Укрощение строптивого Дракона

ГЛАВА 3

Оба обалдуя-считаря, старательно и громко гнусавящие в поддержку своего начальника, получили от меня по сундучку со своими писчими и счетными принадлежностями в руки.

И еще по легкому пинку с внешней стороны сапога в щиколотку, чтобы закрыли свои тяфкающие рты и больше здесь вообще лишнего не отсвечивали.

Пришлось отдельно заказать себе дорогие сапоги по моей ноге из стильной и красивой кожи, но обязательно обговорить с мастером высокую и жесткую подошву для них, хорошо выступающую по краям.

Дворяне такую носят, платят дополнительно, а простой народ чего попроще выбирает, вообще без жесткой подошвы.

Хорошая обувь мне нужна, чтобы полностью правильно использовать полученные на тренировках умения, и чтобы мои слова максимально быстро доходили до откровенно туповатых здесь мужичков.

Иначе замучаешься объяснять активно доминирующей части населения свои слова и прочие доводы, на которые они вообще изначально не умеют обращать внимания.

Не умеют, потому что просто не приучены, если ты не из благородного сословия и за тобой нет дюжины дружинников.

Да хотя бы всего парочки, если у них мечи висят на поясах, а в глазах издалека видна быстрая смерть для всех особо непонятливых.

Тогда да, можно рассчитывать на какое-то понимание, но тоже очень медленное, если только твои воины не держат недотеп под полным контролем с острыми предметами около шеи.

Настойчиво отстаивающая свою жизненную позицию женщина здесь что-то вроде легендарного горного дракона, которых в Витании никто не видел, но все про них обязательно что-то да слышали.

Или знают какого-то дружинника или стражника, которые когда-то где-то много лет тому назад встретили такого человека, который горных драконов лично встречал и даже остался жив почему-то.

Поэтому с наглыми считарями пришлось поступить так же, как со всеми почти ста процентами встретившегося мне мужского населения королевства.

Не со всеми, конечно, встретившимися, только с решившими почему-то очень настойчиво мне что-то указать.

Или так же обязательно что-то неприличное предложить!

Как себя мне положено вести и с каким восторгом слушать мудрые слова настоящих мужчин!

Приходится поступать именно таким образом:

— Сурово обидеть и заставить невыразимо страдать! Сначала просто физически, а уже потом морально! — усмехаюсь я.

Что молодые считари и сделали, когда чуть не расплакались от невыносимо острой боли, но тут же выскочили в коридор, не желая получить по еще одному унизительному и крайне болезненному напоминанию. Там плюхнулись на свои задницы на грязный пол и стали очень старательно жалеть себя, усердно растирая руками пострадавшую часть ноги.

До сего момента они со мной лично не сталкивались ни разу, поэтому так довольно необдуманно решились на выражение сильного недовольства силовым, явно рейдерским с моей стороны, захватом занятой уже ими комнаты.

И еще что-то про мою личность бормотали, сильно нелицеприятное для нее.

«Чертова девка, дикая варварка, приперлась со своей глуши и тут начинает с мужиками спорить, истинными хозяевами здешней жизни…» — что-то все в таком роде, если не считать просто ругательства и всякие негромкие проклятия.

Совсем разные у нас поля для деятельности обозначены, однако, есть у меня все же определенные задумки со временем перейти на какую-то более спокойную должность, хотя бы связанную с умением писать и считать.

Пусть даже при счетном отделе в казначействе какого-то графского или королевского города, что не суть важно.

А лучше всего в столице королевства, ведь там проживает просто невероятное количество народа, около пятидесяти тысяч человек, если перевести на наши цифры здешние недоразумения.

Самая-самая такая здесь развитая цивилизация с реками вонючих отходов, текущими по немыслимо грязным улицам, но есть там немного не настолько страшненький район около королевского замка.

Где живут высокородные, еще самые успешные люди из чиновников и купечества, куда со временем собираюсь перебраться я сама.

Я уже побывала там сама лично и успела немного осмотреться, когда графиня ездила вместе с мужем навещать своего отца в его городском доме.

Здорово перекошенное с утра лицо графа весьма диссонировало с довольным видом самой графини, которая на отцовой территории смогла настоять, и даже не один раз за ночь, на выполнении мужем своих положенных супружеских обязанностей.

А теперь с большой надеждой ждет ребенка, чтобы выполнить свое главное предназначение в жизни — дать наследника своему весьма старинному и заслуженному роду королевства.

Но, с ребенком что-то не задалось, поэтому супруга маниакально потащилась за мужем в достаточно утомительную поездку, чтобы собирать налоги и подтверждать прежние договоренности с феодалами, кабатчиками, мастеровыми и отдельно кузнецами, которые здесь считаются сильно обеспеченными людьми.

С крестьянами ничего подтверждать не требуется, они живут на графской земле, поэтому изначально очень должны графу.

И, конечно, его боевитой дружине тоже, чтобы выдавать серебро на выплату жалования.

«Вот поэтому я сейчас тащусь под проклятым ливнем в сплошной грязи, так как должна сопровождать свою нанимательницу, а она мечтает еще хотя бы пару раз добраться до члена своего муженька. Когда они ночуют в соседних комнатах, тогда ему станет трудно избегать назойливого внимания супруги», — понимание своей сильной зависимости от графского семейства меня совсем не радует, заставляет только злиться и ругаться про себя.

Других мест для будущей жизни, похожих хоть чуть-чуть по благоустройству на тот район в самой столице, я пока в королевстве не видела. Правда, побывала здесь далеко не везде, даже в главном городе-порте на побережье Устричного моря никогда еще не была.

Делать там моему графу, да еще со своей супругой, пока совершенно нечего, само графство почти полностью сельскохозяйственное, как бы сказали у нас. Есть в его горном районе, куда мы сейчас направляемся, несколько не ахти больших рудников, но их продукция пока вся целиком остается в королевстве, на экспорт в соседние страны ничего не идет.