Укрощение строптивого Дракона

ГЛАВА 24

Меня перевернули и куда-то отнесли — вот что я почувствовала сначала, когда стала приходить в себя.

«Видно, совсем сильно головой приложилась. И прилетело что-то в затылок, и еще на всем скаку ударилась немилосердно», — приходит первая мысль.

На голове у меня никакой защиты нет, гематома на затылке будет большая.

Но уже чувствую, как меня хватают за кожу на куртке и штанах вообще без особого почтения.

Голоса только не слышу, все какое-то бу-бу-бу сплошное.

Глаза пока не открываю, изображаю глубокий обморок, надеюсь резко выступить, но пока не понимаю положения, в котором теперь оказалась.

Кто-то спрашивает издалека, кто-то отвечает над моей головой, в общем, со слухом явная беда приключилась.

Перенесли, потом подняли, немилосердно щупая за грудь и задницу, как я даже в бессознательном состоянии почувствовала.

«Ну, на такие темы я вообще всегда особенно чувствительная была. Сразу врубала по максимуму, чтобы потом глупых мыслей ни у кого не возникало. Но тут явно не такой случай, сила не на моей стороне».

— Как она? — вдруг отчетливо раздается чей-то сильный голос над моей головой.

«О, слух вернулся!» — порадовалась я.

— Хорошо попали, рухнула, как подкошенная! Куда ее теперь? Господин Дракон?

«Ага, главарь нарисовался!» — понимаю я.

«Принимает особое участие в моей судьбе!» — и такое тоже мне понятно.

— На лошадь кладите и вяжите! Графиню на вторую! Выпрягайте лошадей из кареты, бросим ее здесь! Нет времени возиться, больно много трофеев опять набирается! Графиня будет заложницей на всякий случай!

И тут же обладатель мужественного голоса удаляется, слышен стук копыт его лошади.

«Ага, графиню тоже забирают с собой. Получается, она еще жива! Графиня, значит, в заложницы, а меня для чего собираются использовать?» — я вспоминаю про свой долг по защите нанимательницы и пытаюсь незаметно рвануться, но руки и ноги у меня уже связаны, так что ничего не выходит.

Чувствую по себе, опытная ведь уже в таких вещах девушка, как в глубочайшем нокауте побывала. Даже если вскочу, не готова я сейчас сражаться серьезно. Сотрясение наверняка сильное у меня, спокойно отлежаться нужно какое-то время.

Меня подняли тут же довольно высоко, через что-то перевалили, сразу же жесткая шерсть уткнулась в мое лицо, не слишком вкусный запах мокрой лошади ударил в нос.

Хотела отвернуть лицо, но кто-то держит за голову, а другие стягивают веревками руки с ногами, как я чувствую на своей сильно напряженной спине.

И еще заднице, как раз хлопнули по ней, родимой, еще и прихватили увесисто.

— Хороша баба? — слышу я над собой снова, но уже другой голос, явно не того самого Дракона.

— Хороша, да еще вида не здешнего! Дай бог, попробуем ее как следует! — слышу я, и все такое меня очень не радует.

— За Драгера с сыном все испробуем! Из одной деревни со мной они были! — доносится до меня новое, вполне понятное обещание.

«Так, Драгер — этот тот мужик с дубиной, которому я горло перехватила. Да, знают они все про меня, что это я их порубала, смерть меня ждет страшная», — опять же мне все понятно.

«Только снимите меня с лошади, я вам, черти, стручки повырываю лично! — хочется закричать, но я сдерживаю себе.

Участь моя мне вполне понятна, затрахают злые на меня разбойники такую необыкновенную северянку самым обычным и простым способом. Привяжут к чему-нибудь руки спереди, стащат штаны и пустят по кругу.

«Один только шанс есть, раз руки спереди связаны, как стащат с лошади, так вырубать всех ногами. Я и связанными руками пальцы и локтевые суставы ломать могу. Отец такому делу хорошо учил, как будто знал, что придется испытать дочери. Если будет двое-трое рядом, вырублю кого-нибудь, выхвачу нож с пояса, а там уже как повезет!» — настропаляю я себя заранее.

«Поэтому не сопротивляйся вообще, жди момента, когда бандиты хоть немного расслабятся. Они тебя, как умелую мечницу знают, а что можешь вырубать одними ногами по самым уязвимым местам — даже не подозревают пока. У этого Дракона на тебя какие-то свои планы, у остальных простых мужиков свои, уже точно определенные. Не факт, что они как-то особо различаются, эти планы, поэтому ничего и никого не жалей сразу».

А пока я слышу визгливые ругательства знакомым голосом своей нанимательницы, которую так же повесили на лошади и точно так же связали руки с ногами под брюхом животины.

— Мужланы! Уроды! Как смеете себя с графиней урожденной так вести! Мой муж вас всех перевешает! — прямо визжит она, даже в таком довольно унизительном положении еще не потеряв своей уже бесполезной бодрости духа.

«Зря вот она выпрашивает себе лишних испытаний!» — понимаю я.

— Муж твой уже на небесах! — нахально смеется кто-то из разбойников и запускает руки по телу графини поглубже. — Вон, его шлем уже на моей голове надет! Ничего он нам не сделает, сучка благородная! Испытаешь на себе лично наши достоинства! За все нам отплатишь! Еще благодарить за ласку будешь!

«Да, не смогли выжить ни граф, ни Старший над дружиной, попали сразу под первый же удар!» — вспоминаю я случившееся только что побоище.

«Как там мои приятели? Вряд ли они выжили после третьего удара магией!» — становится сразу грустно, все же самые мне близкие здесь люди были.

Караван наш разгромлен, дружина перебита, настоящий маг у разбойников оказался, очень грамотно и четко нанес свои удары. Вообще без шансов для дружины, не могли они ничего сделать.

От бесцеремонного ощупывания ее прелестей графиня прямо воет нечеловеческим голосом, так громко и душераздирающе, что обратно тут же прискакивает Дракон и приказывает не тиранить пленницу лишнего.

— Она еще нужна! Вдруг придется выкупаться ее жизнью! Она здесь теперь самая главная в графстве!

— Да у нее щупать вообще ничего! Надо было больно! Ни груди, ни жопы! Одни сухие палки! — ржут грубыми голосами, как видно, полностью и подробно ознакомившиеся с ее фигурой разбойники. — Не то, что у этой северянки! Там есть, за что схватить!