Унесённые "Призраком"

Глава восьмая

– А за этой дверью, милые дамы, находится капитанская каюта.

О’Нил заглянул внутрь, убедился, что там никого нет, и только после этого позволил девушкам войти, внимательно следя за тем, чтобы они ничего не трогали.

Каюта простиралась во всю ширину корабля и являла собой просторный кабинет с двумя окнами в задней кормовой переборке, отдельной гардеробной и спальным местом, скрытым в нише за темно-синими атласными шторами. Посреди кабинета стоял громоздкий рабочий стол из темного дерева, вдоль стен располагались книжные шкафы и подставки для разных морских диковин, коих тут было множество: раскрашенный вручную глобус, высушенные рыбы, похожие на колючие шары, старинные компасы, огромные витые и зубчатые раковины, обломки кораллов, каменные идолы из неизвестных земель. Все это манило, вызывая желание прикоснуться, но, видя, как благоговейно ведет себя в капитанских владениях штурман, Мэри и Кейт проявили сдержанность и неторопливо обошли помещение, аккуратно ступая по мягким коврам и рассматривая всевозможные диковины. Ирландец тем временем, бросив взгляд на настенные часы, решил, что пора завершать затянувшуюся прогулку, и уже хотел было предложить девушкам отправиться обратно на шкафут, как вдруг услышал доносящиеся снаружи громкие голоса и тревожные сигналы боцманской дудки.

– Опять кричат, мистер О’Нил, – заметила Кейт, разглядывая миниатюру, изображавшую морскую баталию. – Что там на этот раз?

Эйдан прислушался. Ему хватило мгновения, чтобы понять всю серьезность происходящего.

– Дамы, – решительно объявил он, – я вынужден ненадолго покинуть вас. Оставайтесь здесь, никуда не уходите, только, прошу, ничего не трогайте. Я скоро вернусь.

Когда штурман исчез за дверью, Мэри и Кейт переглянулись. В первые мгновения, оставшись без присмотра, они боялись даже пошевелиться.

– Думаешь, что-то случилось с «Валиантом»? – шепотом спросила Мэри. – Он тонет?

– Господь всемогущий, надеюсь, нет, – Кейт на цыпочках подошла к окну. – Отсюда его не видно. Но фрегат стал похож на потревоженный улей… Слышишь этот грохот внизу? Даже сквозь ковер я чувствую, как дрожит пол... Мэри, быть может, нам лучше уйти из каюты и спуститься на палубу?

– Нет, – покачала головой девушка. – Мистер О’Нил велел оставаться здесь, и это правильно: по крайней мере, что бы ни произошло, тут мы в безопасности.

.

Испанцы...

Разозленные последними неудачами, особенно – потерей захваченных два года назад Багамских островов. Жестокие и беспощадные в бою. Но при этом – часто недовооруженные, страдающие нехваткой дисциплины на борту и не умеющие маневрировать. Этим стоило воспользоваться.

– Сэр, – рядом возник вездесущий Апдайк, – прикажете остановить погрузку и перевести гражданских на пакетбот?

Роберт посмотрел на небо. С виду капитан казался спокойным, но в голове у него с лихорадочной скоростью мелькали мысли, помогая принять единственно правильное решение.

– Нет, – ответил он, – отправьте их всех на нижнюю палубу. Продолжайте переносить ящики, причем так, чтобы испанцам удалось это разглядеть. И вызовите сюда пару офицеров с «Валианта».

Лейтенант кивнул и тут же исчез. В это время на полуют поднялись главный комендор, боцман и немного запыхавшийся О’Нил.

– Командирам оружейных четверок приготовиться. – Роберт взглянул наверх, на машущего руками юного Смита: – Что он говорит?

– Испанцы подняли паруса и открыли орудийные люки, сэр.

– Корабли удалось опознать?

– Первым идет «Санта Круз», линейный фрегат второго ранга, около восьмидесяти пушек, сэр. Название второго пока не разглядеть, предположительно судно третьего ранга, так как пушек поменьше.

– Шестьдесят две, если точно. – Роберт прищурился. – Хвала Господу, это не «Сантисима Тринидад»[1]. Излюбленная боевая тактика испанцев – меткими залпами снести мачты вражеских кораблей и, взяв подбитое судно на абордаж, разграбить его. Что ж, приготовим им сюрприз… Хастли, немедленно Хупера ко мне.

– Да, сэр.

Боцман и комендор покинули полуют, чтобы выполнить полученные приказы. Штурман замешкался: ему показалось, что капитан хочет спросить его о чем-то, и, кажется, он догадывался, о чем. Можно было бы опередить вопрос и сообщить, что белокурая мисс и ее спутница укрыты в одном из самых надежных мест на корабле, но… Эйдан отчего-то не рискнул первым заговорить об этом. Поэтому они просто обменялись взглядами и вернулись к своим обязанностям.

.

Находиться в капитанской каюте и ни к чему не прикасаться было невыносимо: от волнения хотелось не только переставлять предметы, но и передвигать мебель.

Мэри села на стоящий в углу сундук и сцепила руки на коленях, Кейт ходила туда-сюда по кабинету, глядя куда-то перед собой. Наконец, утомившись, она остановилась, посмотрела по сторонам и увидела лежащий на столе судовой журнал. Поколебавшись всего пару мгновений, девушка подошла, открыла его и принялась листать.

– Кейт! – испуганно окликнула ее Мэри. – Мистер О’Нил запретил нам здесь что-либо трогать!

– Мне скучно, – рассеянно отозвалась Кэтрин, пробегая глазами записи. – К тому же это не личное, всего лишь корабельный дневник. День такой-то, широта, долгота… ветер, скорость столько-то узлов… фамилии вахтенных офицеров, доклад обо всех происшествиях на борту. Ничего интересного… – Она слегка запнулась, увидев сделанную накануне запись. В самом низу страницы, под обычными для журнала сведениями о погоде и курсе, а также кратким докладом об обнаружении застрявшего на мели пакетбота, рукой капитана было написано:

«Сегодня произошла встреча, которую я хотел бы как можно скорее забыть»

В затылок словно плеснуло крутым кипятком. Кейт перечитала эту строчку несколько раз, пока она намертво не впечаталась в память. Потом зажмурилась: буквы продолжали белеть перед ее внутренним взором. Захотелось схватить дневник, швырнуть его на пол. А потом оттолкнуть стул, опрокинуть тяжелый стол и разнести в этой каюте все – кораллы, ракушки, дурацких сушеных рыб…