Укрощение строптивого Дракона

ГЛАВА 19

— Ладно, давай я теперь про разговоры, которые подслушала при моей ненаглядной графине расскажу. Дворянки, которые с ней общались, наверное, всего не знают в подробностях, но нападение на караван — самое яркое такое себе событие. Никогда здесь не случалось такого, поэтому они уверены, что его организовал тот самый Дракон, больше просто некому. А они его лично хорошо знают, так как он сам из дворян местных тоже, из небогатых таких.

— Вот как? — поражается Норль. — Если из дворян, да еще небогатых, так он, наверное, тогда в королевской армии служил?

Быстро это мой приятель догадался, потому что засада очень уж грамотно организована. Явно не по крестьянскому уму и разумению.

Я вообще думала, что окопы полного и частичного профиля в этом мире еще никто использовать не умеет.

— В точку попал, мой друг! Не зря тебе такой орган на плечах богом выдан, не только красивый шлем носить! — почти восхищенно хвалю я его. — Именно служил, здесь оставался только его отец, какой-то королевский рыцарь, поэтому ему самому пришлось еще в шестнадцать лет отправиться на службу к королю.

— Чтобы подтвердить свое дворянское знание? — тоже быстро понимает приятель.

Да, такое положение в королевстве имеется, звание королевского рыцаря на детей самого рыцаря обязательно не распространяется. Приходится самому экипироваться для воинской службы, с помощью родителей, конечно, служить особо доблестно, совершать славные подвиги во имя короля, только тогда самому получить такое особое дворянское звание.

Которое потом придется подтверждать твоим детям снова, так здесь все довольно продуманно устроено. Чтобы не плодить слишком большие количества очень бедных дворян, которые должны храбро воевать и еще обязательно снаряжаться хотя бы по самому минимуму за свой собственный счет, так же гибнуть почти полностью с особой доблестью в боях, прикрывая собой уже настоящее потомственное дворянство.

— Да, служил он королю в последней войне с соседями, вроде очень хорошо воевал, почти сразу подтвердил свое дворянское достоинство. И даже на фамильное замахнулся, но война быстро закончилась. Только пока он там воевал на границе, в небольшом владении его отца, уже в здешних горах, нашли залежи свинца. Не очень большие, но все равно довольно заманчивые. Отца, совсем пожилого рыцаря, как-то хитро обманули его же соседи, договорились с нашим графом, он подтвердил, что владение отца Дракона перешло к ним. Отец от такого расстройства, когда его выгонять пришли за неоднократную неуплату графского налога, понятное дело, скончался. Сам понимаешь, открыто так никто при мне и графине не сказал, что обманули и ограбили, но общий смысл обсуждения я так поняла. Поэтому сын вернулся в родные места, а он здесь уже никто и совсем чужой, на его земле соседи распоряжаются.

— И титул потерял свой, раз владения больше у него нет? — без проблем все понимает приятель.

— Понятное дело. Но парень оказался со способностями. Создал банду из своих старых знакомых, с кем вместе вырос, да соседей этих, которые захватчики, пустил под нож, владение себе обратно забрал. Местные дворяне пока активно с ним не воюют, хотя он уже и их начинает грабить понемногу, потому что ждут приезда графа, чтобы тот объявил общий сбор дворянского ополчения. Хотят большой массой разобраться с этим Драконом, признавая, что своими бандитами он довольно хорошо командует.

— Так, — понятно тупит приятель, который в стратегию совсем не умеет. — И что это значит?

— Значит это, дружище, что отряд в тридцать бандитов во главе с крутым воякой находится совсем рядом с той деревней, где остались Терек с ранеными, — поясняю ему я. — И может что-то сделать с ними.

— Там две дюжины наших. Они легко или средне ранены, но отбить нападение каких-то разбойников точно смогут, — уверен в своих парнях Норль.

— Ну да, если там хоть кто-то охранную службу несет. Только там четверо всего наших за ними ухаживают, они за день умотаются с ранеными, дай бог, если хотя бы дверь в таверну закроют на засов. А так заходи свободно и руби всех, — говорю ему я.

— Да не посмеют какие-то разбойники так напасть на две дюжины дружинников! — не соглашается приятель с моими словами.

Я с ним спорить вообще не собираюсь, потому что сама многого не понимаю.

Но у меня взгляд именно такой не слишком предвзятый получается на возможное развитие событий, в отличии от него.

«И еще за такое крутое нападение на голову каравана я как-то сильно зауважала этого самого Дракона! — могу сказать я, но понятным делом молчу. — В принципе и нас сильно по уму обстреливали, если бы не мой резкий рывок, никого бы дружинники точно не догнали!»

Перебить и вывести из строя столько дружинников с помощью простых лесовиков, самому почти никого не потеряв при нападении — очень дорогого стоит!

Это сейчас в Норле спесь сильно умелого с оружием дружинника говорит, ни во что он лесовиков и крестьян не ставит против себя и своих товарищей. Поэтому нет смысла его обязательно в чем-то убеждать, как того же графа и остальных дружинников.

«Никто в мои предчувствия просто не поверит, только на смех поднимут. Да еще мое положение в дружине не настолько авторитетное, чтобы что-то указывать графу и Старшему над дружиной. Отправят за графиней ходить и не лезть в дела умных мужчин. Косяк с быстрым выездом из Вицкуля и то, что бросили там половину дружины вместе с бессильным магом — на графе из-за его всем хорошо понятной жадности определенно лежит, а тот свои промахи никогда не признает!» — понимаю я слишком хорошо.

Насмотрелась уже на то, как граф критику воспринимает, совсем к такому он никогда не готов.

«Да, все оно так бы и случилось, побоялись бы разбойники в село лезть, будь у взбунтовавшихся крестьян предводитель именно из своих. Но вожак банды — опытный офицер королевской армии в недавнем прошлом, смог один раз очень всех дружинников удивить, сможет и второй, и третий раз так же прославиться. Раз опытный воин и использует сильные стороны своего отряда очень эффективно, а вот слабые почти не подставляет. Ему наверняка интересен только сундук графа и еще он очень хочет отомстить за своего отца, за несправедливость, над ним учиненную. В прямом бою его люди долго не продержатся, конечно, против обученных дружинников, но кто вообще сказал, что следующее нападение окажется не столь же хорошо продумано. Ему нужно бить дружину графа по частям и издалека, поэтому он может сейчас захватить Вицкуль. Там двадцать пять настоящих мечей в изрядно ослабленных руках, двадцать пять качественных копий, двадцать пять кольчуг и шлемов, еще двадцать пять лошадей. Это, не считая оставшихся повозок с кучей сушеного мяса, всяких железных и деревянных с глиняными изделий. Которые долго не получится удерживать, когда граф объявит сбор всего дворянского сословия, но уйти с остальными трофеями в хорошо знакомые ему и лесовикам горы разбойники точно смогут, — такие у меня предчувствия в голове имеются. — Вот что они потом станут делать?»