Уничтожить и возродить

Глава 8

— Леди Лелея, — произнес он и слегка улыбнулся. – Ник, позволите?

Выпрямившись, он посмотрел на отца, ожидая ответа. Тот кивнул, и герцог предложил мне руку. Я с готовностью ее приняла и пошла за мужчинами к дому.

— Прошу простить, мой дом может показаться немного… запущенным.

Я слушала его извинения и крутилась, не в силах поверить, что он говорит это на самом деле. Дом был прекрасен! Мы стояли в высоком, накрытом куполом со старинными фресками атриуме. Помещение казалось настолько большим, что закружилась голова, и я сильнее сжала пальцы на руке герцога.

Тот накрыл мою ладонь своей и произнес едва различимо:

— Не бойтесь, леди, в этом доме вам ничего не грозит.

Сердце болезненно ударилось о ребра. Слова герцога пробудили непонятное, странное чувство, щекоткой пробежавшее по коже. Украдкой бросив на него взгляд, я улыбнулась, так же едва слышно шепнув:

— Спасибо.

Герцог тут же словно очнулся. Встрепенулся и пошел к лестнице, ведущей на балюстраду второго этажа.

— Ник уже был у меня в гостях, так что его вряд ли что-то удивит, а вам, леди, я бы хотел для начала показать дом. Вы не против?

— Не против, — вместо меня ответил отец весело. – Я был у вас всего раз и уже совсем забыл, где что находится. Так что с удовольствием присоединюсь к знакомству.

— Тогда прошу, — вежливо и в то же время с плохо скрытой гордостью указал герцог на ступени.

Мы шли по дому и восхищались. Отец, пусть и видел это не впервой, не мог сдержать возгласов восхищения. Дом поражал не только богатством отделки, что совсем не видно было снаружи, но и обилием ценных произведений искусств. Картины и статуи поражали воображение именами сотворивших. Гобелены притягивали взгляд проработанностью, мебель — только авторской работы, украшения — от лучших резчиков и ювелиров.

Но это не все. Цена обстановки могла пощекотать нервы гостям в любом мало-мальски богатом доме. Имение герцога же хранило еще много интересного. Залы для игр, библиотека, что наверняка больше королевской, коллекция оружия, при виде которой у отца алмазами заблестели глаза, коллекция минералов, поразивших уже меня красотой природных цветов и их сочетаний, и наконец огромный зал под стеклянным куполом, где и стоял телескоп.

Если еще вначале я шла, рассматривая скорее гордый профиль герцога, то постепенно увлеклась чудесами и совсем не заметила, что в последнем зале мы остались наедине.

Я завороженной мышкой пошла к телескопу. Осторожно провела руками вдоль корпуса из бесценного дерева с шикарным узором. Коснуться его было страшно. Будто мои руки могли оставить на великолепном приборе некрасивые пятна.

Все такая же восторженная я развернулась к герцогу, желая засыпать его вопросами, и испуганно охнула. Отца рядом не оказалось. И я потупилась, изображая смущение. На самом деле никакого смущения не было. Герцог дал слово, что мне в этом доме опасность не грозит, к тому же вчера мы полночи бродили по нашему парку одни, но приличия стоило соблюдать.

— А где отец?

— Он увлекся оружием, — неожиданно мягко улыбнулся герцог и прошел мимо меня к телескопу. – Я не хотел мешать ему. Простите.

— Он будет злиться… — задумчиво пробормотала я, уже вовсю следя за движениями мужчины.

А он неторопливо расстелил на столе огромный свиток. Прижал одну его сторону пресс-папье, а вторую — чернильницей. И я, забыв обо всем, потянулась ближе.

— Ник? Не будет. Он прекрасно меня знает и доверяет мне, иначе не рискнул бы привезти вас сюда. Да и вчера не позволил бы остаться наедине.

— Вы правы. И мне очень интересно, как вы добились такого доверия. Отец добр, но не наивен и никогда не позволял чужим людям… м-м, приблизиться к нам.

— Мы друзья, — коротко и весомо обронил герцог.

А я, кажется, наконец поняла, что значит это слово. И что до того папа, правда, никого так не называл. Это мой приятель, мой хороший знакомый, отличный человек, но никогда это мой друг. Только герцог удостоился этого звания, что пробудило просто неприличное количество любопытства.

Я сделала вид, что изучаю расстеленную на столе бумагу, оказавшуюся картой. Только не обычной, а… звездной?! Но даже эта неожиданная карта не смогла полностью отвлечь меня от герцога и его секретов. Я украдкой, из-подо лба изучала его холодное лицо и ловила себя на мысли, что он по-настоящему красив. Еще недавно он казался мне просто симпатичным, но чем больше я смотрела, тем сильнее привлекали и тянули его острые черты. Его спокойствие и отстраненность. Казалось, рядом с таким человеком можно быть по-настоящему хрупкой и нежной. Только такому человеку возможно по-настоящему доверять. Доверять и довериться. Спрятаться в надежных объятьях и знать, что никто не сможет навредить тебе. Что чтобы не произошло, этот мужчина защитит, отпугнет опасность уверенностью в себе.

Задумавшись, я не сразу заметила, что герцог точно так же из-подо лба изучает меня и тонко улыбается при этом.

— Простите, задумалась, — шепнула я, опуская взгляд в карту.

Взгляд его чувствовался на мне еще долгие минуты, а затем герцог провел рукой по карте и заговорил:

— Это моя работа. Она далеко не первая и, возможно, не самая точная, но именно она позволяет мне отвлечься от проблем.

— Вы проделали огромную работу, — шепнула я, рассматривая крохотные точки, многие из которых были соединены плавными линиями и подписаны аккуратным и очень мелким почерком.

— Не хочу показаться нескромным, но да, — хмыкнул герцог и выпрямился. Вновь отошел к телескопу, и я потянулась следом, наблюдая и ожидая, что же герцог будет делать. – К сожалению, сейчас я не могу показать вам небо, нужно ждать темноты. Поэтому предлагаю пока пойти дальше. Думаю, стол к обеду уже накрыли.

И вновь предложил мне локоть. Я со вздохом сожаления приняла его. Мне не хотелось есть или возвращаться к отцу. Я желала увидеть обещанное и услышать еще истории из уст герцога. Но не настаивать же на своем в чужом доме?!