Угроза крушения

Глава десятая

– Это здесь? – Рита с недоверием смотрела на небольшой дом, без лишнего фанатизма прячущийся за редким штакетником забора и столь же редкими кустами. Один этаж, темные крашеные стены, белые рамы… Светились лишь пара окон, но хорошо хоть так – значит, внутри точно кто-то был.

Добрались они сюда пешком – когда разобрали адрес на визитке, выяснилось, что от кофейни это недалеко, и такси решили не брать: чем меньше следов и свидетелей они за собой оставят, тем лучше. И чем меньше внимания привлекут – тоже. А что может быть банальнее и непримечательнее молодой парочки, прогуливающейся погожим летним вечерком по безопасному тихому району?

Прогулка и в самом деле не затянулась, что для Риты оказалось более чем кстати. Во-первых, за сегодняшний день она вымоталась так, что держалась уже исключительно на голых упрямстве и гордости. Вымоталась не столько физически, хотя и это тоже, сколько морально. Лишь от запредельной усталости и можно было не сообразить, что на квартире, где она устроилась, ее наверняка будут поджидать, причем вовсе даже не с букетами. Так что когда нездоровое возбуждение после побега схлынуло, все ее мечты оказались только об одном – просто остаться одной. Хоть где-нибудь. Неважно. Лишь бы дали спокойно прийти в себя, собраться с мыслями и подумать.

И вот как раз последнее было уже «во-вторых». Прежде чем начинать болтать на тему собственной биографии, чего летун добивался от нее все настырней и настырней, следовало хорошенько взвесить, что ему стоило говорить, а что нет. Уж точно не все подряд. И хотя великосветская сволочь фон Гуттен оказался не такой уж и сволочью, ставить на то, что взамен там обнаружится одна сплошная добродетель, было бы очередной глупостью. Видно же – тот еще фрукт. Так что каяться ему во всем подряд она точно не станет. Кто знает, какие сюрпризы всплывут при общении с ним потом? А что всплывут – к гадалке не ходи.

– Да, здесь, – Эрик, оказывается, рассматривал дом с не меньшим недоверием.

– Уверен?

– Ты это сейчас о чем? – обернулся он к ней. – Уверен ли я, что дом тот самый? Или уверен ли, что идти сюда стоило?

– Второе, – коротко откликнулась она. Ни огрызаться, ни пререкаться сил тоже не осталось. Кажется, впервые с начала авантюры, в которую сама же и влезла, Рита по-настоящему пожалела, что вообще все это затеяла. А уж если о затее узнают… Маменька особенно. Она ж ведь и самолично выдрать не погнушается – снимет свой форменный ремень и первый раз в жизни…

– Нет, не уверен, – наконец, откликнулся летун, давая понять, что предельно с ней честен. – Я вообще ни в чем больше не уверен. Но при любом раскладе для нас сейчас это лучший вариант из возможных – в случае чего, сдаст Юс только меня, а оно теперь не слишком критично. Предупрежден – значит, вооружен.

– Почему? В смысле, почему только тебя?

– Так вы ж, механики, друг друга никогда не сдаете, правильно?

– Не правильно, – пожала она плечами, сама удивляясь собственному равнодушию. Нет, это точно от усталости, без вариантов. – Мы, механики, тоже разные, как и все остальные.

И первой толкнула калитку, обнаружив, что та не заперта.

Поначалу это показалось излишней беспечностью хозяев, но лишь показалось. Стоило шагнуть на дорожку, как над крыльцом немедленно загорелся фонарь, а в доме явно сработал какой-то сигнал, и уже через минуту их окликнули:

– Кого там принесло?

– Юс? – недоуменно заозирался Эрик, не сразу сообразив, откуда идет голос. Пока Рита не тронула его за плечо и не показала на беззвучно приоткрывшуюся створку гаража – петли там были смазаны и подогнаны не просто хорошо, а идеально.

– Ага, пришел-таки, – узнал тот летуна, сам при этом все еще оставаясь в темноте.

– И даже не один, – преувеличенно бодро отчитались ему в ответ.

– Вот и молодец, – раздался тихий щелчок, и в гараже, наконец, разгорелся свет. – Прямо сюда проходите, через мастерскую, чтобы мне к главной двери вкруголя не бегать.

– Понял, – Эрик настолько естественным жестом придержал Риту под локоток, помогая сойти на дорожку, идущую в обход дома, что она даже отмахиваться не стала. – Уже идем…

А перешагнув порог, протяжно присвистнул:

– Охрене-еть! Простите, это я от потрясения…

Рита простила, причем легко – сама едва удержалась от того же, а свистеть она умела получше некоторых. Казалось, даже вся неимоверная усталость сегодняшнего дня отступила, стоило войти в эту дверь.

Потому что мастерская в гараже Юстина Хориха и в самом деле потрясала! Всем. Начиная от идеального порядка, не слишком характерного для подобных мест, и кончая коллекцией техники, эффектно вылезшей прямиком на передний план. Хотя вряд ли три старых авто и два мотоцикла расставили здесь настолько торжественно с каким-то умыслом, скорее уж так с ними оказалось удобнее работать, чем господин Хорих и занимался совсем недавно – рядом были выложены запасные детали и инструмент.

– У отца такой же, – заворожено проговорила Рита, не в силах отвести взгляд от мотоцикла, что как раз ремонтировали. – Тоже вечно с ним возится – у этой модели от сырости третий контур пробивает. Говорят, из-за дефекта конструкции.

– Маргарита – сильный механик. – Эрик явно решил расставить все точки над «и» прямо с порога, что в свете сказанного им перед калиткой даже вопросов не вызывало – наверное и правда всерьез надеялся получить ей тут «защиту для своих». А потому она лишь молча кивнула, и снова переключилась на двухколесную машину:

– У вашего так же? В дождь сбоит?

Пару секунд Юстин не сводил с нее глаз, явно о чем-то размышляя, но быстро встряхнулся:

– Где, говоришь, пробивает?

– Можно? – Рита прихватила самую длинную из отверток и кивнула на мотоцикл. – Я покажу?

– Конечно. Придержи-ка крышку. Вот тут… Да. Держишь?

– Держу! Ой…

Что последний вопрос прозвучал на другом языке она поняла слишком поздно – уже после того, как на него ответила. И тоже не по-немецки. Чертова усталость опять сыграла с ней злую шутку!