Украсть его собаку

Украсть его собаку

Это было до безумия очевидно и до очевидного безумно. Идея, прилетевшая мне в голову, напоминала злую насмешку. Да и в целом выглядела дурной затеей. Мой здравый смысл (или то, что от него осталось) умолял этого не делать. Но других беспроигрышных вариантов у меня не оставалось, только один: я должна была украсть его собаку.

***

– Кристина, у нас для тебя плохие новости…

Мама не любила долгие прелюдии, умея эффектно начать любой разговор. Я поджала губы и уставилась на неё круглыми глазами. После такой фразы можно было ожидать чего угодно. Но она всё равно умудрилась меня удивить.

– Прости, дорогая, – всё таким же печальным голосом продолжала мама, – но это лето ты не сможешь провести у бабушки на даче.

Боже, спасибо! Боже! Да!

Всё внутри меня ликовало и готовилось скакать от радости. Однако для мамы я сделала максимально скорбное лицо и приглушённо спросила:

– Да? А почему?

– Дело в том, что у бабушки назначена плановая операция на колене в середине июля. Так что лето она проведёт в городе. Сначала подготовка, анализы, обследования, потом реабилитация. Ходить она какое-то время не сможет, сама понимаешь.

Я кивнула. Хотя слабо представляла себе, что это за операция. При одной мысли о больницах к горлу сразу подступила тошнота. Бабушку стало жаль, но торжество меня не отпускало. Я наконец-то не уеду в деревенскую глушь, где ни друзей, ни нормального интернета, ни приличных ТЦ. И, вообще, почему я должна, как малолетка, ездить в ссылку на огородные плантации, когда лето в городе – самое крутое время?

– Кристиночка, но на тебе будет обязанность, – не унималась мама. – Нужно будет регулярно ездить и проверять бабушку, помогать ей.

Вот чёрт.

– Но у меня ОГЭ! – воскликнула я.

– Ты успеешь всё сдать. А для колледжа подадим документы сразу после экзаменов. – Мама быстро находила нужный контраргумент, а мои доводы быстро закончились. – Только на тебя вся надежда, дорогая. Мы с папой работаем и не сможем ездить каждый день, а вот ты…

А я бездельница, которую можно эксплуатировать. Ну, конечно. Спасибо, мам, что напомнила в очередной раз о моей роли в этой семье.

– Я тогда тоже пойду работать, – осенило меня.

Мама нахмурила свои недавно сделанные брови.

– Тебе не хватает карманных денег?

«Не хватает. Не хватает для самостоятельности», – подумала я, но вслух не сказала.

Спорить с мамой бесполезно. Похоже, что всё было решено изначально. Что ж… Вот так новость из раздела хороших вдруг перешла в категорию «так себе».

Майские праздники принесли в наш регион похолодание, снегопад и новое неприятное для меня известие.

– Мы уезжаем в Ялту на всё лето, – радостно сообщила мне Дина, моя лучшая подруга. Похоже, теперь бывшая. Потому что я на неё сейчас очень злилась.

Но она этого даже не заметила. Потому что уткнулась в телефон – кто-то опять засыпал её сообщениями, а она в ответ со скоростью пулемёта стучала ногтями по экрану.

Мы шли вдоль набережной, уже смеркалось, зажглись уличные фонари. Выпавший майский снег превратился в коричневую жижу. Фигуры прохожих размылись и потемнели, по дороге проносились автомобили. Я смотрела то на темнеющую воду реки, то вслед красным огням машин.

Жизнь проходила мимо, а я застряла где-то между событиями. Дина за этот учебный год меняет уже второго парня. Пусть о ней отзываются как не о самой целомудренной девушке, зато о ней говорят. Она всегда в центре внимания.

Со мной же ничего не происходило, в романтическом плане, конечно. Не знаю, в чём моя проблема. Я не модель, но и не дурнушка. Фигура стройная, одеваюсь по моде. У меня русые волосы с карамельным оттенком. Глаза бледно-карие – это печально, но не критично. Зато ресницы густые – немного туши сверху, и я королева.

Так что со мной было не так? Какое клеймо стояло на моём лбу, раз даже на новогодней дискотеке ко мне никто не подошёл?

Меня никогда не буллили в школе, я хорошо общалась со всеми… девочками. А мальчики меня просто игнорировали. Как будто я пустое место, словно меня просто не существовало.

– Ну, ты хорошенькая, – сказал как-то друг моего старшего двоюродного брата, когда я была на даче у бабушки, а они туда приехали потусить. – Но слишком маленькая для меня, извини.

Это, пожалуй, был самый феноменальный знак внимания, оказанный мне представителем мужского пола.

Май пролетел, мы моргнуть не успели.

Сирень уже вовсю цвела, когда начался самый нервный месяц – июнь – пора сдачи ОГЭ. Натренированная репетиторами, я жила это время на каком-то автопилоте, стараясь не отвлекаться ни на что, кроме учёбы. Отчасти я завидовала Дине, которая относилась ко всему гораздо проще. Её словно, вообще, не интересовало, как она сдаст экзамены и поступит ли в колледж. Все её разговоры были о новом гардеробе и поездке на море. Впрочем, я до сих пор тайно злилась на неё за то, что она бросает меня в городе в то самое лето, когда я впервые никуда не уезжаю.