Ундервельт. Западня

Глава 7. Странный незнакомец

Укрывшись от орков в яме у поленницы, Тарвит не видел, что происходило возле таверны, но отчетливо слышал голоса.

 – Чего вам надо? – проорал вроде как Толл.

– Нам нужны все люди, которых вы сегодня нашли в лесу, — ответил усиленный мегафоном рычащий голос. Тарвит предположил, что по его душу явились орки, от которых он сбежал. —  Отдайте их нам, и мы уйдем с миром.

Неужели сдадут? Тарвит пытался нарисовать картинку происходящего по интонациям говорящих. Заорал Конст:

– Вы офигели? Куда вы меня тащите? Да вы чё, блин! Руки, руки убери, козлина! – Последовал хлесткий удар, после чего Конст смолк.

– Это все? – поинтересовались уже без мегафона. – Нам не нужны проблемы, как и вам. Мы делаем общее дело.

Говорил он монотонно, будто робот гвозди забивал, уменьшая и увеличивая громкость голоса вместо того, чтобы наполнять его эмоциями.

Тарвит не выдержал, встал на четвереньки в яме, чуть отодвинул листья камыша и глянул в щель. Двое орков в кольчужной броне и плоских шлемах держали под прицелом арбалетов стоящего на четвереньках Костяна.

Так и есть – те самые!

Чуть поодаль мялся с ноги на ногу трактирщик Яков в обнимку с Сарой, девчонки молча вцепились в подол ее юбки. Рядом столпились посетители бара с оружием наготове. Уже знакомый орк Лиль стоял чуть в стороне и катал в руках лиловый шар, будто бы сотканный из энергии. К таверне начали стягиваться жители поселения – кто с топором, кто с вилами. Непонятно, насколько кто силен, они производили впечатление крестьян, неспособных дать оркам серьезный отпор.

— Если не отдадите его, мы вернемся с подкреплением и будем драться. Мы не можем не вернуться. А мы сильнее вас. Поверьте, мы делаем общее дело. Если засланец просочится в наш мир, Ундервельт обречен! Мы все погибнем.

Толл, стоящий спиной к убежищу Тарвита, спросил:

— Откуда такая информация?

— Мы не можем разглашать источник. Но она достоверна.

К Толлу подошел полуэльф, зашептал что-то ему на ухо. Видимо, или мысли умел читать и прочел, что Лиль не врет, или как-то чуял ложь.

— Забирайте, — махнул рукой Толл. — Мы не хотим войны. Но нам нужна гарантия, что он выживет.

— Семьдесят процентов, — прогудел Лиль. – Реакция зависит от того, как его мозг отреагирует на сканер. Еще раз повторяю: это все новенькие? 

Тарвит напрягся. Выдадут, не выдадут? Бодрость скатилась до 27%, он не только не может сымитировать свинью, но и скоро начнет терять человеческий облик. Убежать тоже вряд ли получится.

С другой стороны, 70% выживаемости – не так уж мало. Но почему-то он сомневался в словах орка. Вроде покойный Арон говорил, что плененные не возвращаются.

– Был еще один, — признался Толл, и Тарвит похолодел. – Я дал ему задание, и он ушел.

– Что за задание? Где его искать?

– Змей наловить, – прохрипел Толл. – На болотах неподалеку.

«Надо же, не сдал коротышка, – подумал Тарвит. – Видно любят здесь орков. Дискриминация по расовому признаку».

– Этот человек опасен, – повторил орк.

«Им нужен не я, – с сожалением подумал Тарвит. – Тот, кто может уничтожать миры, должен помнить свое прошлое. Просто так совпало, что мы появились одновременно с ним».

Хоть иди и сдавайся! Может, хоть так удастся проникнуть в замок и найти выход? То ли интуиция, то ли здравый смысл возопил, что делать этого не надо ни в коем случае.

– Что ты помнишь? – спросил Лиль, поднимая Конста за волосы. Тот заскулил побитым псом и заорал:

– Ни хрена не помню, блин! Думал, ты мне поможешь…

– Второй тоже ничего не помнил, — сказал Толл. — Ты можешь всех нас перебить, но это ничего не даст. Сам подумай: если тот, кого вы ищете, все помнит, разве он пойдет туда, где его тотчас обнаружат?

Орки обступили Конста, связали его и повели за собой. Двигались они синхронно, как стайка рыб.

– Совсем охренели, – проворчал Яков. – Надо выносить вопрос на обсуждение.

Толл хрипло ответил:

– Видимо, серьезно приперло. Пришлый опасен для них, однозначно. Надо будет помочь ему, если вычислим, где он. Пусть приведет в порядок этот закисающий мирок. Сделает, как было.

– Та ну на фиг! – возразил кто-то. – Хочешь, чтобы твои кишки на кулак наматывали? Нам и так нормально живется.

– Это пока нас много и мы можем дать им отпор. Но сумеречных с каждым днем все больше, в их числе уже не только орки, но и другие расы. Рано или поздно мы все такими станем. Мне не хочется.

– Правильно! – поддержали его звонким голосом. – Я бы вообще предложил вынести вопрос на обсуждение. Чего это сумеречные невинных людей портят? Нюх потеряли?

– Да, да, да! – закричали издали.

Тогда Толл покосился на убежище Тарвита и поманил его:

– Вылезай давай. Знаю, что ты там. Не бойся, не сдадим.

Так, значит. Тарвит убрал камыш и высунул голову. На поляне остались полудворф и полуэльф, остальные разошлись.

– Ни за что парня погубили бы, – проговорил Толл. – Я ж вижу, что ты не тот, кого они ловят. Но советую тебе быть осторожным, а то уволокут к себе, промоют мозги, и станешь овощем или таким же отрешенным.

– Спасибо, – поблагодарил Тарвит и вылез, прихватив лук. – Кто такие сумеречные?

Полуэльф Ллеонель кивнул в сторону леса, куда ушли орки.

— Прислужники. Не знаю, правда, чьи. Но они ж не в себе. Кто-то промывает им мозги и подключает к общему разуму, дергает, как за нитки. И мыслят они все время одинаково, как один.

— Иди отоспись, но на глаза никому не попадайся, — посоветовал Толл. – А потом топай в лес и не возвращайся, пока не разовьешься хотя бы до 10 уровня.

— Как развиваться-то?

— Убивая хищных тварей. Иди, спи спокойно, я проконтролирую, чтоб тебя не тронули.

Сообразив, что Ллеонель может прочесть мысли и распознать в Тарвите оборотня, он стал усиленно думать о том, как отсюда выбраться, и о таинственном замке. Бодрость опустилась до 26%, и он потрусил в свою комнату, где заперся на щеколду и, не зажигая свечу, заснул мертвым сном, а проснулся аж на рассвете голодный, как волк. Шкала бодрости поднялась до 85%, а не до 100 из-за голода.