Укрощая любовь

Глава 22. Доктор

- Я не беременна, Генри.
Генри простым движением подтянул Аннабель к себе, и они вместе опустились на скрученный матрас, который вполне сошел за удобное сидение в конце повозки. Все, о чем он мог думать, это невероятное облегчение, которое он испытывал, держа любимую в своих объятиях. Молодой человек представил себе все, что только можно было – как Льюис ранит ее, или убивает, или увозит куда-то, чтобы они больше никогда не могли быть вместе.
Это оказалось именно тем, что могло заставить его душу умереть. Если бы он потерял ее, то одновременно потерял бы и себя. Генри обнял жену покрепче и поцеловал в висок.
- Моя Аннабель, моя милая Аннабель, я не могу думать ни о чем, кроме того, как же я рад тому, что ты вновь со мной, и я в состоянии держать тебя вот так в объятиях. У нас будет еще целая жизнь впереди, чтобы завести ребенка, моя дорогая. Поверь, я искренне сопереживаю твоей трагедии, но моя радость – рядом с тобой, милая - прямо вот здесь.
Неожиданно к глазам Генри подступили слезы, а голос его предательски дрогнул на последних словах.
Аннабель откинула голову назад и удивленно посмотрела на мужа. Любовь, которую он испытывал по отношению к ней, можно было прочесть в его глазах. Аннабель покачала головой:
- Я не заслуживаю тебя, Генри. Ты дал мне все, а я взамен обременила тебя лишь переживаниями и беспокойством.
- Аннабель, как ты можешь такое говорить? Ты дала мне… Ты привнесла… Я так… - Генри не мог подобрать правильных слов и сделал лучшее в этой ситуации – он поцеловал ее, выражая всю свою любовь и страсть.
Она ответила на его поцелуй в равной степени пылко, и биения их сердец зазвучали в идеальной гармонии. В конечном счете, Аннабель осознавала, что ей посчастливилось построить жизнь с Генри по воле ли случая, благодаря ее удачливости или же потому, что небо ответило на все ее молитвы, она не знала этого точно, но уверена была в одном – она пребывала в раю. Аннабель дала обещание самой себе, что всю жизнь будет стараться, чтобы стать достойной этого человека.
Как раз в это время послышался шелест брезента, покрывающего повозку, и голос мягко позвал:
- Генри? Аннабель? Могу я поговорить с вами одну минуту?
Это был голос Розали. Аннабель в панике посмотрела на Генри. Поддавшись блаженству ощущений рядом с мужем, она на мгновение забыла, что стала убийцей и теперь ей предстоит лицом к лицу встретиться с сестрой человека, которого она убила.
- О, Генри, - выдохнула Аннабель, хватаясь за его руки. – Я не знаю, что ей сказать.
- Все будет в порядке, Аннабель.
Генри помог любимой спуститься с повозки, возле которой их ожидала Розали. Аннабель даже слова не успела сказать, когда та начала свою речь.
- Аннабель, мне так жаль из-за того, что сделал мой брат. Я не знала,
каким ужасным человеком он стал. Как будто что-то переломилось в его голове. Наша семья совсем не такая. Его воспитали по-другому. Мне так жаль, - она посмотрела на Аннабель несчастным взглядом.
- Ох, Розали, мне тоже очень жаль. Я боюсь, что могла убить твоего брата, - на лице Аннабель отразилась скорбь.
На мгновение голос Розали дрогнул, но она продолжила.
- Все, что ты сделала, было в рамках твоих прав. Я не виню тебя, потому что и сама бы так поступила, или даже хуже. Я буду горевать о потере брата, которого знала много лет назад. А об этом монстре, которым он стал… - предложение Розали не закончила, а лишь покачала головой.
- Розали, я не поддерживаю всего того, что сделал тебе Льюис. И тебе не следует чувствовать себя виноватой за его поведение по отношению ко мне.
Аннабель облокотилась на руку Генри. Чем дольше она стояла, тем острее ощущалась боль во всем теле. Все неприятные ощущения, которые, казалось, прошли в объятиях Генри, вернулись с новой силой. Голова пульсировала, ныл живот, и каждая мышца в ее теле болела так, словно девушку кто-то избил палками.
Розали заметила, насколько бледной стала Аннабель.
- Аннабель, ты ведь не ранена?
- Мне пришлось скакать верхом, будучи при этом переброшенной через спину лошади Льюиса, а у этого животного, пожалуй, самый костлявый позвоночник в мире. И теперь, когда мое волнение немного поутихло, я чувствую все свои ушибы и синяки.
