Укрощение строптивого Дракона

ГЛАВА 9

«Нападение? Здесь, в почти совсем безлюдных горах? Да еще в такую откровенно ужасную погоду?» — какие-то пару долгих секунд я очень даже удивлена тем, что наглядно сейчас вижу.

Ну, просто не верю в такую откровенную ерунду! Просто не может такого быть!

«На графский караван, в котором идет большая часть графской дружины? Пять десятков отличных воинов? Напасть каким-то разбойникам, бывшим крестьянам и лесовикам? Да ну нафиг! — не верю я в такую самоубийственную возможность. — Их там что, три сотни, что ли, набралось? И все прямо лучники, типа, белке в глаз на лету попадают?»

Но нападение происходит прямо передо мной, пара стрел прилетают в карету графини с хорошо слышимым мне отсюда стуком. В меня тоже летят, так как я самая ближняя оказалась к нападавшим лесовикам.

«Охраняемый объект атакован!» — приходит понимание серьезности происходящего.

Теперь я вижу три группки стрелков, трое ближе к карете графини, двое напротив меня и еще двое уже позади.

«Восемь лучников обстреливают нашу часть каравана!» — все правильно понимаю я.

Все они совсем открыто и очень вызывающе стоят в шестидесяти-семидесяти метрах от дороги, дружно пускают стрелы, потом наклоняются к заранее воткнутым в землю и снова неутомимо тянут тетиву своих луков.

Такие по внешнему виду крестьяне, но стреляют довольно быстро, создают хорошую плотность стрел в воздухе.

Правда, стрелы летят как-то довольно неровно, заметно отклоняются в воздухе.

Одна стрела клюет мою лошадь в круп, втыкаясь в мясо, от второй я сама уклоняюсь, соскользнув в сторону с заржавшей неистово Гнедки.

«Сейчас она понесет! Пора слетать на землю!» — правильно понимаю я, и точно так все тут же происходит.

Верхом я еще вообще не боец и воин, тут года три нужно постоянно упражняться, чтобы освоить такое сложное дело, у меня просто времени лишнего, да еще желания такого пока нет.

Ну, не рассчитываю я сражаться таким образом ни в коем случае! Должна графиню прикрывать своим телом и всякими умениями в близком контакте!

Везет и везет себе выданная мне графом смирная лошадка, а для настоящей схватки я лучше спрыгну на твердую землю, как училась сражаться много лет в прежней жизни.

Лошадка начинает подпрыгивать задом, пытаясь избавиться от сильной боли в бедре, постепенно надвигаясь на свою отскочившую хозяйку.

«Хорошо, что я не на ней сейчас! Вот бы болталась, как беспомощная кукла, а потом еще на землю свалилась!» — очень радуюсь я.

Навернуться с закидывающей зад лошади можно очень так не хило, даже мое тренированное тело не спасет меня от врезания в жидкую сверху, но все равно твердую землю, плечом или спиной.

Я все же не совсем кошка, чтобы развернуться в полете и упасть на все лапы, хотя довольно близка к ней по своей сути.

Торчащая стрела оказывается прямо передо мной, я на автомате хватаю ее за плохонькое оперение и на удивление легко выдергиваю из раны.

«Как-то она совсем не глубоко в бедро моей Гнедки вонзилась!»

Струйка лошадиной крови тут же забрызгивает мое лицо, а я с большим удивлением смотрю на длинный, просто хорошо заостренный и немного утолщенный по сравнению с телом стрелы, наконечник.

«Он же просто продолжение стрелы, у них даже железных наконечников нет! — приходит быстрое понимание странности самого нападения. — Ну, крайне странные бандиты!»

«Ну, может, они вообще есть, но пока я ничего такого не вижу!»

Бросаю взгляд на карету, не вижу торчащих в ней стрел, а они обязательно должны воткнуться в ее деревянные стенки.

«Ее тоже обстреливают простыми деревянными палками, значит! — понимаю я. — Которые в дерево даже с пятидесяти метров не втыкаются!»

«Бежать к карете нет особого смысла, не буду же я стрелы отбивать своим палашом! Двое вернувшихся спереди кареты дружинников уже заняли по моему сигналу место перед ней, прикрывая своими лошадьми драгоценную графиню, которая теперь и так не высунет своего длинноватого носа из-под защиты», — сразу понимаю я.

Вообще-то я должна по идее вернуться к карете, чтобы лично защищать свою хозяйку, но защищать ее можно по-разному.

Или прикрывать ее своим телом, в чем сейчас нет никакого особого смысла, так как она находится в карете под охраной пары дружинников и ей вообще ничего не грозит. Банда только обстреливает заднюю часть каравана без какого-то понятного смысла, сама в атаку не бежит, из леса тоже никаких шумов и шевелений не слышно.

Или самой атаковать тех, кто напал на нее.

Второе мне нравится больше! Гораздо больше!

Тогда можно развернуться по-настоящему, вообще никого не жалеть, как я уже с самого утра мечтаю!

Терек с Норлем и старый Освальд с кем-то еще только достали свои мечи и наклонили копья, собираясь атаковать разбойников, кто-то еще скачет из арьергарда к ним на помощь.

Основная часть дружины впереди, там примерно сорок воинов около самого графа и его кареты, у нас тут вокруг графини всего с десяток воинов осталось.

Потому что нападение именно на графиню себе трудно представить, это же не денежный ящик с золотыми и серебряными далерами у графа в ногах!

«Кому вообще она нужна, если только граф сам не подготовил такое нападение, чтобы побыстрее оказаться безутешным, но полноправным вдовцом? Уже всем владением полностью владеть. Для чего заставил нас тащиться под лютым ливнем по перевалу, — мелькает быстрая мысль. — Но так просто вопрос с графиней не решишь, обстреливая ее карету даже нормальными стрелами! Уж он бы на железные наконечники точно не поскупился для такого дела!»

Лучники пока не видят меня за немного успокоившейся лошадью и больше по мне не стреляют. Теперь достается собравшимся в атакующую кучку дружинникам за мной.

— Убийство ради полной свободы и солидного богатства! — примерно так я понимаю отношение этого породистого самца-графа к своей дражайшей половине, на которой его заставила жениться только реальная возможность самому когда-то стать светлым ноэлем.