Укради мою жизнь

24

Вик покинул мансарду, ключ бросил в почтовый ящик хозяйки. Сегодня можно так, по-английски. Противоречивые чувства владели вором. Душа рвалась туда, к многоцветной, словно с детского рисунка многоэтажной башне, где свила себе гнёздышко Софья, а рядом вполне мог находиться инженер. Однако с той же лёгкостью в гнезде сейчас могло никого не оказаться.

Да, Софья просто так собственность не бросит, но что мешает ей на время закрыть квартиру и не показываться там? А потом продать через какое-нибудь агентство недвижимости. Тогда придётся искать сладкую парочку через риэлторов, общих знакомых, может быть, – аккуратно – через «Партнёра». И на всё это нужны деньги и время. Время и деньги. И витакс, а он остался без волшебного инструмента и заветных чемоданов. Нужно что-то придумать…

А что выдумывать велосипед, усмехнулся про себя тягун, придётся тряхнуть стариной. Теперь, после акции с применением «пылесоса», обычный тяг казался рутиной: заурядным, несложным и малоинтересным делом. Так нельзя, одёрнул себя вор. Никто не отменял ни ви-контролёров, ни ищеек. А Баса, друга, готового предупредить об опасности, рядом уже нет.

Эх, Бас! Ну как же так, дружище?..

Прикинув все «за» и «против», Вик решил не устраивать большой охоты. Собрать поверху единиц десять, чтоб было с чем показаться в «Шестке», а там с Валеркой Шестопёром он договорится. Если надо, займёт немного, а потом витакс у него будет. Зря, что ли они с напарником рисковали – на стадионе, на площади, в кустах пустыря? И все эти смерти, они что – зря?!

Ближайшим людным местом оказалась автобусная остановка. Незаметно подкрался вечер, и желающих уехать было достаточно. Небо вновь заволокло тучами, начал накрапывать мелкий холодный дождь. Люди жались под козырьком, прятались под зонтами. Поднимали воротники курток и плащей, стараясь укрыться от ледяных капель. Ветер играл и воротниками, и зонтами, норовил попасть в лицо пригоршней осенней стылой влаги.

Вор стал немного в стороне, надвинул пониже на лоб кепку. И прицелился на двух подружек, стоявших под одним на двоих зонтике и оживлённо что-то обсуждавших. Применять сейчас весь арсенал приёмов тягун посчитал лишним – затевать ссоры и скандалы было не с руки. Обстановка не та, да и времени нет. Девчонки щебетали, им было наплевать на плохую погоду и окружающих – вполне благоприятный фон. А дальше Вик надеялся на свои способности.

Прикрыл глаза, сосредоточился. Аура появилась сразу и отчётливо: приятная, розовая, переливчатая. Совместная. Девушки пребывали в хорошем настроении. Та, что повыше жестикулировала, растолковывая что-то подруге, и часть розового ореола наливалась дополнительным оттенком алого. А ведь можно тянуть и так – не на раздражении и гневе, а на положительных эмоциях. Это тоже нестабильность поля.

Вик потянулся. Трепетной бабочкой мелькнул выплеск – быстрый и мимолётный, как сквознячок в тёмной комнате. Знакомо толкнуло мягким и тёплым под дых. И тут же все ощущения исчезли. Ни приятной тяжести принятого витакса под ложечкой, ни краткой слабости в коленях. Будто проглотил глоток воды и вкуса не разобрал.

А вот в области крестца рыкнула турбина. Такое было ощущение, будто установили там с некоторых пор мощный турбодвигатель, слегка шевельнувший сейчас своими лопастями. На один краткий миг – словно вспышка обожгла заветное место, откуда все эти три дня так славно текло в конденсаторы. Только не было сейчас при нём ни «пылесоса», ни чемоданчиков. Что за чёрт?

Он невольно взглянул на браслет – фоновое значение. Ни следа принятого витакса – радость тягуна, пойманного контролёрами на горячем. Но простите, по его ощущениям должно было осесть единиц пять-семь. Это как минимум. Куда ж они девались?

С подобным Вику сталкиваться ещё не приходилось. На мгновение он растерялся. Правило тягунов гласит: если обстановка непонятна, если происходят вещи из ряда вон выходящие – беги. Бросай всё и беги! Но ситуация была сейчас совершенно иной – Вику до зарезу нужен был витакс. Прийти в «Шесток» пустым и клянчить подачку было не в его правилах. Да и Шестопёр не поймёт.

Он прикрыл глаза и повторил попытку. Из-за этого, наверное, и не заметил сразу, что девушки притихли, только бросилось в глаз – аура их значительно побледнела. Однако выплеск произошёл, да ещё какой! Ветвистый протуберанец метнулся к нему от женских фигурок в косой пелене усиливающегося дождя. Вик даже присел, ожидая приёма повышенной дозы. Даже руки слегка растопырил, как бы готовясь подхватить брошенную ему нешуточную тяжесть…

Тупой толчок в грудь – краткий и лёгкий – и загадочная турбина взревела: жарко, мощно, с диким ощущением, будто он сейчас превратится в ракету и стартует с щербатого асфальта прямо в затянутое тучами небо!

А следом девчонки начали валиться на этот самый мокрый, грязный, щербатый асфальт – сразу обе. Одна упала в лужу – тяжело, с фонтаном брызг, как опрокинутая тумба, другая опустилась невесомо и тихо – только дождь принялся радостно заливать беззащитно открывшееся, бледное и застывшее лицо.

Вик остолбенел. Он не мог отвести взгляда от мёртвых – уже мёртвых! в этом не было сомнений! – девушек, но разум отказывался принимать происходящее! Не верил тому, что видели глаза. А на остановке раскручивалась уже полная дичь: людей начало шатать. Казалось, все они только что приняли по полному стакану крепкого спиртного и сразу опьянели. Послышалась невнятная громкая речь, движения стали смазанными, послышались вскрики. Опускались слабеющие руки с зонтами, фигуры в куртках и плащах раскачивались, переступая по лужам. Потом приглушенные городские шумы прорезал неожиданный истерический смех, а следом – тут же – вой. И стон. Кто-то слабо пискнул: «Помогите!»