Уголёк от сердца

Глава 29. Новое откровение

На следующее утро, подбадриваемый братом Панфило, Антонио отозвал в сторонку отца Андрея и рассказал ему о письме маркиза, о своём прошлом. Голос его дрожал. Он бал готов к тому, что его прогонят из храма, не дав завершить начатое. Фреска была уже практически готова, но оставались некоторые мелкие штрихи. Антонио очень хотелось довести её до совершенства, но он понимал, что такому грешнику, как он, могут не дозволить закончить эту работу и, более того, могут не заплатить за труды и будут, по-своему, правы.

Однако, к глубочайшему изумлению и радости Антонио, отец Андрей был так же великодушен и добр, как брат Панфило. Благословив его на труд, и заверив, что под кровом этого храма его никто не будет осуждать – и уж тем более – за чужие грехи, к которым он не имеет отношения, имея в виду то, что его приёмный отец убил отца маркиза, отец Андрей собирался уже было предоставить Антонио продолжить работу, как вдруг какое-то смутное тревожное чувство овладело им.

- Как ты сказал, фамилия этого человека, к которому тебя направлял маркиз?

- Коссовский.

- Уж не тот ли это Войцех Коссовский, что со своей бандой орудует под Минском? – в задумчивости протянул настоятель храма.

- Вероятно, это действительно он! На письме было написано «В. Коссовскому»!

- Понятно, - отозвался отец Андрей и лицо его сделалось мрачным. – В таком случае, я предупрежу сегодня же паству, чтобы они готовились к обороне! – сказал настоятель и решительным шагом направился к выходу из храма.

- Вы думаете, он решит напасть на храм?

- От такого всего можно ожидать, Антонио! Его банда грабит церкви и сжигает целые сёла. Он держит в страхе всю округу. А если учесть, что слава об итальянце, дивно расписывающем наш храм, уже дошла до предместий Минска, мы можем ожидать его появления здесь со дня на день!

Антонио содрогнулся и поспешил на поиски Алёны. Застав жену, по обыкновению, в кухне, он рассказал ей о разговоре с настоятелем и попросил её никуда не выходить с территории храма без сопровождения.

Тем же вечером, сотни людей пришли в храм и, по завершению проповеди, отец Андрей подозвал к себе мужиков и призвал их встать на стражу храма Святителя Пантелеймона, дабы защитить его от нападения банды Коссовского, которое может случиться со дня на день.

Все прихожане были наслышаны об этой банде. Беспощадные ко всему живому, они налетали внезапно, унося за собой всё ценное, что только могли. А потому, слова настоятеля были восприняты паствой самым серьёзным образом. Получив от отца Андрея благословение, мужики разошлись, приготовляясь к любым неожиданностям, какие только могут последовать.

Тем временем, в маленькой кухне при храме Святителя Пантелеймона, Антонио, Алёна и брат Панфило держали совет относительно дальнейших своих действий. Антонио планировал завершить работу над фреской в ближайшую неделю. После этого, получив вознаграждение, они могли бы отправиться в обратный путь – в Орехово. В пути они старались бы избегать городов и держались бы ближе к болотам и забытым просёлочным дорогам, которые Алёне были хорошо известны и знакомы. Брат Панфило остался бы в Слуцке – продолжать своё церковное образование и пройдя все необходимые процедуры для принятия православия и повторного пострига в монахи.

Только бы не произошло в эти дни ничего непредвиденного!

- А, между прочим, - сказал, прожёвывая очередной кусок пирога с голубями, сказал брат Панфило, - у меня появилась одна замечательная идея!

- Какая же это идея? – поинтересовались хором Антонио и Алёна.

- Вы ведь помните, что этот ваш мерзкий маркиз ждёт ухо в качестве подтверждения убийства Антонио?

- Конечно! Разве это можно забыть? – воскликнул Антонио.

- Ну так вот! Я придумал, как доказать маркизу, что ты, Антонио, умер, чтобы ты, подобно мне, смог бы начать новую жизнь – может даже под новым именем!

Антонио и Алёна в изумлении уставились на монаха.

- Продолжай! – попросил Антонио.

- Помните, я рассказывал Вам об ухе святого Иоанна Кантия, хранящееся как реликвия в храме Святого Петра?

- Конечно! Да, мы помним эту удивительную историю! – воскликнули супруги Лоренци.

- Ну, так вот! Я поговорил с настоятелем храма, и он дал мне разрешение отправить это ухо маркизу! Он сказал, что от него давно уже следовало бы избавиться, и он считает, что представившийся случай – самый благородный способ для этого!

- Панфило, дружище! – расхохотался Антонио и потрепал монаха по плечу. – Ты, как всегда – великолепен! Это же придумать такое! Отправить маркизу ухо псевдо-святого! С ума сойти!

Алёна тоже весело рассмеялась, но оба супруга, тем не менее, нашли идею брата Панфило по-настоящему великолепной. А потому, было решено, что на следующий же день Пафило возьмёт это самое ухо и, пересыпав его тщательно солью, отправит его в Италию к маркизу Бонавентура ди Кастеллана. Антонио написал брату Панфило адрес маркиза, и в сопровождении жены направился проводить друга до калитки.

- Ах да, вот ещё что забыл сказать! – спохватился вдруг брат Панфило.

- Что же ты забыл сказать? – осведомился Антонио.

- Наш настоятель сегодня вечером тоже собрал свою паству и призвал всех, кто только может, вооружиться и быть на чеку, чтобы общими усилиями отбить возможное нападение банды Войцеха Коссовского! И, - прибавил он шёпотом заговорщика, оглядываясь по сторонам, - я своими глазами видел, что у некоторых из прихожан даже было огнестрельное оружие! Так что если эти мерзавцы вдруг нагрянут, то их ожидает горячий приём!