Укрощая любовь

Глава 18. Танцы

Это было так в духе Генри – импульсивно поцеловать жену на глазах у всего честного народа, но он ничего не мог с собой поделать. Аннабель была потрясающей. Ему все время хотелось прикасаться к ней, держать ее. В тот день у реки он провел больше времени, глядя на то, как она спит, чем читал свою книгу. Вероятность того, что она беременна, посылала его природе знаки не перебарщивать. Сегодня Генри собирался перекатиться на правую сторону их двухместной кровати. И, без сомнения, спать.
Пока они переходили дорогу к танцам, он заметил, что на крыльцо зала вышел Льюис Блэк. Генри собирался не спускать с него глаз, ведь мужчине очень не нравилось, как тот смотрит на его жену.
Он ожидал какой-то реакции от него на то, что Роуз живет в одной комнате с Аннабель и Лилли, но ее не было. Генри надеялся, что Льюис никогда бы не стал поднимать шум из-за такого. Девушки, казалось, хорошо проводили время вместе, и было бы обидно, если бы Льюис испортил их времяпрепровождение.
Он поговорил с Коржиком по поводу мисс Блэк, и вообще-то не был уверен, как относиться к их общению.
– Я посватаюсь к мисс Розали, - проинформировал Коржик.
– Но я думал, что некоторое время назад она утверждала абсолютно противоположное.
Коржик улыбнулся Генри и просто покачал головой.
– Женщина имеет право передумать.
– А что же ее брат?
– Мисс Розали уже взрослая и не зависит от своего брата. Он ничего не сказал о ее делах, и если вы спросите меня, то он пренебрегал своими обязанностями по отношению к мисс Розали с тех пор, как умер его отец.
Генри был удивлен и пожелал ему удачи. На ранчо Блэков что-то происходило, и он чувствовал неловкость. Да, не спускать глаз с Льюиса было целесообразно.
Как только они вошли в извозчичий двор, к ним бросилась дама средних лет и немалых габаритов.
– О, мистер Аллен, какая у вас чудесная невеста. Я была вся, как на иголках, ожидая встречи с ней.
– Миссис Коуп, мне очень приятно представить вам свою жену. – Он взглянул на Аннабель и добавил: – Аннабель, миссис Коуп с мужем управляют универмагом. А еще она президент Культурной ассоциации «Медвежьей долины», которая организовывает встречи.
– Это действительно удовольствие познакомиться с вами, миссис Аллен. Конечно же, вы должны присоединиться к Ассоциации. Это оказывает облагораживающее влияние на наш город. Вы нужны там.
Аннабель пребывала в полной растерянности. Как она могла участвовать в организации, когда посещение города не стояло у нее на первом месте?
– Для меня большая честь, что вы просите меня, мэм, но не уверена, что я являюсь хорошим кандидатом для такого.
– О, пф, конечно, вы будете. Но не волнуйтесь об этом сейчас. Танцы начинаются. Первый номер мы посвящаем вам. Не будете ли вы с мужем так добры, чтобы стать во главе?
Аннабель беспомощно посмотрела на Генриа, который лишь улыбнулся и пожал плечами.
– Почту за честь, мэм. Какого рода танцы здесь танцуют?
– Уверена, у нас тут не так элегантно, как вы привыкли, миссис Аллен, менуэты здесь не в чести! Но мы не должны вас разочаровать. У нас есть музыканты с рилами и квадратами. А еще вальс или даже два.
Из-за того, что Аннабель не знала ни одного менуэта, ей было радостно сказать:
– Уверяю вас, миссис Коуп, я с нетерпением жду этого, – обаятельно улыбнулась Аннабель. – С нами прибыли гости. Позвольте представить вам моего деверя и его жену, мистера и миссис Мэтью Аллен.
Миссис Коуп захлебнулась от восторга при виде Мэтью и Лилли, а Аннабель сжала руку Генри, просто чтобы убедиться, что он был там. Должно быть, он почувствовал ее трепет, потому что накрыл ее ладонь своей и улыбнулся жене. Он знал, что она станет украшением этих танцев, и прошептал ей на ухо:
– Хочу тебя заверить, что первый вальс – за мной.
Она удивленно взглянула на него. Он не ожидал, что она будет танцевать только с ним?
– Генри, я ожидала танцевать только с тобой.
– Аннабель, сейчас ты не можешь прийти на танцы, где на десять мужчин приходится одна леди, и рассчитывать, что будешь танцевать только с одним, даже если это я. Полагаю, что если буду настолько эгоистичен, то здесь начнется бунт.
