Укрощение попаданки, или Не буди Спящую Красавицу

Глава 21

— Но это ещё не всё. Одна моя знакомая, которая служит у портного напротив «Розы», всё видела в окно! — Кати хлопнула себя по коленке. — Фрау Штайнфлис вышла из кареты и как фурия влетела в отель. А вскоре оттуда выскочил и сам господин, без сюртука и шляпы! И вид у него был как у нашкодившего щенка…

Кати продолжала восторженно описывать мне эту картину, а я невольно представляла её себе. Да так, словно видела это своими глазами, настолько ярко она мне всё рассказывала.

Как я и думала, после такого гордость и честь Шарлотты была растоптана окончательно и бесповоротно, и в том была высшая справедливость. Зигфрид тоже получил по заслугам: позор в клубе, публичный скандал и, наконец, разъярённую жену, от которой ему теперь не скрыться даже на краю света.

— И где теперь наш несчастный герой-любовник? — спросила я, возвращаясь к своему остывающему кофе.

— Сказали, что снял номер в какой-то захолустной гостинице у вокзала, — с презрением сообщила Кати. — А та актрисочка, фройляйн Клодин, говорят, уже начала искать себе нового покровителя. Её карьера, впрочем, только выиграла от этой истории — о ней теперь говорит весь город.

Я вздохнула.

Странно, но чувства облегчения у меня не было. Я ощущала лишь радость от того, что моя жизнь, со всеми её тайнами связана сейчас с человеком, чьё слово и честь незыблемы и постоянны.

— Спасибо, Кати, — кивнула я.

Служанка, удовлетворенно сверкнув глазами, вышла, а я вновь вспомнила о своей новой кукле…

Эта мысль вспыхнула у меня наподобие молнии. И она показалась мне настолько удачной, что я не раздумывая метнулась к столику, где сидели мои молчаливые красавицы. Схватила куклу-девочку, вцепилась в её роскошные волосы и… рванула изо всех сил.

В ту же секунду моё сердце сжалось от ужаса. Ведь для меня это было святотатством, чистейшим вандализмом. Но пути назад уже не было.

Раздался сухой, душераздирающий треск — несколько рядов ниток, крепивших волосы к тканевой основе, не выдержали. В результате чего у меня в руке осталась шелковистая прядь, с помощью которой я теперь надеялась узнать тайну этих кукол…

Мне быстро приготовили карету, и совсем скоро лошади остановились в ремесленном переулке у входа в хорошо знакомую мне кукольную лавку.

Я толкнула дверь, и она с силой распахнулась. Зазвенел колокольчик, и я, не сбавляя шага, прямиком направилась к прилавку.

Хозяин поднял голову от какой-то механической птицы и тут же замер, увидев мое лицо. В его глазах что-то промелькнуло, не испуг, скорее, удивление, быстро сменившееся настороженностью.

В то время как я не стала церемониться: резким движением положила на прилавок куклу-девочку, а рядом ту самую шелковистую прядь. Сунула их ему почти под нос.

— Посмотрите! Просто посмотрите, во что превратилась ваша «шедевральная» работа! — мой голос звенел от хорошо разыгранного возмущения. — Я вчера отдала за неё большие деньги, поверив сладким речам об умении вашего мастера! А сегодня, стоило мне лишь причесать её волосы, как они полезли из куклы целыми прядями!

Я замолчала, уставившись на хозяина с таким видом, будто он лично нанес урон моему человеческому достоинству.

— Но госпожа… — пораженно выдохнул он и потянулся к коробке с куклой. Но я его опередила и снова выхватила из коробки игрушечную девочку и демонстративно поднесла её к побледневшему лицу старика.

— Это позор! Разве такое может случиться с одной из ваших дорогих кукол? Вы же сами вчера сказали, что она лучшая! Или вы считаете, что графиня Белогорская этого не заслуживает? Или вы полагаете, что мой свекор, которому доверяет сам великий герцог, останется равнодушен к такому наглому обману его невестки?

При упоминании титулов и связей при дворе, с лавочника словно сдуло всю его напускную важность. Его маленькие глазки нервно забегали, и он выдавил из себя самую подхалимскую улыбку на свете.

— Ваше сиятельство… успокойтесь, прошу вас! — залепетал он, и в его голосе появилось подобострастные нотки. — Это… наверняка какое-то недоразумение! Клянусь, я сам не понимаю, как такое могло произойти!

— Не понимаете? — холодно переспросила я. — Зато я начинаю понимать, что меня попросту надули.

— Нет-нет, ни в коем случае! Позвольте мне исправить эту ужасную оплошность. Я сейчас заберу эту куклу и ровно через день, я даю слово, она будет у вас как новая! Более того, я лично проверю каждую ниточку! Такое… такое безобразие больше никогда не повторится!

Я сделала вид, что с трудом уступаю:

— Ладно. Одни сутки. Но чтобы завтра моя кукла была безупречна. Иначе мой муж узнает, в какой лавке его жену обманули самым бесчестным образом…

Я резко развернулась и вышла из лавки, чувствуя на спине его растерянный и испуганный взгляд.

С огромным облегчением я села в карету, но кучеру приказала не трогаться с места.

— Жди, — коротко бросила я, прикрывая занавеску на окошке так, чтобы оставалась небольшая щель для наблюдения.

Расчёт был верен, во всяком случае, я на это очень надеялась. И я не ошиблась: не прошло и пяти минут, как дверь лавки распахнулась, и на улицу выскочил сам хозяин.