Укус любви. История одной гувернантки

Глава 25

Кондитерская мадам Жерин находилась в сердце Площади Роз и привлекала внимание своим белым фасадом, кованными вывесками и красивыми витринами, пахнущими вареньем, ванилью и сливками. Здесь заказывала десерты вся аристократия и даже сама королева. И я не стала исключением, попросив мадам Жерин приготовить для Луны и гостей Блэкморов самый красивый и большой торт. Уверена, она сумеет нас удивить.

И вот, когда в теле поселилась приятная усталость от того, что список дел планомерно уменьшается, а праздник не кажется уже каким-то заоблачным, я вышла из небольшого магазинчика, где делали фарфоровые куклы, удивительно похожие на детей. Там я заказала куклу в подарок Луне, и мне пообещали изготовить её всего за два дня, чему, естественно, я была несказанно рада, хотя понимала, что этому поспособствовало то, что я вышла из кареты с фамильным гербом Блэкморов.

И вот я уже была в двух шагах от экипажа, как вдруг…

— Аделина.

Я обернулась на знакомый до боли голос, и моё сердце сжалось. Передо мной стоял дядя Теофил. Он сделал шаг, чтобы загородить мне путь. Выглядел он, надо признать, не очень: весь сгорбленный, волосы редкие, небрежно прилизанные или попросту немытые, лицо осунувшееся, но в глазах неизменно сияла жадность и алчность. Полагаю, что увидеть меня он и не надеялся, всё-таки теперь я жила в другом графстве. Но то, каким он взглядом поедал мой роскошный экипаж, мгновенно навело меня на мысль, что по-доброму я не уйду.

— Дядя, — начала, стараясь не выдать своего волнения, — здравствуйте. Но я должна ехать. Меня ждут.

Он криво усмехнулся, а после голосом, полным раздражения, ответил:

— Я смотрю, ты нашла себе тёпленькое местечко? У самого лорда Блэкмора? Как удобно, когда его жена отошла в мир иной и освободила для тебя постельку?

Я промолчала и попыталась развернуться, чтобы сесть в карету, но мужчина схватил меня за локоть, вынуждая остановиться. Я вырвалась из захвата, а он продолжил:

— Мне нужна помощь. Срочно. Я проиграл… кое-что. — Он кашлянул, понизив голос, — А конкретно семьсот тридцать крэнов. У меня осталась всего неделя, чтобы отдать долг. Если не верну, меня не просто побьют, а вывезут в Пустошь и бросят на границе.

— Это не моя проблема, Теофил. Вы уже всё проиграли, что могли. Мою жизнь, моё имя и моё будущее. И больше я не дам вам ни крэна.

Дядя шагнул ближе, и меня обдало запахом нечищенных зубов и засаленной одежды, но я не подала и виду своего отвращения.

— А если я скажу им, где ты теперь обитаешь? Какие у Блэкмора милые детишки? Один мальчик, две девочки…

Кровь схлынула с лица, а мои пальцы сжались в кулак так, что ногти врезались в ладони. Этот человек лишил детства меня, а теперь надумал взяться и за них?

— Если вы только попробуете приблизиться к ним…

— А я и не буду, — он пожал плечами. — Но за других не ручаюсь. Если ты не дашь мне денег. Сумма не так уж и велика для дома, в котором ты теперь обитаешь.

— Я не возьму у них ни одной монеты. И вам не дам ничего, — прошипела сквозь зубы, — И если вы хоть на шаг приблизитесь к их дому…

— То что? Пойдёшь к своему лорду? — Он хмыкнул. — Только посмотри, какая ты стала храбрая. Но я-то помню, какой ты была напуганной и послушной девочкой… Я кормил тебя, Ада!

— Вы уничтожили всё, что мне оставили родители!

Он вновь пожал плечами.

— Я тебя предупредил. У тебя два дня. И если за это время ты не найдёшь нужную сумму, тогда разрешаю выбрать, кому из деток не повезёт первым. — Сказал он, отступив на пару шагов.

Я не ответила, просто не могла.

— Через два дня, в полночь, здесь за углом у мусорных баков. Семьсот тридцать крэнов.

И дядя исчез в толпе, быстро, как крыса, почувствовавшая шаги. А меня начало колотить. По спине побежали колючие иглы, а страх заполонил сердце. Всё, что я упорно хоронила в себе, снова поднялось наружу и взорвалось, окутав меня липкой паникой.

Я села в экипаж, захлопнула дверцу и вжалась в угол сиденья. Приказала кучеру ехать домой голосом, который звучал слишком спокойно, пока на самом деле внутри разрасталась настоящая буря.

Всю дорогу я смотрела в окно и думала.

Что теперь? Что делать?

У меня были накопления — кое-что от проданных украшений и занятий репетиторством. Но этого не хватит.

Может, попробовать договориться? Дать часть и пообещать остальное отдать позже?

Но я прекрасно понимала, что он не отпустит меня. Чем больше даёшь, тем выше его требования.

Я положила ладони на колени и сжала их почти до боли. Нужно было что-то придумать. И лица детей вспыхнули перед глазами. Что, если он исполнит свою угрозу и попытается навредить им?

Нет. Я не могу допустить этого.

Может, рассказать Адриану?

И внутри всё оборвалось… Ведь я только вчера решила держать дистанцию. Что я здесь лишь ради детей. А если я приду к нему за помощью, то это уже станет нашей общей проблемой. Я не могу попросить у него такую сумму, ни как гувернантка, ни как женщина. Просто не могу!

Экипаж остановился у поместья, и я быстро вышла. Солнце уже клонилось к горизонту, в окнах начали загораться огни. А мой мир снова трещал по швам.