Генри обнял Аннабель за спину, с беспокойством поглядывая на жену.
- Почему бы тебе не прилечь, Аннабель? Я пошлю кого-нибудь за доктором.
- О, Генри, я в порядке, просто немного устала и чувствую слабость.
- Я видела доктора в церкви. Я приведу его, - предложила Розали.
- Нет, Розали, - стала умолять Аннабель, но та уже ушла.
- Пойдем, Аннабель, тебя нужно уложить. Я хочу, чтобы доктор осмотрел тебя. Тебе через столько пришлось пройти.
Аннабель выглядела беспомощной, пока муж помогал ей подняться обратно в повозку. Он последовал внутрь за ней и размотал скрученный матрас.
- Нет, Генри. Я не хочу быть в постели, когда придет доктор.
- Почему нет?
- Я не очень привыкла, чтобы мужчины видели меня так. Я буду чувствовать себя неуютно.
Генри рассмеялся.
- И я бы хотел оставить это прекрасное зрелище только для себя… Уверен, доктор может провести осмотр и здесь. Но, возможно, тебе стоит переодеться во что-то попроще, чтобы ему было удобней?
- Это хорошая мысль. А что за человек этот доктор?
- Доктор Санчес хороший человек. Мужчина средних лет, у него есть жена и семья здесь в городе. Он полезный.
- Полезный?
- Обычно я вызываю его, только если кто-то из моих ребят ломает себе кость или в других подобных случаях. Он хорошо разбирается в такого рода вещах.
- Ну, у меня нет переломов. Только ушибы, кажется.
Генри вновь поцеловал ее и затем сказал:
- Я попрошу Лилли принести тебе что-нибудь перекусить. А ты расслабься и отдыхай.
Генри оставил Аннабель, чтобы найти Мэтью и Лилли. Они стояли возле повозки, где готовилась еда, в которой работала Лилли.
Она подняла взгляд на Генри, когда он приблизился.
- Я так рада, что Аннабель снова с нами. Скажи ей, чтобы она не беспокоилась об ужине. Я уже все устроила.
Генри поблагодарил свою невестку и с удивлением отметил, как эта городская девчонка легко справилась с ролью Аннабель, когда это от нее потребовалось. Лилли как раз начала собирать еду для Аннабель, когда вернулась Розали с доктором.
- Где пациентка, мистер Аллен? – спросил улыбчивый мужчина.
- Она отдыхает в повозке и ожидает вас, - ответил Генри, сопровождая доктора.
По дороге к фургону он отвел врача в сторонку и заговорил шепотом:
- Доктор Санчес, мы не были уверены, но миссис Аллен заметила некоторые признаки, указывающие на то, что она могла быть в положении. После произошедшего сегодня у нее началось кровотечение.
- Ох, мистер Аллен. Что же с ней случилось?
- Ее похитили, связали и перекинули через спину коня, на котором злодей скрылся с места преступления. Чтобы усмирить, преступник ударил ее по голове. К тому же, несколько позже, она свалилась с той самой лошади. В целом сегодня с моей женой обращались крайне жестоко.
- Я задам вам очень деликатный вопрос, возможно, что похититель изнасиловал ее?
В голосе Генри послышались металлические нотки.
- Я не думаю, что ему представилась такая возможность.
- Хм… Конечно же, все физические испытания, через которые Аннабель пришлось сегодня пройти, могли привести к выкидышу, если она была беременна. После обследования я смогу определить это точно.
Генри с нетерпением ждал у фургона, пока доктор общался с Аннабель. Ему не стоило ни на минуту оставлять ее одну сегодня. Все, о чем его хотел расспросить старый мистер Даулинг, это почему Генри сдался под напором угроз федерального правительства и согласился на огораживание своих земель и распашку пастбищ. Даулинг и некоторые другие были в ярости от того, что их заставили изменить способ ведения хозяйства на ранчо, но Генри понимал больше, чем они. Он видел в прошлом году, как тяжело было прокормиться скоту, и у него совсем не оставалось запасов на случай суровой зимы. Было очевидно, что для того, чтобы дальше заниматься скотоводством, Генри должен был найти более выгодный способ заботиться о своем табуне. Выращивать прокорм для скота – единственное решение, которое приходило ему в голову. Он изучал Европейский метод ведения скотоводческого хозяйства последние шесть месяцев, и в особенности заинтересовался методами, которыми пользовались на Британских островах. Генри применял некоторые из них в управлении своим ранчо и надеялся, что таким образом оно сможет процветать. Это станет видно со временем.
