Унесённые Драконом

Глава 7. Ожерелье и решение Лазаря

Надо сказать, в путешествии с Крылатым Драконом Ксения побывала в заграничных торговых лавках, где рассмотрела многочисленные нежные пастельные и яркие шёлковые ткани. Теперь она имела явное представление, в каких одеждах отправится в Париж.

Получив во сне море игривой энергии, Ксения очнулась от мрачных мыслей о неприятном замужестве и согласилась отправиться с отцом в столицу за тканями, лентами, кружевом и дорогими украшениями для новых нарядов. И вот на радостях, что отец провоцирует её на поездку в Париж, она совершает покупки.

- Да и вот эту ещё, пожалуйста, перламутрово-белую с мелкими розочками.

- Дочка, а почему тебе ни взять парчу? – отец слегка сжал в руке тяжёлую расшитую золотыми нитями материю.

Тут он запустил руку в один карман длиннополого сюртука (надо сказать, знавшего плечи его отца) и нахмурил межбровье, поискал в другом, но нашёл в нагрудном кармане маленькую коробочку. Молча положил на цвета тёмного золота парчу жемчужное ожерелье, что обрамило бы тонкую длинную шею дочери. Купец с гордостью любовался вдруг повзрослевшей девчонкой, мысленно благословляя её на женское счастье.

- Гришка добрый! И твою красоту оценит по достоинству. А то, я смотрю, сколько слёз ты пролила по эвтому гуляке Искандеру… Понапрасну сватов засылал! Не отдам! Без дворянства проживём… - в сердцах высказался Лазарь, аккуратно складывая ожерелье обратно в коробочку. 

Но Ксюша увлечённо общалась со столичными торговцами, показывая им картинки из журналов, примеряя под будущие платья то одну богатую ткань, то другую, и слов родителя не слышала...

И вот уже новый наряд обхватил стройные бёдра, и портниха-француженка, задрав подол, подкалывала низ безупречного платья. Всё-таки решили сделать его чуть короче, ориентируясь на журналы, такую длину осудили бы в Кунгуре, но позволяли себе парижанки.

Стоя на примерке, Ксения прислушалась к себе: где-то под сердцем тяжестью лежал пьяный Искандер (смешно, не правда ли?!), а перед глазами тёплым солнышком светила встреча с Григорием.

...Молодая купеческая дочь читала о новой для неё стране, разыскивая и доставая книги, а то и пермские, и екатеринбургские газеты с заграничными новостями, которые ей передавали с разных концов местные жители. Одну из таких статей отец твёрдой рукой положил на широкий стол, и она увидела фотографию Гриши, новости о его торговых делах. Ксюша провела пальчиком по чувственным губам на фото, лишь потом прочитала хвалебные слова в адрес купца, что мёдом легли на сердце.

Григорий почитаем в Кунгуре, ведь он давал большую часть рабочих мест для простолюдинов,  да и с оплатой за их труд сильно не скупился. Вопрос же с загрязнением Сылвы купец решил, замачивая шкуры ниже того места, где люди брали воду. Ещё в газете писали о том, что кожевник обещается построить сооружение для забора воды из реки и заниматься выделкой шкур только на территории завода...

- Сударыня! Ксения Лазаревна… - едва слышно обратилась к купеческой дочери опрятная девушка из прислуги. – Вы только не переживайте: рано утром ваше высокоблагородие подходили к окну и уже намеревались постучать, но Ваш батенька схватил его за руку. Как я испугалась! Сударыня, что теперь будет? Хозяин плотно захлопнул ставни. И притянул ваше высокоблагородие за грудки, вот так, - и девушка показала, собрав в кулак ворот своей нехитрой одежды. – И сказал: «Отселева, дворянин! Смотрите у меня, позорить мою дочь не позволю! Всю душу в неё вложил, а Вы… тьфу!» И плюнул, вот так, - и девка наклонилась, тщательно вытирая за собой пол.

     - Ступай, любезная… - стараясь не показывать расстроенного вида, отмахнулась от прислуги молодая хозяйка.

     - Ксения Лазаревна, - упала в ноги горничная, - Ваш батенька узнает, лишит меня награждения к рождеству, но я невольно засвидетельствовала!

     - Молчи, Арина, а то он и ситца не даст!

...В этот вечер, казалось, в доме Лазаря Самсоновича всё было спокойно: правда, чаепитие не столь долгое, как обычно, и он не отпускал шуток, из-за которых, бывало, можно и чаем захлебнуться от смеха. Да и за ужином купец более рассказывал о встречах с людьми, которым он как бы невзначай предлагал товар.

Держа блюдце с душистым цветочным чаем, Лазарь приподнимал чёрную изогнутую бровь, на секунды впивая взрослый опытный взгляд в лицо дочери, но мысли свои вслух не говорил. Ксения с трепетом ждала, что отец заведёт разговор об Искандере, но этого так и не происходило. И не видно, чтобы Лазарь Самсонович был сильно расстроен или зол…

После ужина Ксюша обнаружила, что Дракон, в кои-то веки, отоспавшись, улетел во Францию, и можно спокойно лечь на чистые простыни, только что поменянные Ариной.

Странные сны пришли к купеческой дочери в эту ночь. Неужто вещие? Две белые крысы! С одной Ксения почему-то пыталась сварить омерзительную кашу, от которой тошнило, но она всё равно большим черпаком мешала эту кашу вместе с пытавшейся вырваться крысой. Но как сновидица ни старалась, крыса выскочила из большого котла и убежала! 

Вторая крыса крепко держала девушку за мизинец и тянула за собой, в другой лапке у грызуна был зажат сухарик. Ксюше было страшно, что крыса тащит её за собой, поэтому пыталась вырваться… От страха девушка и проснулась. Переводя дыхание, она всё ещё чувствовала и омерзительное отвращение к одной крысе, и страх оказаться рядом с другой.