Унесённые Драконом

Глава 48. Миша, превзойдём себя!

Дремота обволакивала чудных любовников, нарушивших мыслимые нравственные нормы. Маруся молчала, боясь спугнуть тихое и пока ещё мнимое счастье, с благодарностью прижимаясь к Искандеру – спасшему её от прикованного к клетке сумасшедшего…

Искандер же чувствовал спокойствие рядом с незамысловатой девушкой и то уютное состояние души, которое не посещало его после смерти родителей. Ксюша не давала ему умиротворения: её бешеный темперамент, вечные мысли о торговых делах, цели, которые она ставила перед собой, - выбивали Искандера из так нужного ему домашнего комфорта. Маруся же мечтала о замужестве и обустроенности быта, что совпадало с мыслями Искандера. Пока же дворянин этого не понимал, целью его существования всё ещё была Ксения вместе с богатым наследством, и он не отказывался от женитьбы.

"Лазарь отдаст мне дочь - у него теперь другого выхода нет", - и Искандер прищёлкнул языком. Маруся внимательно посмотрела в синие глаза, и молодые зашлись в возбуждающем поцелуе...

"…М-да уж, жених, - высказался вслух Григорий о дворянине, - хм, каждому своё. Бедная Ксюша - умничка - не такого мужа достойна! – Он в сотый раз пересчитал прутья клетки. - ...Столько времени зря уходит: мог бы эскизы обуви разрабатывать и планы составлять на этот год, ведь надо расширяться: ещё один цех построить! Рабочих рук достаточно, а если что и крестьяне пойдут в рабочие - обучу. А главным мастеровым француза поставлю - не зря же я его привёз!

Пусть этот цех отличается: закуплю больше станков - сокращу ручной труд до минимума. Посчитать бы, когда окупится такое оборудование."

Григорий достал из кармана деньги: " На бумагу и карандаш хватит», - и недовольно посмеялся.

И правда, деревенский верзила нажился - раздобыл канцелярию для купца.

Предприниматель развернулся: начертил план будущих фабричных построек с современным цехом, обновлённым жилым бараком, детскими яслями. "Освятить надо будет всё! - подумал Григорий, подкладывая под кандалы надушенный женский платок - слишком уж боль в ноге отвлекала от работы, так сказать. - Хорошо быть дворянином - власть на твоей стороне, - кряхтя, размышлял Гриша, - а обо мне, купце, - самодержавие не позаботится. Неверная политика!

Надеюсь, производство не остановили, - размышлял Гриша, отжимаясь от пола. - Вот выйду и с новыми силами займусь преобразованиями! Ух... Останавливаться нельзя - расти и расти. Совсем забыл о выставке в Вене! Неужто придётся Лазарю ехать? - И Гриша сел на шкуру. - Ну, что, Миша, мы ещё себя превзойдём! Тьфу, Лазарю шкуры обещал! Что они там все обо мне думают?" - И Григорий подпёр подбородок кулаком, тысячный раз разглядывая перекошенное оконце.