Уэсли. Договор с дьяволом

Они любят посмеяться

Когда Уэсли был еще ребенком, он постоянно пытался справиться с назойливой проблемой - таковой он ее считал. И заключалась проблема в том, что никто не был с ним через чур нежен или вежлив. Даже родители редко находили на него время, постоянно погружаясь в свои собственные дела. Он рос неуклюжим мальчиком, растерянным и стеснительным. Не трудно предугадать, откуда у него взялась извечная грусть и ощущение одиночества. Мать Уэсли гнала самогон на дому, так и не восполнив свою мечту о виноградниках где-нибудь в Италии. Прибыльное занятие доставляло ей удовольствие, а точнее, вышло отличной его заменой. В доме постоянно стоял аромат некого блаженства, если его можно так назвать. Сигаретный дым от трубки отца не переставал переплетаться с вечно подогревшей едой, пары которой возвышались до самого потолка. Аромат спирта и фруктов, доносились до ноздрей мальчика первее, чем это могло сделать кофе или яичница, где-нибудь в другой семье. В том самом жилете он проходил до поры, пока не перерос, а карманные деньги - это было нечто чуждым для него, хотя кошелек матери постоянно сверкал новыми купюрами.

Но в чем ему могла бы позавидовать Адель, так это в свободе. Здесь Уэсли полностью был ей отдан. Словно усыновлен самим потоком ветра, который направлял его жизненный путь. Эмма и Кайл были слишком заняты собой и ежедневными приступами лени, что следить за сыном оказалось куда сложнее, чем когда-то о нем мечтать.

- Я уеду отсюда в Лондон или в Париж! - как-то раз, проходя мимо нескольких бутылок, стоящих на полу, бубнил себе под нос Уэсли. Тогда ему было шестнадцать лет и он связался с непутевой компанией.

- Давай сынок. Мы в тебя верим. - ответил Кайл, развалившись на диване в заляпанной кетчупом майке.

- Где мама? - Уэсли остановился, засунув руки в карманы, ожидая ответа от отца.

- Да кто ее знает… Может быть у тети Ви или Андрианы. Не мешай, отойди от телевизора.

И когда только они успели такими стать? Подумал парень, оглядываясь вокруг. Помятые вещи, гора немытой посуды, витающие самобичевание… Он вдруг захотел никуда не идти и просто заняться уборкой, как сразу же переборол это желание и в очередной раз, понимая, что никому не нужен, просто вышел за дверь.

Было лето и Аризона доставляла удовольствие глазам. Чистое небо, порой сменяющиеся на разрисованное облаками, пышные деревья, во всей своей красе, горы и солнце. Теплое, как мамины руки солнце, которое так сильно любил Уэсли. Оно заменяло ему ласку, о которой он толком и не знал. Но сейчас никакого ярилы не было. На улице стояла ночь, а трое парней одногодок ожидали возле заброшенного дома, через несколько миль. Руки поправляли поношенную, выгоревшую голубую кепку с козырьком, а немного дырявые кроссовки, помогали ногам добраться до места встречи. Кто бы только знал, как повлияет на Уэсли этот день...

Трое - Мэтью, Гарри и Льюис покуривали сигареты, которые им купил прохожий на оставшиеся монеты в карманах. Не из своих, конечно. Парни вели отнюдь не добрый образ жизни. Для них день без драки - это не день. В особенности, на улицах Флагстаффа собрались люди разной доходности, разного воспитания и это было не совсем комфортно для... Как бы сказать. Для тех, кто пытается вытянуть шею к высшему обществу.

- Где тебя носит, слизняк? - прилетело в плечо Уэсли от Мэтью.

Все они были на вид неприятными, озлобленными и почти в однотипных вещах. Джинсовые куртки, футболки и свободного кроя джинсы. Ничего необычного, ничего примечательного.

- Эй, луна пока еще не скрылась за тучами. Нам надо поспешить. - успокоил своего нервного друга Льюис.

- Уэсли ждет обряд жертвоприношения! - напомнил Гарри, показывая свои зубы, словно самый жуткий и самый бесстрашный.

- Обряд жертвоприношения! Обряд жертвоприношения! - в три голоса пропели парни, таща за собой Уэсли, который, кстати, даже не сопротивлялся.

Тогда они добрались до небольшой лесистой местности, где выстроились тысячи хвойных деревьев, будучи наблюдателями. Большая луна плавно плыла по темному небу, с печалью смотря на города и людей, будто в своих собственных раздумьях.

Гарри и Мэтью подтолкнули Уэсли к выкопанной яме, а Льюис отошел за деревья, вытащив оттуда тело волка, которого подстрелил его отец на незаконной охоте. Бежевые волосы зверя уже успело обмочить недавним дождем, а запах стоял крайне неприятный. Очень, неприятный.

Уэсли смиренно стоял возле ямы, глубина которой метра три и прокручивал в своей голове мысли о том, верное ли решение он принял. Скорее всего да - никому не нужен этот бедный мальчик, с которым никто не общается и которого никто даже искать не станет. А еще он совершенно не знал, что его ждет и параллельно в его голову пришло то, как трое парней вообще до этого додумались, плюс подготовились со всей ответственностью.

- Что сейчас будет? - глядя на темную землю из ямы, спросил парень.

- Не переживай, все будет хорошо. Мы станем бессмертными и сильными! Да? Ха-ха-ха... - громко высказался Гарри, давая пять Мэтью.

- Это не ответ...

- Заткнись, Уэсли Коулман! Ты вызвался, теперь просто делай то, что мы скажем.

И он замолчал...

Льюис достал из кармана куртки небольшую книгу, которую нашел невесть где. Она была потрепанной, запачканной временем и открыв первую страницу, начал зачитывать что-то на языке, напоминающим латынь. Вокруг Уэсли наступила тишина - он не вникал в слова, не вникал в происходящее. Луна направлялась к облакам, но крайне медленно. Единственное, что немного снова привело в чувства - это тело животного, полетевшее в яму. Рука парня оказалась в ладони Гарри и он, достав раскладной нож, сделал маленький надрез, направив полет капель к выкопанной земле.

Голос Льюиса становился громче. Он так старательно все вычитывал, совершено не понимая перевода слов. Но заголовок гласил: "Вечная жизнь. Вечная сила". Чьи-то зарисовки от руки были пошаговой инструкцией. Волк, кровь человека, полная луна, яма. Все шло по плану и теперь, парни ожидали прилив, который пробудит в их венах то, до чего больше никто не мог додуматься.