Уничтожить и возродить

Глава 10

Какой может быть сон, когда эмоции распирают, зудят мошкарой и терзают мысли и тело. Луна, звезды, Атлант, кружились в голове калейдоскопом. Горячие прикосновения Армано и его шепот заставляли меня дрожать. Грудь сдавливало от восторга, а живот крутило в непонятном томлении. Отец обещал мне еще одну поездку к Армано, но как же дождаться завтрашнего дня?! А если матушка запретит? А если Джулиан пришлет сватов и запретит уже общественное мнение?!

Я накручивала сама себя, и сама же уговаривала не паниковать раньше времени. Сама ныряла в глупые мечты и сама же успокаивала и призывала к трезвости мысли. Заснула лишь к рассвету и проснулась вновь лишь благодаря служанке.

Та странно прятала взгляд и говорила тихо, неохотно. Только выбравшись из спальни, я поняла почему. Отец и мать опять скандалили. На этот раз шумно и жутковато.

— Ты испортишь ее репутацию! – почти визжала мать.

Я с опаской подходила к двери малой гостиной. Краем глаза заметила легкую тень и с неприятным осознанием увидела сестру. Она смотрела на меня мрачно, с какой-то непонятной злостью, но стоило поймать мой взгляд, скрылась за дверью. Сердце кольнуло недоброе предчувствие.

— А ты портишь ей жизнь! – рявкнул отец так, что я подпрыгнула.

Не желая, чтобы они решили, будто я подслушиваю, я осторожно скользнула в гостиную.

— Папа, мама, что происходит?

— Все хорошо, птичка, собирайся, нам пора, — раздраженно поправляя на столе чернильницу, проговорил отец почти ровно.

— Она никуда не поедет! – тут же взвилась мать. – Завтра приедут Паневские. Думаешь, им нужна невеста, которая проводит все свое время наедине с мужчиной?!

И тут я поняла. Мои страхи сбылись. Общественное мнение собиралось испортить мне новый день. Его собиралась испортить мать.

— Еще слово, и клянусь, я подниму на тебя руку, — процедил отец, вогнав меня в ступор. Никогда он даже намекать на такое себе не позволял. Что же происходит. Что за кошка пробежала между ними?!

— Отец? – дрожащими губами шепнула я, и тот резко выдохнул, ссутулился. На мгновение сжал кулаки и разжал их словно с усилием.

— Лелея, собирайся, карета ждет. Азалия, дочь едет со мной, прекрати сама распускать эти мерзкие слухи!

И он резким шагом прошел мимо меня и вышел из кабинета.

— Побереги свою репутацию, уговори его не брать тебя с собой! – тут же зашипела мать, и я поняла, что лучше мне присоединиться к отцу. Тем более что ничего мне брать с собой не нужно было.

— Простите, матушка, воля отца — закон для меня, — и быстро присев в реверансе, я сбежала следом за отцом.

Оказывается, тот ждал в холле у лестницы. Стоило мне показаться из двери, он кивком указал на входную дверь, буркнув:

— Идем.

И, почти жестко ухватив за руку, повел к действительно ожидавшей карете.

Стоило ей отъехать от дома, я прижалась к боку отца. Обхватила его руками, насколько хватало их длины, и вжалась лицом в плечо. Так папе будет спокойнее. Когда глаз было не видно, он охотнее открывал тайны.

— Что случилось, папа? Мне не нравится, когда вы ссоритесь. Это из-за меня? Из-за моего любопытства?

Отец глубоко вздохнул и прижал огромной ладонью мою голову ближе к себе. Поцеловал в макушку, виновато шепнув:

— Прости, птичка, ты не должна была этого слышать. Но так даже лучше.

— Лучше? Отец, что случилось?

Он замолчал и молчал долго. Я уже успела испугаться, передумав обо всех причинах. Наконец заговорил. Не как со своей птичкой, а как отец с дочерью. Строго, по-деловому.

— Птичка моя, ответь мне на один вопрос. Только прошу, подумай хорошенько и не торопись.

— Конечно, папа.

— Завтра к тебе приедут свататься Паневские, и я хочу знать, любишь ли ты Джулиана.

— Конечно, — тут же отозвалась я, даже приподнявшись от его плеча и попытавшись заглянуть в глаза. Но отец не желал, отвернулся к окошку, занавешенному тонкой шторкой, и сквозь зубы процедил:

— Лелея, я попросил подумать и ответить. Любишь ли ты Джулиана?

Недоуменно сдвинув брови, я села прямо и задумалась. Люблю ли?.. Красавчика с золотыми волосами, о котором мечтает едва ли не каждая в нашем городе, а может, и за его пределами? Сильного, смелого и богатого. Идеальную партию для меня.

Не люблю.

И эта мысль поразила до глубины души.

Не люблю. Скорее тянусь к нему по привычке. Мне неинтересно с Джулианом. Я не хочу слушать глупые комплименты, восславляющие мою красоту и ум. А больше с этим человеком говорить не о чем. Он не поддержал ни один разговор, который я пыталась с ним завести. Все сводил к моей красоте. Более того, меня немного раздражает, что Паневские приедут завтра, ведь из-за них я не смогу встретиться с Армано.

— Н-нет, — шепнула я мрачно. – Но ведь Джулиан хорошо мне подходит…

— Джулиан бабник! – рыкнул отец, наконец повернувшись ко мне и глядя в глаза прямо. Похоже, теперь пойдет серьезный разговор, но я все же попыталась завершить неприятную тему.

— Отец, нельзя так…

— Хватит, птичка, ты у меня уже взрослая девочка и я могу говорить с тобой, как со взрослой! – отрезал отец, не дав продолжить.

Я кивнула, внезапно заробев.

— Джулиан бабник, каких поискать, и я не хочу видеть его рядом с тобой! Я не хочу, чтобы он поломал тебе жизнь. Чтобы ты рыдала в подушку, видя всех его любовниц.

Я чувствовала, как заливает смущение щеки, но все так же прямо смотрела отцу в глаза. Понимала, сейчас это важно.

— Поэтому я задам тебе еще один вопрос, а ты опять подумаешь, хорошенько подумаешь, птичка, и ответишь на него. Договорились?

И я вновь коротко кивнула соглашаясь.

— Тебе нравится герцог Армано Хелгар?

Я вздрогнула и все же отвела взгляд. Не потому, что меня смутил вопрос, а потому, что от него внутри вспыхнул пожар из эмоций.

Нравится ли?

Перед глазами тут же встало высокомерное лицо с острыми чертами. Блестящие сталью глаза. Гордая осанка и сдержанная реакция на окружающее. Чуть подрагивающие в улыбке губы, изучающий взгляд, горячая ладонь на талии и шелест голоса, порождающий мурашки и внутренний огонь.