Украденная азбука

НЕЛЬЗЯ СЛУЖИТЬ ДВУМ ГОСПОДАМ: БОГУ И МАМОННЕ

С детских лет нам теперь пытаются внушить, что категоричность – это плохо, компромисс – хорошо и нужно стремиться к "золотой середине". Мы приняли эту нелепицу за аксиому, как руководство к жизни, и даже не пытаемся проверить – так ли это?

Пока однажды вдруг не поймем, что истина категорична: "не убий", "не укради", – а компромисс – путь к погибели. Отсюда и русское выражение: "ТРЕТЬЕГО НЕ ДАНО". Оно прямо по смыслу вытекает из Нового Завета: либо мы служим Богу, либо мамоне, - третьего не дано. Только православный народ мог изречь такое жизненное правило для себя. Оно категорично, как сама Истина.

Горько собраться духом и вынести себе приговор, но нужно сказать однажды горькую правду, чтобы увидеть Истину и попытаться спасти свою грешную душу. Пусть она прозвучит сурово: "Не делаемся ли мы похожими на тех иудеев, которые распяли Христа?" – Эта мысль сказана будущим русским святым, тогда простым священником из Кронштадта Иоанном Кронштадтским. Он еще сказал, что иудеи распяли Христа один раз, а мы своими грехами распинаем Его каждый день.

Разве это не так? Иудеи не приняли Христа, не признали в нем истинного Мессию. Они, как некогда отцы их, евреи, по исходу из Египта, сделали свой выбор и поклонялись золотому тельцу, божку, затмившему пред ними истину и Бога истинного. И не смогли воспринять жизненный пример и учение Господа нашего Иисуса Христа.

В те дни, когда был Он искушаем в пустыне, "Берет Его диавол на весьма высокую гору, и показывает Ему все царства мира и славу их, – и говорит Ему: все это дам Тебе, если падши поклонишься мне. Тогда Иисус говорит ему: отойди от Меня, сатана; ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи" /Мф. гл. 4,8-10/.

Так Сын Бога и Сын человеческий отверг все лукавые соблазны дьявольские. Иудеи же, напротив, по маловерию и недоверию своему предали на распятие Христа, а на свободу отпустили разбойника Варавву. Не поверили в воскресение Мессии – и выбрали Варавву. С тех пор мир так и живет – с Вараввой.

Другое дело с нами – русскими и Россией. Мы от Христа никогда не отрекались. Явно. Мы всегда веровали в Него, в пречистое, святое рождение Его Богородицей и в светлое Воскресение Его. Тем тяжелее и непростительнее грех наш, потому что хоть и знаем уже, что это Христос, хоть и носим сокровенно Христа в сердце своем, делами же нашими каждый день и час распинаем и предаем Его.

Мы не ради Христа и ближнего своего занимаемся коммерцией, политикой, увлечены гороскопами, колдунами и экстрасенсами, со всей страстью русского характера окунулись в эротику, казино, моду, да мало ли в какие мы еще впадаем нечистоты... Деньги затмили все. Мы поклоняемся тому самому золотому тельцу. Нас настойчиво хотят научить кланяться сатане. Мы хуже тех иудеев и хуже блудниц, которые творят грех свой явно, но явно, как тот разбойник, распятый по правую сторону от Христа, могут и покаяться. Мы же грешим тайно, заспинно, невидимо, теша себя тем, что грешим умерено, не сильнее других. И даже не вспомним, что "...нет ничего тайного, что не стало бы явным". – Выходит, действительно "мытари и блудницы раньше нас войдут в Царство Небесное".

Россия – Дом Богородицы. Из этого святого Дома мы превратили его в притон Вараввы. Но гордимся, что помним о Боге, поминаем его всуе, как всуе, а не по вере идем на крещение, и мним себя причастными к Нему. Потому что мы забыли: "Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне" /Мф.гл.6,24/.

Когда большинство людей российских были верующими, они исповедовали это правило. Вот почему испокон веку на Руси стыдно было быть богатым. Как сказано в Евангелии еще, что: "...удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие".

Такая истина была по нраву русскому характеру, приходилась по душе духу русскому. Поэтому обычным делом на Руси было принимать нищих, строить сиротские приюты и странноприимные дома. Законом было, что каждый двор отдавал десятую часть семейной прибыли на нужды церкви, немало было таких, кто как родители Богородицы, праведные Иоаким и Анна, жертвовали третью часть своего дохода. И вовсе не сосчитать тех, кто по евангельскому совету Христа раздавали свои имения бедным и неимущим, сами же удалялись в монастыри молиться и служить Богу и людям.

К несчастью, верно и другое: кто высоко взлетает – тот может низко и упасть. И это мы сегодня наблюдаем.

В 1917-ом мы позволили отнять у себя веру и Бога. Но и сегодня равнодушно вспоминаем об этом. Потому что сами выросли без веры. Мы, как искусственное дерево, возросшее в ведре воды, с рождения не знаем почвы и наши водянистые корни никогда не питались соками благодатной матушки-земли, то есть истинным хлебом, не насущным, но словом Божиим. Мы сами выросли без благодати и отрываем от нее детей. Поэтому сегодня мы дожили до того, что умиляемся над тем, от чего нужно горько плакать.

Мы даже не протестуем, когда в детских садах ребятишек обучают далеким от целомудрия танцам. Когда в школе вместо Закона Божия им толкуют о сексуальной грамоте и противозачаточных средствах... Простой наглядный пример, как грех возводится в норму, правило, а чистота становится исключением. Стремление к пороку заложено в саму программу нашего воспитания без Бога и молитвы. И пожинаем мы только зловоние грехов. Уже пожинаем.

Что же после этого мы хотим от таких поколений нашего народа?

С тех пор народ наш стал похож на жителей страны Гадаринской, которые испугались веры и дел Иисусовых, когда Он изгнал духа нечистого из человека, одержимого бесами. Имя им было легион, потому что было их около двух тысяч и вошли они в свиней, и устремилось то стадо с крутизны в море и потонуло. Но жители страны той не порадовались за исцеленного человека, а пожалели своих свиней и начали просить Христа, чтобы отошел от пределов их /Мк. гл. 5/.