Укради мою жизнь

11

Сбылись самые худшие ожидания Себастьяна: Зауер таки подал рапорт в управление. Списал на Баса все последние неудачи отдела, оправдался перед начальством и теперь мог чувствовать себя относительно спокойно в преддверии любых проверок, или что там у них намечается…

И отдел ви-контроля повёл себя предсказуемо – отказал в продлении контракта. Одно решение автоматически повлекло за собой другое. В итоге Бас остался без работы. Третий день он курсировал по городу в поисках нового заработка. Спасибо, хоть контролёры выдали выходное пособие, в том числе и жетонами. Ещё пару дней он сможет заправляться витаксом – будто машина топливом, с невесёлой усмешкой подумал бывший инспектор, – а потом?

В нескольких частных агентствах, занимающихся охраной от тягунов, ему отказали. Причина везде была одна: извините, вы нездоровы – пожимали плечами вежливые менеджеры по отбору персонала. В частных охранках не рассчитывают на помощь полиции, всё делают сами – выявляют и преследуют объект, задерживают, сдают в службу контроля. Отсюда и требования: молодость, здоровье, физическая сила. Это помимо чутья, разумеется… А больные сотрудники, пусть даже с уникальной способностью выявлять тягунов, здесь не нужны. Впрочем, чего-то подобного Бас и ожидал.

Та же история повторилась и в крупных супермаркетах. В одних штатные единицы ищеек были уже заняты, в других таковые и вовсе не были предусмотрены. Приходите на распродажи и презентации! – повторяли в один голос молодые мужчины в дорогих костюмах и с аккуратными причёсками. На подобных мероприятиях экспертов всегда не хватает, мы будем очень рады видеть вас в эти дни!

Но подобные предложения предполагали аккордную оплату за разовую работу. О постоянной подпитке витаксом здесь и речи не шло. Бас знал ищеек, перебивавшихся случайными заработками. В городе действительно довольно часто происходят самые разные события, собирающие толпы людей: от премьеры нового фильма до ярмарки мёда, который привозят пасечники даже с отдалённых хуторов. Если внимательно отслеживать все эти события, держать нос по ветру и везде успевать, можно жить и с таких доходов.

Но только в том случае, если витакс не нужен тебе ежедневно. Если ты здоров и можешь без потерь дождаться следующего приглашения. А как раз этого Бас себе позволить не мог. Витакс нужен был ему как воздух.

Этими горькими рассуждениями начался первый безработный день Баса. На Беговой, у ви-пункта, под рекламным постером, зазывавшим на Канары. Тогда он заправился на жетоны, полученные от контролёров в виде отступного, и прикинул перспективы, наметил план действий. И сейчас, на исходе третьего дня безуспешных поисков, когда всё сложилось в соответствии с самыми неприятными предположениями, ноги принесли его сюда же. Результат был нулевым, и на будущее сохранялась та же горестная, безысходная нотка – куда податься бедному, больному, никому не нужному эксперту?

Хоть подавай объявление в газету. Слышал Бас, некоторые бессмертные берут на службу собственных ищеек, поле своё берегут. Но попасть к таком боссу штука непростая – нужны связи, рекомендации. А где их взять, не у Зауера же!..

Он печально смотрел на пальмы и море. Эх, далёкий сказочный мир! Почему-то ему казалось, что на солнечных берегах нет ни воров, ни ищеек. Люди живут беззаботно, весело и счастливо, не ведая нужды. А тут и пожаловаться некому. Маме лучше вообще ничего не говорить, с её-то здоровьем. Можно делать вид, что продолжаешь ходить на службу. Вот только где жетоны брать? Эти-то скоро закончатся…

Стоп, сказал себе безработный эксперт, хоть одного человека он может порадовать случившимся прямо сейчас. Почему бы не вернуть Вику его обещание: уехать и не рисковать встречей со школьным товарищем в роли гончего. Нет больше гончего по имени Себастьян Лагерь. Уж в полицию-то он точно не вернётся…

К счастью, друг детства оказался дома. Вик открыл сразу, будто ждал за дверью. Улыбнулся, схватил за мокрую куртку и втянул Баса в прихожую. Приобнял. За окном опять полоскал дождь: с куртки текло, и на паркете быстро образовывалась небольшая лужица. Стоптанные башмаки эксперта оставляли на полированном дереве грязные рубчатые следы. Но друзья не замечали этого.

– Входи, дружище, – радостно проговорил тягун. – Хорошо, что зашёл.

– Да вот… – замялся эксперт. – Проходил мимо, дай, думаю…

– Вот и молодцом. Сейчас сделаем глинтвейн. Обсохнешь, согреешься. Поговорим…

Он помог раздеться, провёл в комнату.

– Ты присядь, – указал на диван, – я сейчас…

И тут же направился на кухню: с характерным стуком встала на плиту посудина для смешивания вина и воды, захлопали ящики и дверцы шкафа. Вот, чмокнув, пробка покинула бутылку, и забулькало вино. Зашипел газ в конфорке…

Бас присел на диван и откинул голову на высокую спинку. От всех этих звуков – домашних, уютных, от присутствия Вика, хозяйничавшего на кухне, оттого, что всё в этой комнате было так же надёжно и приветливо, как и сам хозяин – стало на душе удивительно спокойно и тепло. Веки отяжелели и прикрыли глаза. Эх, старый друг, и почему так неправильно устроена жизнь?

Вик с приглушенным звоном перемешивал глинтвейн в посудине, потом невнятно поговорил с кем-то по телефону. Бас не разобрал слов – после дня беготни и переживаний он слегка задремал. Тело стало невесомым, ему казалось, он плывёт куда-то: может быть к сказочным берегам? Туда, где тёплые волны ласкают берег, и пальмы кивают ему своими растрёпанными головами?