Унесённые Драконом

Глава 73. Опьянённый Лазарь

Ну конечно же, конечно же, Лазарь Самсонович заехал за Авдотьей Никитичной раньше времени. И теперь, не желая пройти в дом, сидел в карете и накручивал на палец кисточки занавесок - Авдотья, как подобает женщине, уже немножко задерживалась.  

Вот она сошла с крыльца кукольного домика, а Лазарь, пересчитывая кисти, задумался и вздрогнул от её появления. 

- Эх, Авдотья Никитична, впутываете Вы меня в излишнее дело: я ведь - привыкший жить спокойно - уж и сомневаюсь, а надо ли оно мне... Ну Вы понимаете, о чём я. 

- Понимаю, Лазарюшка, как же мне и не понять. Вот и я бы уже побоялась перемен в жизни, но надо, надо, Лазарь Самсонович! В матери я Вам не гожусь, но, как хорошему человеку, скажу: а что добру-то, пропадать? Вперёд! 

- Степан, трогай, - махнул рукой Лазарь. - Чему быть... 

И карета засеменила по Кунгуру. По тому самому городу, в котором когда-то молоденький купец познакомился с будущей женой. "Может, повернуть обратно, пока не поздно", - спросил Лазарь и у яблони, возле цвета которой целовался с юной женой, и у колоколов, что венчальным звоном оглашали окрестность... 

- Гони быстрее, Степан! - одёрнул себя Лазарь от прошлого. - А-то хозяйку ждать заставляем!  

Авдотья, прозорливая по роду деятельности, в душе жалела Лазаря. 

- Лазарь Самсонович, нынче зима снежная... - намеренно защебетала она о пустяках и проблемках, ничего не значащих в этой жизни, но здорово отвлекающих от душевной боли.

Лазарь и не понял, какую службу сослужила для него Авдотья. Так и подъехали с разговорами к двухэтажному особняку Леопарды Львовны.  

Купчиха, не сразу показавшаяся гостям, а заставившая их слегка подождать её появления и при этом оглядеться в доме, возникла в парадной комнате среди гротескных зеркал и крупных светлых диванов с подушками, абсолютно разных картин, украсивших стены золотистыми рамками, лепнины на потолках, огромной хрустальной люстры и красного цвета пышных бархатных штор. В одном из углов во весь рост красовалась сама Леопарда Львовна на фоне песчаного морского побережья, пышущая здоровьем и прелестями женского тела, которые угадывались под лёгким шифоновым нарядом. Так Лазарь, глядя на картину безызвестного южного художника, познакомился с хозяйкой излишне богато обставленного особняка.  

Голос Леопарды Львовны прошёлся мурашками по хребту взволнованного воспоминаниями и ожиданием свидания купца: голос не тоненький и писклявый, как у худощавой Авдотьи, а мягкий грудной, и Лазарю сразу представилась пышная грудь хозяйки. Он скорее обернулся убедиться в правильности ощущений. И не прогадал! Возможно, внешность купчихи, это единственное, за что стоило в неё влюбиться. А в остальном, имею ввиду характер и привычки, а вместе с ними и темперамент богачки точь-в-точь соответствовали её прозвищу - один в один Леопарда Львовна.  

Но не станем ехидничать над женщиной из-за её неординарной жгучести в крови - вдруг и такие особы тают от мужского внимания. И Лазарю, надеемся, удастся смягчить нравы непокорной кошки. Правда, ему ещё далеко непонятна натура новой знакомой!