Украденная для шейха

Глава 7

Настя

*****

− Давай потанцуем? – Следующая фраза летит прямо в меня.

Собираюсь отказаться. Отстраниться.

Потому что всё, что делает этот мужчина, для меня должно быть под запретом.

Но шейх меня не слушает. Кладёт ладони на талию.

Впечатывает в своё мускулистое тело, скрытое за белоснежными драпировками одеяния.

Пронимает взглядом.

− Ты же любишь танцевать вот так? Как у вас принято.

От бархатного голоса по телу дрожь. В горле словно комок из слёз.

− Нет… - Шепчу, пытаясь взять под контроль свои чувства.

Нервничаю, что мысли разбегаются по черепной коробке как тараканы. Прячутся в углы.

Создают хаос.

И, кажется, я совсем не контролирую себя.

А ещё меня раздражает, что хозяин замка нисколько не считается с моим мнением.

Не пытается услышать.

Но эти глаза цвета молочного шоколада… Они действуют на меня гипнотически.

Проникают внутрь длинными щупальцами. Перекрывают доступ кислорода к лёгким.

Вызывают сладкую дрожь по телу.

− Я видел, как танцуют женщины с мужчинами у тебя на Родине, Асия. – Впервые в его глазах вспыхивает пренебрежение вперемешку с осуждением. – На равных. Так, как будто они мужчины.

− Наши женщины не ущемлены в правах, как женщины Востока. – Горделиво улыбаюсь. – Они живут в свободной стране. Там, где к женщинам не относятся как к товару.

− Ты думаешь, что я отношусь к тебе, как к товару? – Задаёт вопрос, а у меня мурашки по коже.

Распахиваю взгляд.

И вижу, как тело мужчины напрягается. Становится стальным.

Как будто он пытается себя контролировать.

Не подаваться.

− Именно. – Отвечаю чётко.

И вижу, как шейх Камал хмурится. Морщится, как будто проглотил кислый лимон.

− Ты ошибаешься, Асия. – Его голос хрипит.

Вибрирует.

А ещё он крепче сжимает меня в объятиях. Так, что сдвинуться с места не могу.

И, кажется, слышу глухие удары мужского сердца.

− Наши женщины добродетельны. Ни одна из них не посмела бы разговаривать с мужчиной так как ты, строптивица…

− А наши мужчины понимают, когда им говорят «нет». В их привычки не входит похищение и подчинение чужих жён! – Почти выкрикиваю.

Заставляю шейха окаменеть.

И улыбаюсь победно.

Ага! Зацепило!

− И раз я такая ужасная, почему вы меня не отпустите? – Музыка заканчивается.

Затихает.

Мой вопрос гремит набатом в тишине залы. Прокатывается стальным эхом.

Отпружинивает от стен. Повисает в воздухе.

И я вижу, как в глазах шейха загораются огни.

Кажется, он ненавидит меня. Злится.

Готов ударить. Убить.

Но почему-то не делает этого.

Просто замирает как истукан. Как статуя.

Не сводит тёмных, как кофе, глаз.

А ещё втягивает воздух ноздрями. С шипением.

− Я хочу, чтобы ты была моей, Асия. – Отвечает так просто.

Смотрит странно.

− Только моей. Всегда. – Втягивает носом воздух. - Я так решил. И так будет.

− Ваши наложницы будут недовольны тем, что вы привезли в дом чужестранку. – Пытаюсь надавить на больное.

Вспоминаю ту красотку в фиолетовом платье. Которая вцепилась мне в волосы.

Возмущалась.

Ведь она, наверное, очень любит этого мужчину. Не мыслит без него жизни.

Ревнует.

Увидела во мне соперницу.

Решила избавиться. Напугать.

И ей почти это удалось.

− Меня не интересуют их мысли, - отмахивается, как будто речь идёт о стае назойливых мух.

− Но они… любят вас! – Старательно подбираю слова.

Пытаюсь прогнуть взглядом.

И вижу, как мужчина улыбается.

Хмыкает ехидно.

Фыркает.

Так, как будто участь этих женщин его нисколько не волнует.

− Они – лишь наложницы. Они созданы Аллахом для того, чтобы ублажать меня. Не для любви.

− Как у вас всё просто… - Голос отчего-то дрожит.

А ещё мне кажется, что пальцы шейха, вцепившиеся в мою талию, обжигают. Разносят жар по телу.

Короткие электрические разряды.

− Вы никогда не думали, что причиняете им боль?

Карие глаза впечатываются в лицо.

В них блестит сталь. Губы крепко сжаты.

Кажется, что он на грани.

И эта бомба замедленного действия вот-вот рванёт.

− Кто-то из них обидел тебя, да? – Задаёт вопрос, который я меньше всего ожидала услышать. – Мне рассказали, что произошло на женской половине.

− Я… Я не знаю о чём вы говорите, шейх… - Качаю головой.

Не хочу наказания для Малики. Потому что отчасти я понимаю её.

Ведь это я, а не она, нарушила границы.

Зашла в чужую жизнь. Перевернула всё с ног на голову.

А она тоже о чём-то мечтала. Надеялась.

Любила.

И планы, наверняка, строила. Может быть, даже на замужество надеялась.

Или… так не принято?

− Ох, Асия, - в терпком голосе мягкие нотки.

Звучат тихо. С укором.

Закручиваются водоворотом под кожей.

− Знаешь, что я ненавижу больше всего?

− Нет. – Смотрю прямо.

Глаза в глаза. Стараюсь не дрожать.

Не нервничать.

− Ложь. – Слово бьёт как хлыст. – Я не переношу ложь и склочных женщин.

− Но я…

− Поэтому. – Перебивает моё блеяние взмахом руки. – Я решил преподнести урок тебе. И всем остальным.

Холодею. Мороз по коже.

Просто прирастаю к стулу, и тело отказывается шевелиться.

Наблюдаю, как шейх Камал поднимается из-за стола.

Хлопает в ладоши.

Смотрю на то, как двери распахиваются. Являют слугу, замотанного в чёрные одежды.

− Приведи, - хозяин замка кивает.

А у меня сердце колотится в горле. Перекрывает доступ кислорода.

И в ушах шумит от нервного напряжения.

Слуга кланяется. Выходит.

И в ту же секунду возвращается. А вместе с ним входит Малика.

В ярком, расшитом золотом, платье.

Ступает тихо, мягко. Как кошка.

Поднимает лицо.