Умоляю, отпусти

Пролог

"Мы разрушаем любовь, когда не слышим друг друга"

КИРИЛЛ

Девятый класс. Последний день перед летними каникулами.

По привычке, за которую на меня постоянно орёт охранник, толкаю дверь ногой, а после оглядываюсь по сторонам. Уже не раз получал втык. Никак не могу приучить себя "пользоваться руками, как все нормальные люди". Слова Михаила Петровича. Нашего самого строгого охранника.

Но сегодня его нигде нет. Уроки закончились, бесящие школьники разбежались по домам. Наверное, и наш цербер убежал в неизвестном направлении.

Подхожу к кулеру с прохладной водой, моля о том, чтобы она действительно была такой. Потому что обычно, никто не ставит кулер на режим охлаждения, и школьникам приходится давиться безвкусной да ещё и теплой фигнёй, которая вытекает из него. За что только родители платят такие огромные деньги этой "самой лучшей, престижной и высококвалифицированной школе во всей Одессе?"

Последний день мая, на улице стоит жара. А если добавить ко всему этому, что я мчался на своих двоих из цветочного магазина, как сумасшедший, то вода – моё единственное спасение.

Правда, по медленно наполнявшемуся пластиковому стаканчику, понимаю, что спасения не предвидится. А вот чай или кофе как раз можно было бы заварить.

Поправляю лямку рюкзака, в котором лежит особенный подарок для Аксамит. Затем перекладываю букет цветов в левую руку.

Только делаю первый глоток, как на моё плечо ложится рука пацана из параллельного класса.

– Кирюха, ну что, тебя сегодня ждать на вечеринке? – лыбится он во все тридцать два.

– Нет, сегодня у Миленки день рождения, ну ты помнишь, – шагаю вперёд, сбрасывая его руку.

– Кир, чел, сегодня мы закончили девятый класс, – в недоумении пялится на меня Тауцкий. – Там собирается куча людей.

– Ну и? – делаю ещё один глоток этой противной жижи.

Это ж надо было так угробить воду? Такое вообще реально?

Кривлюсь, а после отставляю стакан на подоконник.

– Ты на приколе? – Тауцкий идёт за мной. – У Аксамит ещё будет сто таких дней рождения, и будешь ты на них ни раз. Вы же там все друзья-друзья. А вот окончание девятого класса бывает только один раз.

– Так, у нас через две недели будет праздник по поводу окончания девятого класса, Димон. Не парься, ещё потусуем, – усмехаюсь, параллельно думая, куда деть этот стакан с водой.

– Ага, на котором будут наши родаки, – недовольно хмыкает Тауцкий. – Весело, не то слово. Даже выпить нельзя будет.

– А у тебя сегодня прям дикое желание напиться? – забираю стакан, принимая решение выпить всё до дна.

Лучше, чем тащиться ещё и в туалет, чтобы слить в раковину.

– Конечно, – уверенно кивает Димон. – А как ещё? Погнали!

– Без меня, – качаю головой, закидывая в себя всю оставшуюся воду.

– Да блин, из вашей компашки вообще никого не будет! – психует Тауцкий.

– Ну сорян, – выбрасываю пустой стакан в урну. – Увидимся через пару недель. Затусим.

Пожимаю руку Димону. Он отвечает с кислой миной, а после, когда делаю несколько шагов по ступенькам, кричит:

– Адрес у тебя есть! И он тебе понадобится!

По инерции киваю, затем, ускоряясь, переступаю через ступеньки, чтобы быстрее добежать до класса, где собираются все одноклассники, желающие пойти на днюху Милены.

В этом году я супер-желающий, плюс принявший решение поговорить с Аксамит о том, что она давно мне нравится.

Блин, если честно, с первого класса. Но она, как неприступная принцесса, всё вертит от меня свой хорошенький носик. А я, вообще-то, сам попросил нашу класснуху посадить нас вместе в этом году. Но это никак не помогло. Хоть мы и типа друзья, и зависаем вместе в одной компании, но Мила упорно держится от меня подальше. Даже на общей парте выстраивает границы своими яркими, вырви глаз, линейками.

Ну ничего. Сегодня настрою её на нужную волну.

Я ведь умею.

Остальные девчонки как-то проще. Раз-раз и уже готовы идти за мной на край света.

Но на край света я хочу только с Миленой.

Достаю из рюкзака подарок, который выбирал целый месяц, а в левой руке держу букет белых роз. Знаю, что она не любит цветы в обёртке. Поэтому там находится только атласная идеально-белоснежная ленточка. Как Мила. Вот такая же: идеально-белоснежная.

Забегаю на наш пролёт, затем уверенным шагом подхожу к дверям.

Но не успеваю поднять кулак, как слышу сквозь щель бурное обсуждение меня.

– Алчевский, вот сто процентов тебе что-то подарит, – говорит Олька, наша одноклассница. – Мне кажется, ты ему нравишься.

Я уже собираюсь толкнуть дверь своим излюбленным способом, то есть с ноги, как слышу холодный голос Аксамит.

– Я тебя прошу, – она сдержанно смеётся. – Алчевский?! Чтобы я была очередной в его гареме? Да ему все нравятся, как и он всем. Мне нужен парень серьёзный, с правильным воспитанием. Всё должно быть идеально.