Укрощение строптивого Дракона

ГЛАВА 8

Правда, хожу я везде в свободного покроя кожаных штанах, не сильно подчеркивающих мою фигуру.

Только на официальных мероприятиях и при посещении храмов накидываю длинную легкую ситцевую юбку, чтобы не раздражать лишнего храмовников и становящихся излишне принципиальными при виде меня здешних женщин из местного высшего общества.

Впрочем, сам красавчик граф вообще ко всем клеится и постоянно погуливает от своей слабой здоровьем супруги, которой Святой Иов никак не даст детей.

А если и даст, то пятьдесят на пятьдесят, что обычные роды узкобедрая графиня просто ни за что не переживет.

Совсем не те еще здесь специалисты по родам в особо сложных случаях, самые простые бабки-повитухи, хотя они, как раз, довольно уверенная в себе и своих способностях часть женского населения.

Выгодно отличающаяся от остального бабского сословия, они даже с самой графиней и ее супругом разговаривают жестко и, как бы сказали у нас, довольно конкретно, без всякой оглядки на их благородные титулы.

Такие старухи часто посещают графиню, пытаясь разобраться, что у нее не так обстоит по-женски, раз она никак не может забеременеть, да еще от такого образцового самца-производителя.

«Вариантов тут великое множество, — понятно мне с современными знаниями обычной такой фельдшерицы. — Но вылезать со своими пояснениями и брать на себя какую-то ответственность я точно не собираюсь. В случае неудачных родов, вполне возможной смерти самой графини или ее плода можно очень даже быстро получить обвинение в темном колдовстве и отправиться на тот же медленный костер».

«Особенно в моем сильно уязвимом положении северянки-воительницы. Так что пока только служба охранницей и никаких добрых повелений души! — настойчиво советую себя я. — Совсем не тот это случай и совсем не те люди!»

Здесь вообще все стараются жить прямо здесь и прямо сейчас, а что там дальше случится — одному Святому Иову известно!

Поэтому болезненная графиня так торопится забеременеть и попробовать родить наследника или наследницу своему супругу, хотя должна все-таки понимать, как такое дело опасно для нее самой.

Погуливает граф вместе со своим Старшим над дружиной, тоже вполне ничего таким внешне самцом, рослым и плечистым, только без половины зубов во рту и понятным запахом постоянной гнили оттуда же.

Высота моего роста, а я необыкновенно высока для здешних средневековых времен, ведь выросла на совсем других продуктах и достатке всяких спортивных витаминов, так что мои сто семьдесят пять сантиметров подтянутого тела сразу же повергают в шок местных мужиков.

А крепкая фигура, пусть даже без подчеркнутой осиной талии, бирюзовые глаза и все еще очень короткая прическа светло-русых волос с выбеленными когда-то концами в мире сплошных черноволосых и кареглазых людей все время вызывают не проходящий шок, переходящий в острое желание завалить меня где угодно и на чем угодно.

Только я не согласна на где угодно, тем более, чтобы на чем угодно, да еще сами местные мужики мне вообще не заходят в почти стопроцентном составе.

Поэтому сильно настаивающие или позволяющие себе что-то там вслух произнести из неприличного сразу же отправляются в глубокое беспамятство ударами с моих обеих рук.

«Ну, опять загнула сгоряча, занятия тайским боксом дают мне возможность вообще руки лишнего не пачкать, обычно хватает одних ударов ногами по извечно слабым и болезненным мужским местам», — усмехаюсь я своим, теперь уже немного приятным воспоминаниям.

«Как у нас на Севере, в славном Норльмарке, все женщины-воительницы, типа, обязательно умеют», — вспоминаю я местные легенды про себя.

Естественно, я вообще не разбиваю свои кулаки об гнилые зубы или покатые лбы местных вонючек, для такого богоугодного дела мне служит изобретенный в новом мире лично мной металлический кастет, залитый свинцом.

Очень уж местный мужской народ прилипчивый, а моя охрана тоже не всегда успевает вовремя вмешаться.

«Не то, чтобы совсем не успевает, просто дают созреть конфликту нужным образом, ведь такие тонкие моменты позволяют мне с ними шикарно гулять по самым лучшим тавернам и трактирам, если есть такой выбор! Своей платы от графа ни мне, ни им бы точно не хватило!» — давно понимаю я.

Зато потом помогает закончить любую стычку самым правильным образом, предъявляя значки графских дружинников на своих могучих шеях при появлении городской стражи или даже сильно разъяренных полученными побоями сельских рейнджеров.

Потому что им самим тоже от меня доставалось не раз, да все по слабым на удар для каждого мужика местам.

Чего они вообще изначально не ожидают, а только потом очень удивляются и крайне обижаются на такое исконное женское коварство.

Вот почему-то никогда я не жалею своих противников, которые нагло тянут лапы, да еще всякое дерьмо с очень уверенным таким видом прямо мне в лицо говорят.

«Чего здесь, слава Святому Иову, вполне достаточно, чтобы больше не сдерживаться себя», — усмехаюсь я.

Чтобы через пару секунд завалиться со стонами на колени и еще получить расчетливо добивающий пинок в глупую с детства голову.

Даже не знаю, как перевести их название на земной лад, такие довольно опытные воины, решившие продолжить свою жизнь на земле после выхода в отставку по выслуге и своему возрасту.

Получившие под свое управление от графа густые местные леса, из которых отпускают дрова крестьянам и графским закупщикам, присматривают за косулями и кабанами для той же графской или баронской охоты.

В общем, те же самые лесники по своим обязанностям, но с возможностью быстрого душегубства на месте обнаруженного преступления, которых простым мужикам никак не обидеть при всем своем желании.

Если только не собраться большой толпой с вилами и прочим дрекольем в руках, что иногда все же случается в этом, не слишком сбалансированном по общей доброте мире.

Они тоже любят посещать деревенские трактиры и прочие злачные места, так что обычно представляют там местные силы правопорядка.