Уйти нельзя вернуться

Глава 6

Вчера после уборки квартиры я свалилась без сил и проспала до самого утра. О том, чтобы сразу выдвигаться на поиски работы и речи не шло.

Но сегодня я проснулась словно обновлённой, поэтому быстро заварила себе кофе, который купила вчера в магазине, выпила его и отправилась на поиски желанной работы.

Накануне, пока занималась наведением порядка, бесконечно размышляла о том, куда устроиться работать. Образования у меня, кроме одиннадцати классов, нет, а это значит, найти приличную работу будет непросто.

А ведь я хотела пойти учиться, но Матвей так старательно отговаривал меня, прикрываясь маской заботливого мужа. Теперь я понимаю, что он просто хотел, чтобы я сидела дома и не совала свой нос в его дела. Ему удобно было иметь необразованную жену.

Первым делом иду в магазин, который располагается неподалёку от моей съёмной квартиры. Вчера я заметила объявление на дверях супермаркета: требуется продавец и уборщица. Искренне надеюсь, что меня примут на должность продавца, но на всякий случай настраиваюсь на худшее. В конце концов, убираться тоже кто-то должен, это совсем не стыдно. Жаль только, низкооплачиваемо.

На входе в магазин обращаюсь к первой попавшейся девушке, на которой надета униформа с логотипом бренда.

– Здравствуйте, я по объявлению, подскажите, к кому мне обратиться?

Молоденькая продавщица с собранными в тугой хвост тёмно-русыми волосами и огромными очками на половину лица окидывает меня оценивающим взглядом, морщится и фыркает презрительно.

– Вон подсобка, – она тыкает пальчиком в сторону от себя, – а за ней кабинет директора. Туда тебе.

Девчонка убегает, оставив за собой тонкий шлейф ненавязчивых духов, которые едва вяжутся с её внешностью простушки.

Я неуверенно иду в указанном направлении и стучусь в единственную дверь, которая, как мне кажется, может вести в кабинет директора. Прислушиваюсь, но никакого ответа не получаю.

Тогда я решаю рискнуть и дёрнуть за ручку, однако, очень скоро понимаю, что дверь заперта.

Чувство разочарования охватывает меня всю: от корней волос и до кончиков пальцев. Не понимаю, откуда взялась эта чрезмерная эмоциональность, но я хочу разреветься прямо посреди супермаркета.

Пока пялюсь в одну точку и пытаюсь совладать с разбушевавшимися чувствами, дверь медленно открывается.

– Ой! – восклицает незнакомая девушка.

Её завитые белокурые локоны небрежно торчат в разные стороны, а узкая чёрная юбка перекручена так, что шов оказывается по центру.

Блондинка смущённо поправляет блузку, которая съехала с правого плеча, и проносится мимо меня, не проронив больше ни слова.

Я пожимаю плечами. Мне абсолютно всё равно, чем занимается директор супермаркета на своём рабочем месте. Возможно, эта миловидная девушка его жена или невеста.

– Эй! – вырывает из размышлений густой бас. – Ты чего там застыла? Проходи, красавица, – доносится из кабинета.

Я неуверенно делаю шаг и прикрываю за собой дверь.

Прямо напротив входа сидит мужчина восточной внешности. Его чёрные волосы коротко пострижены, а на лице присутствует лёгкая небритость.

Директор нетерпеливо барабанит пальцами по столу, поднимается. Замечаю, что под полосатым джемпером виднеется небольшой живот, что кажется мне немного странным для мужчины его возраста. Ему вряд ли больше тридцати пяти лет.

– Добрый день, я по объявлению, на должность продавца…

– Продавца? – собеседник приподнимает густую бровь и скользит взглядом по моему лицу.

По коже пробегает мороз, и я непроизвольно передёргиваю плечами.

– Д-да, у вас там объявление висит на входе, – указываю жестом за свою спину.

Мне до дрожи не нравится то, как мужчина изучает мою внешность, поэтому хочется просто развернуться и уйти. Но я напоминаю себе, что пришла сюда по делу.

– А тебе лет сколько, красавица? – директор медленно приближается, обходя меня по часовой стрелке.

Чего он меня так разглядывает, словно я на кастинг какой-то попала?

– Восемнадцать, вот документы, – лезу в сумочку и вынимаю оттуда свой паспорт.

Ашот Георгиевич, так зовут мужчину, демонстративно долго изучает сначала мой паспорт, потом аттестат об окончании школы. То и дело поднимает на меня хмурый взгляд, от которого хочется поёжиться.

В итоге он говорит, что может принять меня на работу, но пока только на должность уборщицы.

Неохотно натягиваю на губы вежливую улыбку и выхожу из кабинета на поиски менеджера, который должен рассказать о моих обязанностях.

Внутренний голос настойчиво твердит не торопиться и как следует подумать, попробовать найти другое место. Но я принимаю решение поступать рационально и не разбрасываться предлагаемой работой.

К вечеру я не чувствую ног. С непривычки мышцы зудят от боли, и хочется поскорее оказаться в своей съёмной квартирке, которая ещё вчера показалась мне не самым лучшим вариантом. А уже сегодня я безумно скучаю по узкому дивану и тесной кухне.

Однако нормально отдохнуть мне не удаётся – в соседней квартире устроили то ли тусовку, то ли потасовку. Мужской нетрезвый голос вперемешку с женским визгом оказывается отвратительной колыбельной.

После второго часа сотрясающего стены шума я начинаю задумываться над тем, чтобы позвонить в полицию. Голова трещит, и руки сами тянутся за обезболивающим, которое я обычно ношу в сумочке.

Сильнодействующее средство, которое помогает практически моментально. Но выпить мне его не удаётся, потому что раздаётся неожиданный звонок в дверь.

Тревога цепкими лапками впивается в горло, заставляя каждый нерв моего тела вытянуться в струну. Кто это может быть, если ни одна живая душа не знает, где я нахожусь?

Аккуратно, практически бесшумно подхожу к двери и смотрю в глазок. На пороге стоит девушка из супермаркета, та простушка в огромных очках.

Что она здесь делает и почему так опасливо озирается по сторонам?

– Добрый… вечер… – мямлит знакомая незнакомка. Видеть я её уже сегодня видела, но лично не познакомилась.