Укради мою жизнь

22

Бас гнал как сумасшедший. Фургон вначале подбрасывало на ухабах просёлочной дороги вдоль реки, потом заносило на крутых поворотах улочек и перекрёстков предместья. Правил дорожного движения партнёр не соблюдал, на светофоры не обращал внимания, и Вик, как бы ни был он потрясён всем произошедшим, по-настоящему опасался, что гонка может закончиться самым печальным образом.

Но бог миловал. Довольно скоро они приехали в район, где снимали мансарду. Машину бросили, не доезжая нужного дома, в глухом тупичке. Почти бегом преодолели расстояние до подъезда, проскакали лестничные марши, ворвались в комнату. И только тут перевели дух.

Бас тяжело повалился на кровать. Выглядел напарник ужасно: на бледном, с землистым оттенком лице лихорадочно горели глаза, лоб покрывали крупные как горох капли пота, синеватые губы тряслись. Да и всё тело его сотрясала крупная дрожь: руки, безвольно упавшие вдоль тела, ходили ходуном, голова и плечи конвульсивно вздрагивали. Себастьян пытался унять этот страшный озноб, но справиться с ним не мог и потому выглядел особенно жалко.

Виктор бросился к столу, вылил в стакан остатки рома, чудом сохранившиеся после вчерашних приключений. Поднёс ром ко рту друга:

– Штурман, выпей! – Он заметил, что его рука тоже подрагивает. – Выпей, тебе нужно взбодриться. Всё уже позади. Мы добились своего, мы теперь богаты! Не раскисай, брат!..

Стуча зубами о край стакана, Бас хлебнул крепчайшего напитка. Подавился, заперхал, разлил алкоголь на себя. По комнате поплыл запах жжёного сахара.

– Да, – выговорил с трудом, – богаты… У нас теперь куча денег!.. Уедем далеко-далеко… куда-нибудь, где нас никто не знает… К морю…

– Конечно, всё теперь будет отлично, дружище! – как мог бодрее и увереннее ответил Вик. И озаботился: – Нужно срочно связаться с Залеским. Он дал мне телефон для экстренной связи. Рассчитаемся с инженером, заберём твою матушку. Шестопёр поможет с документами. Сдерёт, конечно, три шкуры, ну да что уж тут…

В бутылке оставалось на донышке, и Вик опрокинул в себя глоток жгучей жидкости.

– Что там у тебя с запасами жизненной энергии, штурман? – он потянулся к браслету друга. Бас не помогал и не мешал, позволяя делать всё, что товарищ считает нужным. Лишь безучастно смотрел в потолок и старательно дышал – озноб потихоньку унимался.

Вор сдвинул рукав и не поверил глазам – на дисплее светился зеленью ровный аккуратный ноль! Такого он ещё не видел. Обычно в оперативном пространстве поля что-то есть, хоть несколько сотых единицы – минутки, слёзы, крохи, – но есть. А здесь…

Да, браслет не показывает самый последний резерв организма. Экстренный, так сказать, эапас, НЗ. Но он совсем невелик. Выходит, напарник все силы оставил у пустыря? Неудивительно, что вид у штурмана – в гроб краше кладут.

– Эй, Бас, что за дела? Ты ж говорил, что сегодня заправлялся! – засуетился тягун. – Где у нас ближайшая клеть?.. Можно прямо с канистрой… У нас теперь много – две по пятьсот…

– Три по пятьсот, – тихим, но твёрдым голосом поправил Бас.

– Две, дружище, две. Одну нужно отдать, как договаривались.

– Ты не понял, Вик, – у нас три канистры. И это не шутка. Ничего мы этому обрубку из «Партнёра» отдавать не будем. И оставь в покое мой браслет.

Бас отодвинулся. Напарник определённо приходил в себя: дыхание стало ровнее, синева исчезала, озноб почти прекратился. Он смотрел в упор, пристальным давящим взглядом, губы сжались в решительную складку.

– Это опасно, штурман, – меньше всего Вику хотелось сейчас начинать объяснения сызнова. – Неизвестно, кого мы посадим себе на хвост. Будем потом всю жизнь оглядываться, от каждого куста шарахаться. Нам это надо?

– Залеский своих безопасников не задействует, у него самого рыльце в пушку. Антенну на службе свистнул, собственный карман набивает. Ему «Партнёра» бояться нужно, а не привлекать в помощники.

– Хорошо, а если его самого возьмут в оборот? И потом, человек пустился в серьёзное предприятие, наверняка продумал пути отхода. Рассчитаемся – уйдёт по-тихому. Оставим без доли – неизвестно, как дело обернётся.

– Вик! – Бас сел повыше. Дышал он уже почти нормально, только бледность напоминала о приступе. – Я только что убил двоих! Думаешь, мне это просто далось? Я же не гангстер, не разбойник с большой дороги и не убийца. Я – эксперт по несанкционированным трансферам витакса! Я в полиции служил, таких как ты тягунов ловил! Но положил двоих бандюков, и не жалею об этом. Они стали на пути моего счастья. Нашего счастья, командор!

– Бас, я понимаю, – попробовал урезонить друга вор. – Так сложились обстоятельства. Или ты, или тебя. Не думаю, что заречные стали бы с нами цацкаться…

– Ни черта ты не понимаешь, Вик, – с убийственным спокойствием прервал Бас. – Даже если бы они нас не тронули – стояли бы в сторонке или молили о пощаде… Или просто молчали, но представляли бы при этом хоть малейшую угрозу – я бы и тогда их убил! Никому, – слышишь! – никому я не позволю отнять у меня будущее!..