Она слегка покраснела, припоминая, как в Вирджинии была девушкой, которая на танцах стоит у стены, наблюдая за танцующими, но только по совсем обратной причине. А еще вспомнила, как была благодарна, когда хоть кто-то, не важно, кто, приглашал ее на танец. Сидеть и смотреть было тоже ничего, но не весь же вечер. Она кивнула Генри, когда они заняли свое место во главе ряда.
Извозчичий двор превратили почти что в бальный зал. Хотя неотесанный деревянный пол и большое открытое пространство посередине оказались пригодными для танцев. В процессе подготовки к ним люди перегнали весь скот на пастбище, убрали все коляски, за исключением одной невысокой повозки, которая будет служить сценой для музыкантов. Затем они очистили здание, принесли тюки с сеном и накрыли их одеялами, чтобы те служили вместо стульев, задекорировали все транспарантами и цветами, и поставили один длинный стол с закусками и пуншем.
Музыканты уже приготовились, а зал оказался практически переполнен. Аннабель увидела, что мужчин значительно больше, чем женщин, но последние все же были. И она с нетерпением ждала встречи с ними.
Конферансье помогли взобраться на повозку, и он призвал собравшихся к вниманию.
– Вечер добрый, дамы и господа. Добро пожаловать на наше небольшое мероприятие. Среди нас присутствуют новые лица, которых нам хотелось бы поприветствовать. Надеемся, это будет первый раз из многих, когда мы будем жаловать их среди нас. – Он прочистил горло и кивнул в сторону стоящих Аннабель и Генри. – Нам хотелось бы поздравить мистера Генри Аллена с его недавней женитьбой на милой девушке их Вирджинии. Надеемся, что брак ваш будет счастливым и плодотворным.
Со всех сторон раздались свист и хлопки, а Генри поднял руку в знак благодарности, в то время как Аннабель улыбнулась и покраснела, пока делала небольшой реверанс.
Конферансье продолжил:
– В честь миссис Аннабель мы начнем вечер с вирджинского рила*. Маэстро? – Он посмотрел в сторону человека, к которому обращался, и покинул сцену.
Человек встал перед повозкой и сказал:
– Что ж, милые дамы и лихие господа, призываю вас к вир-джин-н-нскому ри-и-илу.
Дамы во главе с Аннабель выстроились в ряд напротив мужчин, которые находились во главе с Генри. Аннабелье было приятно отметить, что все выстроились семью парами.
Мужчина призвал:
– Поприветствуйте партнеров.
И под звук аккорда дамы сделали реверанс, а мужчины поклонились.
Заиграл веселый мотив «Rattlin’ Bog», и ведущий скомандовал:
– Правая рука… по кругу.
Каждый поднял свою руку, прикоснулся к руке партнера и повернулся по часовой стрелке.
– Левая рука… по кругу.
Сигнал к смене руки и направления движения.
– До-си-до**.
Еще один круг, но теперь уже одна рука находилась впереди, а другая – сзади.
Аннабель победоносно улыбалась, обходя вокруг своего мужа, а он улыбался в ответ, счастливый, но с удивлением отмечающий, как легко ступает его жена.
– Ведущая леди и замыкающий джентльмен… вперед и обратно.
Теперь пришло время взглянуть на ряд, чтобы увидеть, кто будет танцевать с Аннабель эту часть, когда она движется по диагонали и встречается на полпути с замыкающим джентльменом. Улыбка Генри превратилась в гримасу, когда он заметил, что их замыкающий джентльмен ни кто иной, как Льюис Блэк. Что ж, решил он, все, что мог сделать Генри, – наблюдать.

– Миссис Аллен, – поприветствовал Льюис, когда они встретились на середине.
– Мистер Блэк, – ответила Аннабель, когда движения танца увели их обратно на свои места.
– Ведущая леди и замыкающий джентльмен, до-си-до.
Они протанцевали до конца ряда и сделали круг друг вокруг друга.
Льюис дерзнул.
– Чудесный вечер, миссис Аллен.
– Это так, сэр.
После этого они разошлись, чтобы вернуться к своим партнерам. Теперь настал черед тура для Генри идти вперед, так что он не мог оценить истинную реакцию Аннабель на Льюиса, но надеялся на лучшее. В самом деле, что может сделать человек на переполненной танцплощадке?
Танцы продолжались, и Генри мог приглашать Аннабель на многие вечера, особенно дамские. Он знал, что женщине нужна компания, чтобы быть непринужденной в жизни, и важно, насколько она счастлива в браке. Но Аннабель могла перекинуться разве что парой слов с соседками, прежде чем ее приглашали на следующий танец, а затем еще один, и еще – джентльмены буквально выстроились в очередь, чтобы потанцевать с ней. Лилли пользовалась не меньшим вниманием, и Мэтью с Генри часто стояли, с улыбкой наблюдая, как их жены кружатся по комнате под восторги ковбоев.
