Умеешь хранить секреты?

Глава 2. Вот и познакомились

― А, Исаев! Как всегда опаздываем? ― поприветствовал парня учитель, чем отвлёк его от разглядывания Вишни. ― Какое оправдание сегодня? Переводил старушку через дорогу, тушил пожар или спас ребенка от наводнения?

― Роды у кошки принимал. Котята не нужны? ― весело ответил тот, протягивая ему подставку со стаканчиками. ― Ваш левый.

― Зелёный чай? Две ложки сахара?

― Как всегда.

Ого, да тут свои наработанные схемы.

― Прекрасно, ― взятка была благосклонно принята. ― Марш на место.

― Вас понял, ― Исаев с довольным видом проскочил на свободную заднюю парту, минуя симпатичную брюнетку и куда менее привлекательную платиновую блондинку с вытянутым лицом и тяжёлой челюстью. Впрочем, не станем отрицать, с внешними недостатками отлично справлялись тонна макияжа и старательно уложенные в высокий хвост кудри.

Если брюнетка лишь робко помахала парню, блондинка, извернувшись и не стесняясь, послала ему воздушный поцелуй. Казалось бы, такими флюидами можно сбить с ног и все кости переломать, но нет ― Исаев едва ли отреагировал. На обеих. Шах и мат, девочки.

Урок продолжился, однако Вишня уже больше не могла спокойно сидеть. Пресловутое шило в заднице не давало ей покоя и, сдавшись, минут через десять она всё-таки не вытерпела, осторожно обернувшись через плечо.

Исаев сидел один, на место соседа бережно уложив скейт и, спрятав лицо под капюшоном толстовки, что-то бездумно рисовал, попутно попивая из стаканчика. Судя по витающему по кабинету аромату ― кофе.

Видимо почувствовав её взгляд, он вдруг оторвался от занятия, пересекаясь с Вишней взглядом. Она ещё даже не успела понять, что застукана с поличным, а тот, лукаво подмигнув, как ни в чём не бывало вернулся к прерванному занятию. Багровая же от стыда Багрова торопливо отвернулась, до конца занятия нервозно ковыряя багровый маникюр. Боже, прости за тавтологию.

Минуты тянулись бесконечно долго, накрывая весь класс ленивым оцепенением. Народ откровенно скучал, медленно засыпая и забив болт не только на распинающегося препода, но и на стратегически-необходимую для дальнейшего существования драматическую составляющую Горьковской пьесы «На дне».

От позорного массового храпа всех спас звонок, заставивший учеников радостно ломануться с вещами на выход, игнорируя и правила приличия, и даже не пытающего тормознуть их Виктора Геннадьевича.

Преподаватель со стажем слишком хорошо знал обнаглевших учеников, девяносто восемь процентов которых были детками богатых бизнесменов и городских высокопоставленных шишек.

С теми банковскими чеками, что за них отслюнявливали родители, идеальные аттестаты были гарантированы каждому в любом случае: есть у тех знания или нет. Потому никто особо и не запаривался.

Вишня, схватив сумку, тоже поспешила в общий коридор: правда не от желания сбежать от знаний, а чтобы не столкнуться с Исаевым. Понятно, что этой встречи было не избежать, однако лучше уж позже, и подобная мотивация здорово прибавляла прыти. Бабочка едва нагнала её в своих высоких плетённых босоножках с цветными ремешками.

― Куда ты так спешишь? Обожаешь физику?

Ой. Поняв, что она реально слишком загналась, Багрова умерла пыл, перейдя на широкий шаг.

― Нет. На самом деле ненавижу, ― признались честно. ― Просто хотела... м-м… ― она бросила быстрый взгляд на скромную тетрадку на пружине в руках Лены. ― Хотела вещи забросить в шкафчик. А то как лохушка с сумкой таскаюсь.

― Это да… Ой, в смысле нет, ― испугалась собственных слов та. ― Я про то, что правда нужно отнести. Пойдём, поищем твой.

Узкие металлические шкафчики, занимающие все стены первого этажа, навевали ассоциации с американскими школами, что в общем-то было неудивительно. Здешняя учебная программа тоже имела заметный западный уклон, так как добрая половина выпускников после продолжит обучение заграницей.

Нужный шкафчик нашёлся без проблем, и Вишня бесцеремонно затолкала туда сумку, оставив при себе лишь учебники и толстую тетрадь. Она уже закрывала створку, когда мимо ураганом пронёсся Исаев, ловко маневрируя на скейте в людском потоке и не обратив на них ни малейшего внимания.

― Кто он? ― поинтересовалась Багрова, смотря ему вслед.

― Кто? ― не поняла Бабочка. ― А-а… Это Марк. Он... хороший. Добрый ко мне. Да ко всем, кажется. Правда держится стороной. Столько лет с нами, но я редко вижу его в компаниях. Марк учится на бюджете. Сам поступил, стипендию получает. У него семья какая-то небогатая, платно не потянет.

Ого. Бюджетка в элитном учреждении ― это достойно. Школа ежегодно выставляет на конкурс не больше трёх мест, и заполучить их задача не из простых. Для этого надо быть если не вундеркиндом, то кем-то точно одарённым.

― Хороший ― это хорошо. Есть шанс договориться... ― задумчиво отозвалась Багрова.

― Что?

― А? Нет, ничего. Пошли. Не хватало нам и на второй урок опоздать.

***

Час физики, затем ещё два высшей математики ― уже одиночные, без параллельного класса, в котором, как оказалось, и учился Исаев. Так что на этот раз занятия прошли спокойно, Вишня даже смогла вникнуть в показательную и логарифмическую функции.