Унесённые Драконом

Глава 63. Арина и Роман

"Это ужасно, что Ксюша меня не любит! Как не хочется с этим смиряться..., как же больно, - сжимал Роман подушку сухими мускулистыми руками. - Отчего несправедливость: ведь я куда лучше Искандера, и чем я хуже Григория? Лишь тем, что нет звания дворянина или купца первой гильдии. Ей нужен статусный муж? Или Ксюша просто меня не любит... А если бы любила..." - Ромка явно сходил с ума за хозяйкой, и тем больше депрессия не давала ему покоя, чем ближе он чувствовал час замужества любимой им девушки. Слёзы даже увлажнили его чёрные длинные ресницы..., уткнувшись лицом в подушку, он встал на локти и представил, как прижимает Ксению всем телом, представляя, как красиво бы это смотрелось с его четко прорисованными мышцами спины, плеч, ног. Его смуглая кожа давала рельефный рисунок, выставляя мускулистость в лучшем виде. Ромка соскочил к зеркалу: мышцы на животе прорисовывали не только завидные восемь кубиков, но и косые линии были детально видны.

- И я не сексуален? - из-за отсутствия жены и наличия молодости по утрам Роману было наиболее тяжело справиться с горячими чувствами... - Пойду к Арине, - махнул он рукой на обнажённый длинный половой орган, красноречиво торчащий вверх.

Накинув на голое тело белую рубаху и какие-то свободные светло-серые штаны, он босыми ногами прошёлся по свежевымытому полу и оказался на кухне.

Арина пила чай в ожидании утра. Кухня источала ароматы пирогов с мясом. Горничной вдруг показалось, что Лазарь Самсонович похудел в беготне со своими новейшими технологиями (Арина внимательно слушала застольные разговоры - надо быть в курсе, в первую очередь, для личной безопасности!), а ещё ей пришли мысли, что это она кормит любимого хозяина пирожками с клюквой - вот он и худеет, поэтому учинила переполох на кухне и заставила помощницу накрутить мяса да посытнее. Сама же она доедала вчерашнюю более лёгкую выпечку.

Удивившись виду Романа (а он всегда выходил к завтраку уже одетым для работы на людях), Арина подала ему свежезаваренного чаю. Роман разглядывал горничную так, будто впервые попал на кухню. Он ни разу ранее не обратил внимания на Арину! И если б его не ткнули носом, до сих пор бы и головы не повернул: ведь Арина стала для него таким же необходимым приложением в этом доме, как самовар или печка! Она удовлетворяла потребности в пище, содержала дом в чистоте. Мыслимо ли так... так относиться к девушке...

Роман приглядел смуглую молодую кожу без единого изъяна, если только недавний ещё розовый шрам на предплечье - видно от шипящего масла со сковородки, но это пройдёт и следа не останется. Аккуратная статная, одного с Романом среднего роста, она очень хорошо вписывалась в купеческий колорит. Средне-русые её волосы, голубые прозрачные глаза шли врозь с цыганской внешностью приказчика, лишь одно у них общее - смуглая кожа, да и то Роману она дана природой, а Аринка загорела, пропалывая огород. И всё ж Ромка был на порядок смуглее, чернее, даже лучше сказать.

С учётом вздыбленного органа, Роман оказался смел и нагл: он прижал к себе Арину, только что поставившую перед ним чашку чая. Почувствовав нечто упиравшееся в неё, Арина захлопала глазами... Ромке показалось, что он схватил жар-птицу - так была горяча девушка в его небольших, но крепких мужских руках. Несколько секунд они оба молчали, захваченные врасплох желанием.

- Пойдём, - чуть слышно шепнул Роман, и Арина послушно переступила половину для мужчин.

Когда-то, в крепостные времена, на разделении мужской и женской половин стояла девушка, не пускавшая влюблённых и жаждущих плотских утех друг к другу. Но сегодня слуги несли ответственность за содеянное...

Ромка, не знавший близости с любимой и желанной хозяйской дочерью, вылил нежность, смешавшуюся с цыганским темпераментом, на служанку.