили ареал моего обитания местом силы, начали сносить постройки кругом. Все заброшенные домики буржуев, их самовольные застройки разобрали подчистую. Только представь себе. Центр буржуйского посёлка. Везде кучи брёвен, досок, шифера… Заводилы у свидетелей ВЖП приказали растаскивать мусор по периметру, мол, создадим свой защищённый райский уголок на реке. Устроили, понимаешь ли, завалы, ворота из брёвен как-то смастерили. Вся их суета привлекла внимание властей, и через несколько дней приехала милиция. Сначала они хотели договориться по-хорошему. Когда сектанты упёрлись, главный милиционер вызвал спецназ. В общем, я наблюдала за всем, закусывая вкусными кексами и запивая их чаем. Пара дымовых шашек, несколько гранат со слезоточивым газом, а затем штурм. Мне так понравилось, как бронетранспортёры на полном ходу снесли ворота с одной стороны и пробили брешь в обороне с другой. Закончилось тем, что всех повязали и увезли. Когда милиция разобралась, с кем имеет дело, то организовала необходимое количество санитаров и карет скорой помощи. А мне... Мне пришлось опять разгребать завалы на берегу. Из прямой арматуры и целых брёвен сделала себе подводный бункер. В нём так уютно стало, после того, как я его дополнительно оборудовала изнутри. Холодильник поставила в самый почётный угол – как символ зарождения амёбной жизни…

Пока я отдыхала от назойливого внимания последователей ВЖП, один из них сбежал из-под присмотра санитаров. Знаешь, когда у человека навязчивая идея засела в голову, его стены дурки не остановят. Он улучил момент и пропал. Днём с огнём искали, найти не могли, но один старый и мудрый опер всю эту братию изучил вдоль и поперёк, поэтому пошёл и устроил засаду на речке, приходил частенько рыбачить. Сидит, рыбку тягает понемногу, а сам по сторонам поглядывает.

Так продолжалось где-то с недели две, потом чудик-сектант как-то меня выследил, подловил и схватил! Но, ты знаешь, я кутикулу смазываю лучшим розовым маслом и рыбьим жиром, поэтому аккуратно вывернулась из захвата, и давай уходить на глубину. На последнем издыхании он всё же смог ловко взять меня за два щупальца. Ситуация патовая. Я не могу выкрутиться, а он не может меня вытянуть на берег. Силёнок не рассчитал. После скудной казённой диеты и подножного корма куда ему со мной бороться, стоя по пояс в воде. Шум, плеск, и вдруг ко мне на помощь пришёл Василий. Подкрался и оттяпал у него пару ненужных частей с, хм… одежды, чтобы неповадно было. Пока сектант голосил на всю округу, его услышал опер. Провёл, как говорится, задержание…