Унесённые Драконом

Глава 41. И в клетке - промышленник

В оконце распустившимися цветами стучалась яблонька: где-то была весна, буквально пару часов назад доступная для Гриши. И вот весны нет: лишь одинокая комната, в которой он в клетке, и взгляд в перекошенное оконце на неровной стене.

Григорий вылил на себя воду из миски, обмочив губы. Цепи позвякивали, стукаясь то о прутья клетки, то о старый рыхлый деревянный пол. Железные кандалы натирали ногу, при каждом движении впиваясь в кожу. На клетке замок даже с медвежьей силой не разломить, сама же она приколочена к полу…

Гриша оценил, что выбраться отсюда нереально. Оставалось ждать...

«Тот, кому это нужно, появится здесь. И скоро! С условиями. Если ему нужны деньги, они у меня в кармане. Или этого мало? Нужен мой бизнес? Нужен я?! Зачем? Что у меня есть, кроме промышленности? - думал Григорий, сидя на богатой медвежьей шкуре. – Весь бизнес – вот он - в моих руках, в голове. Без этого - никуда. Что у меня есть ещё кроме дела?» - Григорий чувствовал - ответ на поверхности, силился, но не мог понять.

Он сжимал в руке девичий платок: «Бедная Ксюша, Ксюшенька, что с ней? ...Или она посадила меня в клетку? Наняла разбойников… бред, как я мог подумать. Её платок украли. Кто? Вопросы-вопросы… Может, у меня помутнел рассудок и мне всё это кажется?»

Гриша кричал, но тщетно: домик стоял на отшибе.

Вымокав платком последние капли воды, и приложив его к засохшему в крови глазу, он прилёг на шкуру. От пола тянуло сыростью.

«Да, это тебе не дома на перинах. Влип в историю! Правильно сказали деревенские: пусть помучается! …переживём... А может, это мои рабочие? Но за что им на меня обозлится: зарплату плачу вовремя, жильё, еда – всё у них есть. Или виноват уж тем, что я хозяин? Но ведь не Салтычиха какая-нибудь! Заявятся с требованиями, например, рабочий день сократить: четырнадцать часов – не спорю, много! Но сто двадцать дней в году гуляют, а ведь церковь всё да водка виноваты! Печально, вот только всю светлую неделю – пили. А французы намного больше работают! Не догнать нам Америку да Западную Европу, не догнать!! Да уж, и не предстать бы перед подчинёнными в таком виде… Фух, ну и мысли…» - сердце купца клокотало в горле от безрадостных думок, и он невольно перевернулся на другой бок - в глаз ударило свежестью скачущих по стеклу ветвей.

«…Придумал, тьфу! Отец в уважении, и я не хуже! Надо доверять людям. Первое время в цехах работал, скольких обучил вот этими руками. После поездки в Европу зарплаты поднялись... Промышленник и в клетке о своём!» - в итоге поехидничал над собой Григорий.

Спустились сумерки. Знобило: то ли от нервного напряжения, то ли и впрямь стало прохладно. Гриша вдруг подумал, что за ним и вовсе не придут. И стал ждать врага, как великого спасителя…