Генри покачал головой. Возможно, вчера стоило проследовать за Льюисом и отхлестать его, поддавшись собственному желанию. Сколько же нахальства оказалось у этого головореза, чтобы пробраться в лагерь Генри и сбежать, похитив Аннабель! Жаль, что Льюис мертв, потому что расквитаться с ним за все самому являлось самым жгучим желанием мужчины.
И если подумать, то, что его замечательная Аннабель смогла сама себя спасти, оказалось самым невероятным из всего произошедшего. Хотя он и хотел бы оказаться тем, кто спас ее, тот факт, что она справилась сама, вызывал у него восторг и показывал, что она вполне может сама о себе позаботиться. Каждый день Аннабель удивляла мужа своей силой, добротой и мудростью. Он пообещал себе, что никогда не допустит, чтобы она пожалела о том, что приехала в Колорадо, дабы выйти за него замуж. Он будет прилагать все усилия всю свою жизнь, чтобы она была счастлива.
Неосознанно в тот день Аннабель и Генри дали друг другу один и тот же тайный обет.
Через полчаса доктор Санчес вышел из повозки и жестом показал Генри, что хочет потолковать с ним один на один.
- Аннабель не беременна, мистер Аллен, но, на мой взгляд, она и не была беременна до этого. Если и имелась такая вероятность, то срок был настолько маленьким, что теперь уже точно ничего не скажешь. Но поскольку сейчас Аннабель не беременна, то я бы хотел внушить вам, что она и не была никогда. Так легче принять это. Сейчас у нее началась менструация, и она испытывает определенный дискомфорт в области брюшной полости. Но Аннабель утверждает, что это вполне обычное явление для нее в этот период. На ее бедрах, ребрах и боках остались ссадины и ушибы, но они совсем незначительные. Также у нее на затылке внушительная шишка, в том месте, куда ее ударили. Головная боль как раз является последствием удара, но я не думаю, что она будет ухудшаться. Уверен, что большая часть того, что причиняет ей неудобства, пройдет, как только ей удастся хорошенько выспаться. Я приготовлю для нее настойку, которая поможет справиться с болью, она сможет использовать ее, когда потребуется. Аннабель – удивительная женщина, мистер Аллен.
- Я это знаю, доктор Санчес. Спасибо, что пришли.
- Для меня большая честь наконец-то познакомиться с той, о ком говорит весь город. Она так же хороша, как о ней говорят.
Они обменялись рукопожатиями, и доктор направился в свой кабинет, чтобы приготовить лекарство для Аннабель.
Генри вернулся в повозку, чтобы утешить и поддержать свою жену, но обнаружил Аннабель, мрачно разглядывающую разорванную конструкцию из китового уса и хлопковых лент и тесемок.
- Аннабель, что случилось?
- Я испортила свой турнюр.
Генри подавил смешок.
- Ты испортила свой турнюр? Но как?
- Мне кажется, что падение с лошади не самым лучшим образом влияет на модную одежду. Черт! Мне придется заказать новый, но пока что я вынуждена отказаться от моих лучших нарядов, потому что без турнюра ткань сзади будет волочиться за мной по полу.
Генри сел и забрал из рук Аннабель разорванный клубок.
- Я куплю тебе десять турнюров, если ты этого захочешь.
Аннабель рассмеялась:
- Мне не нужны десять турнюров, Генри!
- Что же тебе нужно в таком случае?
Аннабель повернулась и заглянула в глубокие зеленые глаза Генри.
- Единственное, что мне действительно необходимо – это ты.

Наконец Аннабель удалось сменить одежду, и, приняв настойку, которую прописал доктор, она настояла на том, чтобы отправиться в церковь на финальную часть песнопений. Ей хотелось послушать музыку, но кроме этого девушка желала показаться обществу, чтобы все увидели, что испытания, выпавшие на ее долю, не так страшны, как о них все думают. Судя по довольно недвусмысленным вопросам, которые доктор задавал ей во время обследования, Аннабель догадывалась, какие слухи ходят по городу. Последняя вещь, которая была нужна Генри, чтобы о его жене ходили нелестные сплетни. Генри хотел, чтобы Аннабель отдохнула, но она заверила его, что сможет осуществить это немного позже.