Генри воспользовался своим правом на танец и вывел Аннабель в вальсе через открытую дверь на улицу, в темный укромный уголок, где поцеловал ее, вложив в поцелуй все те эмоции, которые сдерживал весь вечер.
– Генри, твоя плутовская натура дает о себе знать, – хихикнула Аннабель.
– Ничего не могу с этим поделать, Аннабель. – Он снова поцеловал ее. – Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, не слишком устала?
– Нет, чувствую себя прекрасно. Я наслаждаюсь, Генри. Все были такими радушными.
– Они и должны. Ведь ты цветок среди терновника.
– Генри, ты слишком любишь меня, чтобы быть объективным.
Генри только покачал головой и улыбнулся. Он услышал, что вальс подходит к концу, и произнес:
– Нам нужно вернуться внутрь, иначе сюда заявится поток желающих найти тебя.
Аннабель рассмеялась, когда Генри отправил ее обратно в импровизированный бальный зал в жаждущие руки своего нового партнера.
Аннабель переводила дух после очередного рила, когда заиграла мелодия другого вальса. Она осмотрелась в поисках Генри и наткнулась на объятия Льюиса Блэка.
– О-о, простите меня, мистер Блэк. Я не знала, что вы там.
– Мое прощение будет легко заслужить, миссис Аллен.
– И как же?
– Позвольте быть вашей парой в этом танце и следующем.
– Это одноразовое правило?
– Конечно.
Аннабель чувствовала себя немного неловко, но не могла придумать хорошей причины для отказа, поэтому просто протянула свои руки, и Льюис повел ее на танцплощадку. О Льюисе она могла сказать только одно: он был замечательным танцором. Его вальсирование оказалось гладким как стекло. Поначалу Аннабель отпустила некое природное беспокойство, которое почувствовала, оказавшись рядом с мистером Блэком.
Аннабель улыбнулась ему и спросила:
– Вы всегда посещаете Поучительные танцы?
– Только если здесь есть кто-то, с кем я хотел бы потанцевать. – Он выразительно заглянул ей в глаза, и этого хватило, чтобы ее беспокойство вернулось с утроенной силой.
– Вы прекрасный танцор, мистер Блэк. Могу понять, отчего десятки дам лелеют надежду станцевать с вами.
– Меня не интересуют десятки. Танцы – не все, что я умею.
Каждое произнесенное им слово, казалось, было пропитано подтекстом. Он без тени смущения прижал ее ближе и сильнее сжал девичью ладонь. Аннабелье стало очень неуютно.
Льюис с вожделением посмотрел на нее.
– Часто ли вы ходите купаться, миссис Аллен?
– Купаться! – удивилась Аннабель. – А почему вы спрашиваете?
– Несколько недель назад я услышал выстрелы у северной границы своих земель и отправился на разведку. Представьте мое удивление, когда я увидел то, что должно было оказаться нимфой, резвящейся в водной чаше у горы. Вы наслаждались своим занятием, миссис Аллен?
Аннабель была смущена и повторила осипшим голосом:
– Занятием?
– Представьте мое удивление, когда над моей прекрасной нимфой надругался громадный сатир. Уверяю вас, это было довольно скандальное зрелище.
Должно быть, Льюис наблюдал за их с Генри купанием и занятием любовью на берегу пруда в тот день. Аннабель была унижена.
– Мистер Блэк, меня тревожит, что вы стали случайным свидетелем столь личной стороны моей жизни. Джентльмену следовало бы удалиться, как только он понял, с чем столкнулся.
– О, но я не джентльмен, миссис Аллен, а из того, что я видел, вы явно не леди.
Мужчина был несносным. Смущение Аннабельы быстро сменилось гневом. Она остановилась и вырвалась из его рук. Взглянув в его черные глаза, она просто развернулась на каблуках и пошла прочь с танцпола.
Генри сразу же последовал на ней, чтобы взять за руку.
– Аннабель, что случилось?
– Этот мужчина отвратителен!
– Что он сделал? - сурово спросил Генри.
Мэтью подошел сбоку от Генри. Он хорошо видел, что произошло на танцплощадке. Аннабель пришла в ярость, но прекрасно понимала, что глаза всего собрания направлены в ее сторону, и не хотела сделать ничего, что усугубило бы ее смущение. Она взглянула на мужа и вспомнила, каким идиллическим был их пикник на лугу, а Льюис его осквернил. Слезы навернулись на глаза, и это злило ее еще больше. С какой стати она плачет, если рассержена? Это было так раздражающе.
Девушка услышала возню за спиной. Коржик тащил Льюиса за руку.
– Ты, гад ползучий, даже плевка моего не достоин. – Он тащил Льюиса к задней двери зала, чтобы прогнать, но тот смог высвободиться и вышел сам. За ним погнались несколько мужчин, а Аннабель повернулась к мужу.
