Умеющая летать

4

Прояснилось в голове, когда уже рассвело, и лес остался далеко позади. Ощущения были, как после бессонной ночи, в голове шумело. Рам, все так же нёс меня на руках, но было видно, что он сильно устал. Я потянулась к нему, погладив по щеке, он вздрогнул и остановился.
- Можешь уже опустить меня. Я в порядке. Спасибо…
Мужчина опустил меня на землю, удержал за предплечья, проверяя мое состояние, потом выдохнул и отпустил.
- Я рад, - устало потёр руками лицо, садясь на траву. Я тоже села рядом. Мне хотелось как-то отблагодарить его за такую самоотверженную помощь, но я не знала что сказать. Немногословный, хмурый, он не старался идти на контакт, и я чувствовала себя не в своей тарелке - обычно я сама избегала общения, зная, что сколько бы я не пыталась начать взаимоотношения, меня не понимали. Озираясь теперь кругом, я думала, что же делать дальше? Голод давал о себе знать, да и поспать нам не помешало бы. Не могу даже представить, как устал он, если я не напрягалась, и так плохо себя чувствую.
Вздохнув, тихонько сказала:
- Рам… - но мужчина не отреагировал, глядя на лес. - Рам, - сказала громче и тронула его за руку. - Может ты отдохнёшь, а я пока покараулю? Я в порядке и спать не хочу, - продолжила живее, когда он оглянулся на мои слова.
Не отвечая, он вытянулся на спине, закинув руки за голову, и закрыл глаза. Это красноречивее всех слов сказало мне о его запредельной усталости. Внутри царапнуло чувство вины, ведь отчасти я виной тому, что он так выложился. Я уселась поудобнее и стала думать. Надо выяснить ряд вопросов. Чем я могу реально помочь этому миру? Как научить сноходцев, летая во сне, помогать при этом в реальности? Откуда взялись эти предчувствия в моих снах и такие реальные ощущения, и что с ними делать теперь? И где, в конце концов, найти ответы на эти вопросы?
Я сидела, погруженная в свои мысли, солнце пригревало, вокруг стрекотали кузнечики, и мне не верилось, что мы в другом мире. Покопавшись в своей сумке, я нашла на дне несколько батончиков мюсли. Видимо, когда-то не выложила их и забыла. Сейчас они и бутылка с водой из Забытого леса могли здорово нам помочь. Я съела один, запив его глотком воды, остальное оставила Рамирону. Долго сидеть на одном месте было очень сложно, я бродила недалеко вокруг, чтобы не упускать моего спящего спасителя из виду. Потом снова устроилась на траве. Наконец он открыл глаза и сел. Я протянула ему еду и воду. Кивком поблагодарив, он стал жевать, собираясь с мыслями. 
- Нам надо к вечеру добраться до города или деревни. Забытый лес закончился, теперь надо беспокоиться о безопасности от диких зверей. Заодно узнаем где мы, и сможем найти транспорт. Как ты? Сможешь идти?
- Пока ты спал, я отдохнула, пойдем.

