Укус любви. История одной гувернантки

Глава 7

Моё сердце стучало так громко, что я боялась, оно проломит мне грудную клетку изнутри. Я не знала, кому верить, чему верить… Но отрицать происходящее было глупо и бессмысленно. Так что у меня есть два варианта: просто принять это или сбежать, как другие гувернантки, в одной сорочке через весь розарий.

Только вот прежде чем принять окончательное решение, я хотела послушать, что же скажет отец странного семейства.

И вот дверь открылась, моё сердце продолжало бешенно стучать, что пришлось напрячь слух, дабы слышать что-то помимо гулкого сердцебиения, и на пороге замер Адриан Блэкмор. Второй раз за этот вечер, точнее уже ночь. Но сейчас в его взгляде что-то существенно изменилось. Там вьюгой крутилась смесь боли, усталости и нежности. Клянусь! Я увидела там нежность. Хотя, если учитывать всё произошедшее за сегодняшний день, клясться в подобном было бы странно. Но вот такая я странная.

— Можно? — спросил он, а я кивнула, отступив на несколько шагов назад.

Мужчина вошёл, закрыл за собой дверь, и мы остались наедине. Мне бы впору начать бояться, но...

— Я снова хотел извиниться… — начал он, — За их поведение. Понимаете, они иногда очень увлекаются переодеванием, маскарадом и гримом. Фантазируют… Воображают себя кем-то другим. Одним словом — дети.

— Гримом? — переспросила я, а Адриан кивнул. — Я видела их лица, милорд, и это был не грим.

Неожиданно он усмехнулся, правда совсем невесело, но и незлобно. Скорее грустно.

— Дети любят устраивать розыгрыши. Вот взять хотя бы то ведро с водой или чайник. У них просто мало друзей и развлечений. И, к сожалению, пугать гувернанток стало их любимым занятием.

Я непроизвольно сделала шаг вперёд. Честно, сама не знаю зачем. Ведь могла бы просто принять этот ответ и согласиться с ним, да и план побега через розарий остаётся открытым. Но нет же…

— Тогда объясните мне вот что, — и я посмотрела ему прямо в глаза, — Ваши клыки я тоже видела. И лицо. Оно такое бледное.

— Мисс Хейз…

— Ада, — поправила я почти автоматически.

— Ада, — повторил он, смягчив свой голос, — Иногда мы видим то, что хотим видеть. Хотя на самом деле нам это просто кажется.

Я замерла.

— Нет. Я не сошла с ума и мне не показалось. Я чувствую, что вы другой. — ответила твёрдо.

И в комнате повисла тяжёлая тишина. Но самым удивительным было то, что сейчас я его совершенно не боялась. Сама ситуация пугала, но не он.

Пока я размышляла над своими ощущениями, граф точно также смотрел на меня, явно решая, стоит ли ломать остатки стены между нами или сейчас самое время укрепить её. И когда он наконец заговорил, его голос звучал настолько тихо, что мне пришлось податься ближе.

— Я другой. И это не делает меня хорошим. — признал он.

Мужчина сделал один нерешительный шаг ко мне, что я ощутила его тепло и даже дыхание.

— У меня есть стороны, которые я не могу показать, — продолжил он. — Стороны, которые опасны и которые пугают. Я слишком хорошо знаю, что случается, если кто-то видит меня таким, каков я на самом деле.

В этот момент я услышала в его тихом голосе усталость целых столетий. Надо было что-то ответить… Но я банально не знала что. В голове роилось столько самых разных мыслей и вопросов, что было сложно вычленить что-то одно. Поэтому я молча наблюдала за ним.

Я видела, как его пальцы дрожат, хоть и на долю секунды, прежде чем он их сжал в кулак, пряча эту слабость. Его ноздри расширились, чтобы посильнее втянуть воздух, а глаза закрылись на ту же самую долю секунды, словно смакуя момент.

И безумием было то, что несмотря на всё, что он сказал и что я увидела, мне всё равно хотелось прикоснуться к нему и даже сказать, что я его не боюсь.

Воспользовавшись моей заминкой, Адриан сделал шаг назад, затем ещё один и ещё.

— Я не прошу вас поверить или понять... — сказал он хрипло. — Только, пожалуйста, останьтесь. Вам здесь ничто не угрожает.

Я лишь кивнула, по-прежнему молча. Мужчина посмотрел на меня ещё миг взглядом, в котором было столько боли, сколько могут выдержать только бессмертные. И вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Да, он не сказал правду, но глядя на него, я поняла, что пока не хочу её знать. И самым странным оказалось то, что удивило даже меня, я решила остаться.