– Я не знаю, что делать.
Объяснив Мэтью, что он собирается отвести жену в лагерь, Генри нежно взял Аннабель за руку и повел прочь от танцевального зала в сторону.
– Аннабель, что случилось?
– Я не могу тебе сказать, – сдавленно проговорила она.
– Почему нет? – Озабоченность Генри быстро выходила из-под контроля. Что бы ни случилось, оно должно было выходить за рамки приличия.
– Генри, я не хочу, чтобы ты воспринял это слишком близко к сердцу. Не хочу, чтобы ты получил травму.
– Аннабель, защищать тебя – моя работа. Так что позволь мне выполнить ее.
Аннабель сглотнула, когда слова Льюиса вернулись. Слезы полились, и она присела на ближайшую плоскую поверхность, которой оказалась небольшая скамейка, которую использовал Коржик, чтобы добраться до верхней части повозки с едой для ковбоев. Генри присел перед ней на корточки и прошептал:
– Аннабель, скажи мне. Я должен знать, чтобы помочь тебе.
– Хочу больше никогда не оказываться в непосредственной близости от Льюиса Блэка снова.
– Это я могу тебе обещать, – мрачно сказал Генри и наклонился ближе к Аннабель. – Скажи мне, дорогая. Не мучай меня.
– Льюис открылся мне, что стал свидетелем того, что мы делали в день, когда пошли на луг. Он сказал, что услышал выстрелы и отправился на разведку. Он видел меня без одежды, Генри. Он видел нас, занимающихся брачными отношениями. – Аннабель несколько раз сглотнула, прежде чем продолжить. – Когда я пожурила его за то, что он не ушел сразу же, как только увидел наш приватный момент, он сказал мне, что не джентльмен. А потом… – она шмыгнула носом, – а потом он сказал, что, исходя из того, что он видел, я – не леди. И тогда я ушла от него с танцплощадки.
– Вот же ублюдок! – воскликнул Генри. Ярость окутывала каждый произнесенный слог.
– Я почти ударила его, но не хотела унижаться. – Она посмотрела на мужа и была потрясена, увидев ярость на его лице. – Генри, я не хочу, чтобы ты шел на крайности.
– Аннабель, его нужно остановить раз и навсегда, и я с радостью займусь этим. Я устрою ему засаду. Он же хуже осла.
В этот момент подошли Мэтью с супругой, Коржик и Розали. Лилли бросилась к Аннабель.
– Сестра, ты в порядке?
– Я невредима, просто злюсь.
– Аннабель, мне так жаль. – В глазах Розали стояли слезы.
– Розали, ты не имеешь никакого отношения к тому, что сказал твой брат.
– Он всегда был хулиганом и эгоистом. И не заботился ни о ком, кроме себя. Мне так стыдно, что я его сестра. Прошу, Аннабель, не позволь его поведению повлиять на нашу дружбу.
Генри подошел к Коржику и потянул его в сторону, пока девушки разговаривали и утешали друг друга.
– Он ушел. Должно быть, он ожидал каких-то неприятностей сегодня вечером, потому что его лошадь была оседлана и ждала в задней части загона.
– Зачем ему выкидывать такой грязный трюк?
– Не знаю точно, но ходят слухи, что он в отчаянии. Он проиграл уже все ценное, что ему принадлежало, кроме ранчо. И его бы тоже проиграл, если бы Роуз ему позволила, но половина дома, земля и вся мебель принадлежат ей.
– А отчаянный человек готов на отчаянные поступки, – нахмурился Генри.
– Итак, брат, как ты собираешься поступить с этим хамом? – спросил Мэтью.
– Даю слово, что найду его, а когда найду, то, в лучшем случае, отхлестаю кнутом для лошадей.
– А в худшем? – поинтересовался Мэтью.
Генри посмотрел брату прямо в глаза и ответил:
– Убью его.

Примечания:

* Вирджинский рил действительно существовал.
Рил (англ. Reel) − тип традиционного танца, распространённый в Ирландии и Шотландии, а также музыкальный ритм, под который можно танцевать этот танец. Возник примерно в 1750-е годы в Шотландии, а ирландские мастера танца дали ему дальнейшее развитие (два рила – «Kelsey’s Wee Reel» и «Miss MacLeod’s Reel»). Музыкальный размер рила 2/4 или 4/4, имеет быстрый темп. Это по характеру «бегущий» танец. Где-то до середины ХХ века различались мелодически и танцевально Single Reel и Double Reel, первый в обоих отношениях был менее сложным и более медленным. Позже различие между ними стерлось.
** До-си-до – особый шаг в танце, чаще всего в кадрили и польке.