По странному совпадению, уже по темноте мы подошли к тому замку, где были во сне. 
- Пр'Истер? - тоже удивился мой спутник. - Это замечательно! Заодно разберемся, что это было, - и уверенным шагом пошел к стражникам, которые уже готовились закрывать ворота. Ни слова не говоря, стражники с поклоном пропустили Рамирона и меня вместе с ним внутрь. Оказалось, что нас видели, когда мы были здесь во сне, и Альрин Пр'Истер дал указание принять нас, когда бы мы не пришли, и проводить к нему. Несмотря на позднее время, мы смогли с ним встретиться. Рамирон выслушав приветствие, поздоровался сам, представив меня хозяину замка. Они беседовали на равных, обсуждая вчерашнее происшествие. Спросили у меня, что я видела. Я рассказала про всадника и девушку с корзиной, удивившись вслух тому, что она так торопилась. Ее же могли заметить и связать со взрывом. Оказалось, что диверсия должна была уничтожить, вернувшегося накануне хозяина с большим количеством верных ему людей, а взрыв планировался такой мощности, что от замка бы ничего не осталось. Я с уважением посмотрела на Рамирона. Силён! Дальше они обсуждали возможные причины несостоявшейся диверсии, а я рассматривала кабинет Альрина. Судя по большому количеству как книг, так и оружия, развешенного на стенах, он был разносторонней личностью. А из его разговоров с Рамом, я поняла, что он был кем-то вроде приграничного военного. Сам же Рамирон во время службы, совмещённой с обучением в академии, инспектировал приграничные крепости, а после академии занял пост, связанный с внешней безопасностью страны. Устав от сложности темы, я зевнула и устроилась поудобнее в кресле. Всё-таки день бы выматывающим. Альрин, услышав напоследок про вторую ночь в лесу, которую мы провели на пределе возможностей, поторопился завершить разговор и отправил нас в гостевые комнаты. Там нас ждала горячая вода, ужин и сон в нормальных условиях. 
А наутро было решено выдвигаться в столицу, благо ехать было не больше трёх дней. Пр'Истер выделил нам лошадей и небольшой отряд в сопровождение. Первые полдня меня учили ехать на лошади. Было страшновато находиться на такой высоте, когда под тобой разумное существо, которое непонятно что может удумать. Но спокойные объяснения Рамирона и мое упрямство в достижении цели дали нужный результат. Поначалу мы ехали неспешно, приноравливаясь к моему темпу, но потом мне стало совестно так задерживать отряд, и я постаралась ускориться. За день мы лишь раз остановились перекусить взятым из замка провиантом, а потом гнали до темноты, чтобы остановиться на постоялом дворе. Когда я вечером сошла с лошади, то чуть не упала. Точнее, упала бы, но успела уцепиться за Рама, который, обернувшись, удержал меня. Странный он какой-то. Весь день он скакал рядом, вначале давая советы, потом просто молча. Теперь смотрел на меня, будто пытаясь что-то прочесть по моим глазам, и не размыкал объятий. В душе опять стали разгораться непривычные ощущения. Наши с ним молчаливые диалоги уже не так пугали, но все равно были мне абсолютно непонятны. Не так долго я его знала, чтобы объяснить себе, что все это значит. Списав пока всё на особенности этого мира или этого мужчины, не важно, я, чуть оттолкнув Рама, поплелась в выделенную мне комнату. Один из людей Пр'Истера уже успел нас разместить и заказать ужин, уехав вперёд ещё на дневном привале. Все тело сильно болело, и я, с трудом приведя себя в порядок, поужинала и легла спать. Я вообще не представляю, как завтра встану с кровати. В первый же день столько проехать! Когда я, отстонав минут пять, устраиваясь поудобнее, наконец задремала, в дверь постучали. Пришлось опять вставать. Я чуть не расплакалась! За дверью оказался Рамирон.
- Извини, ты, наверное, уже легла, но это важно. Вот, - он протянул мне баночку. - Намажь везде, где болит, я знаю, как тяжело даётся первый день в седле. А ты ехала не останавливаясь столько времени! 
У меня даже поднялось настроение. Поблагодарив, я закрыла дверь и, обмазавшись с ног до головы, сразу легла спать, надеясь, что утром ничего болеть не будет.
Назавтра я была более или менее в форме, но во время завтрака Рам практически в ультимативной форме сказал, что первую половину пути я проделаю сидя с ним на коне. По его словам, чтобы я могла окончательно прийти в себя после вчерашней скачки, а заодно не тормозить отряд. Я была не против. Мне хотелось расспросить его об изменениях в моих снах, а сделать это, управляя лошадью, было невозможно. К тому же никто не знал, что я умеющая летать. Кроме Альрина, которому по словам Рамирона, можно было доверять. Вместе они придумали объяснить наше вмешательство тем, что Рам обучает меня снохождению, потому что у меня дар проснулся очень поздно. А в крепости мы оказались, так как путешествовали, проходя поблизости, направляясь в Забытый лес, где по слухам можно быстрее развить этот дар. Забытый лес был странным и неизученным местом, никто не знал ни причин возникновения, ни всех его особенностей, поэтому наша история об оставшемся в другом месте сопровождении казалась достоверной. Про мой полет никто не заговаривал. Возможно, меня не видели в полете? Не знаю. Но по какой-то причине Рамирон не торопился афишировать мое присутствие в этом мире.
Ехать с Рамом было уютно. Он обнимал меня левой рукой, правой держа поводья, а я, чуть повернувшись и облокотившись на его плечо, засыпала его вопросами. По его мнению, получалось, что реалистичность была у всех сноходцев в этом мире, и я, наверное, просто адаптировалась. А предчувствия он объяснил совместным сном, так как он держал меня за руку, то моя потребность помочь и способность летать сложились с его возможностями как мага. Про причины планирующегося взрыва он не мог сказать ничего определенного. Пр'Истеры были из той аристократии, что оставались верны королю при любых обстоятельствах, поэтому соглашались служить короне там, где это было необходимо. Приграничные земли были большой ответственностью, тем более, что последнее время в них стало неспокойно. Рамирон говорил, что это обстоятельство пытались связать с ослаблением чар Забытого леса, который служил своеобразной защитой - через него практически невозможно было пройти, и с постепенным исчезновением умеющих летать. Но на деле фактов, подтверждающих эти гипотезы не нашли. 
Но говорили мы не только о последних событиях. По просьбе моего спутника я рассказала о себе и моем мире, как жила там я, и живут другие. Он, конечно, пробыл там целых три месяца, но ему было интересно мое мнение, а мне понравился его свежий взгляд на некоторые проблемы.
Так мы ехали до привала в середине дня. Я окончательно пришла в себя, а новая информация помогала отвлечься. Поэтому после отдыха я решила ехать самостоятельно. Надо же было привыкать к этому миру, здесь все передвигаются на лошадях, и выбора у меня не было. К тому же я никак не могла разобраться в себе. Рядом с Рамироном я не контролировала свои эмоции. Внутри все как будто звенело, что очень мешало мне и отвлекало. Хотелось бы понять, что со мной случилось, почему я так странно себя чувствую рядом с ним. Мужчина же, наоборот, был спокоен и сдержан, негромко говорил, обстоятельно отвечая на мои многочисленные вопросы. Мне оставалось только надеяться, что моя реакция была им не замечена.  Справиться со своей взбунтовавшейся душой у меня не получалось, поэтому я решила держаться от него на расстоянии. Скоро мы приедем на место и мне понадобятся все мои силы и ещё много чего, чтобы постараться помочь этому миру.