Они с Генри стали причиной небольшой суматохи, когда вошли в церковь. Это отразилось и в проповеди священника, который вознес благодарности Господу Богу за спасение Аннабель от зла и за то, что Господь так быстро и точно ответил на их утренние молитвы. Затем он объявил о начале следующего молебна.
- Давайте сейчас все вместе встанем и споем «Что за друга мы имеем в Иисусе». Мистер Гилрой?
Фортепиано специально перетащили для дневной службы из салуна, и играл на нем тот же человек, что и по вечерам в помещении, которое было заполнено людьми, настроенными не столь богобоязненно. Именно поэтому у музыканта преобладал свой особенный стиль игры церковных песен, подумалось Аннабель. Иногда было сложно сказать, где ты находишься, на танцполе или в помещении церкви. Трудно удержаться от улыбки при этой мысли, и Аннабель с трудом подавила смешок.
Девушка краем глаза глянула на Генри и заметила, что он тоже заулыбался, взглянув на нее. Она знала, что, если встретится с ним взглядом, расхохочется во весь голос, а это будет не особо уместно в середине песнопения, посвященного ее спасению. Она не должна была бы бороться с собой, чтобы не рассмеяться. Она должна быть восхищенной и благодарной.
Как же избавиться от этих фривольных мыслей? Нужно подумать о том, что вернет ее в правильное русло. После того, как Аннабель приняла настойку, прописанную доктором, ее мысли стали ветреными. Что же было в этом лекарстве? С другой стороны она могла точно сказать, что головная боль прошла, а ссадины и ушибы стали ныть намного меньше.
Ее мысли немного путались, когда она размышляла о прошедшем дне. Внезапно девушка вспомнила звук удара, когда голова Льюиса и камень встретились. Она совершила убийство сегодня. Возможно, он был мертв до того, как упал с лошади, а может быть, именно удар о камень прикончил его. В любом случае Аннабель совершила преступление, она была виновна. Она посмотрела в боковой неф церкви на шерифа Рида, сидящего среди других прихожан. Арестует ли он ее, когда найдут тело Блэка?
И где же люди, которые отправились на его поиски? Разве не должны были они уже вернуться?
Вскоре песнопения закончились, и прихожане стали расходиться до того момента, когда вновь странствующий священник не вернется в город. Аннабель и Генри присоединились возле входа в церковь к разговору Лилли и Мэтью, а еще через некоторое время к ним подошли Коржик под руку с Розали. Разговаривая, они заметили цветасто одетого мужчину, медленно подходящего к их компании. Когда Генри повернулся к нему, мужчина снял шляпу и произнес:
- Мне сказали, что мисс Розали Блэк – это одна из прекрасных дам, что стоят здесь!
Розали кивнула.
- Да, я мисс Блэк.
- Мисс Блэк, мое имя Френк Джонс. Прошу прошения за мою бестактность, но боюсь, я не смогу ждать другого подходящего случая. Несколько недель назад в Денвере мы с Вашим братом, Льюисом Блэком, имели честь играть в азартные игры, и мне повезло выиграть право собственности на вашу землю на ранчо «Лейзи Би». Я здесь, чтобы вступить во владение.
Ощущение было такое, что на них вылили ведро родниковой воды. Все замерли, никто не проронил ни слова. Все просто стояли, скованные шоком.
- Мой брат владел лишь половиной поместья, мистер Джонс.
- Но у меня есть дарственный документ, - он передал бумаги Розали.
Она бегло изучила их.
- Да, мистер Джонс, эта дарственная написана от лица моего отца, но есть более новый документ, в соответствии с которым право собственности разделено, так как это указано в завещании моего отца. Я боюсь, мой брат был нечестен с вами.
- Черт побери! Где этот подонок?! Он должен мне тысячу долларов!
И без того бледная Розали побелела еще больше. Она сглотнула и дрожащим голосом ответила:
- Я боюсь, с ним случился несчастный случай сегодня утром, мистер Джонс.
На заднем фоне откровения, с которым появился мистер Джонс, началась суматоха, и постепенно она набирала обороты, пока, наконец, не ворвалась в их разговор.
- Сэр! - крикнул один из людей Генри. – Сэр, они вернулись с поисков тела мистера Блэка!
Генри повернулся, чтобы взглянуть на остатки поисковой группы, которая въезжала в город. Человек, который возглавлял ее, подъехал к Генри и спрыгнул с лошади.
- Босс, мы обшарили оба берега реки вдоль и поперек, но не нашли и следов Льюиса Блэка. Его там нет.