Уничтожить и возродить

Глава 18

Следующие дни слились для меня в одну черную полосу. С кровати меня заставлял встать Станислав. Жестко, без жалости, иногда ругая такими словами, что краснели даже стены. Но заставлял. И есть заставлял, и гулять. И постепенно горе отпускало. Я знала, оно еще долго будет рядом, будет приходить по ночам и мучить. Выдавливать слезы и всхлипы, но уже сейчас я смогла едва заметно улыбнуться миру. Скоро приедет Армано, и мне станет легче. Обязательно станет. С этими мыслями я вставала с кровати уже сама. Сама ела, сама гуляла, ухаживала за розами и заказанными Армано ради меня Ренскими лилиями.

Это немного отвлекало.

Когда рядом с поместьем остановилась карета, из которой выбрался и резким шагом пошел к дому Армано, я, кажется, забыла обо всем на свете. Даже о горе. Сбежала вниз. Бросилась к вошедшему мужу, желая обнять его, поцеловать. Рассказать, как мне плохо было без него. Но… Армано остановил меня жестом, не позволив себя коснуться.

Закаменевшее лицо не демонстрировало ни одной эмоции. Глаза блестели холодным металлом, а губы сжались в тонкую линию, не позволяя чувствам показаться наружу.

— Армано? – шепнула я недоуменно, сжав руки перед грудью. Куда еще их можно деть, я не знала. Но прикасаться к мужу было страшно, да он и не позволил бы. Он был страшен… по-настоящему. Таким он никогда не позволял себе быть со мной.

— Добрый день, Лелея, — коротко кивнул он. – Я вижу, ты в порядке? Будь добра, пойди к себе. Мне нужно поговорить со Станиславом.

И он, уже не глядя на меня, ушел в сторону большой гостиной. Станислав, только что стоявший в атриуме неподалеку от нас, зло поджал губы, но тоже пошел туда. А я хлопала ресницами, не в силах понять, что произошло. Почему мой муж вернулся таким холодным. Какие-то неприятности? Плохие новости? Возможно, в имении произошло что-то, что не позволяет ему проявить эмоции?

Медленно развернувшись, я побрела к себе. Мысли бегали вспугнутыми мышками, и поймать хоть одну из них даже за хвост было невозможно. Я села на кровать и остановившимся взглядом буравила стену. Страх грыз изнутри, но я понимала, нельзя торопить Армано. Сейчас он разберется со всем, поднимется ко мне, и мы поговорим. Он объяснит, почему такой холодный, а я пожалею его. Прижмусь и подарю немного тепла. Оно растопит этот лед, вернет на лицо мужа улыбку.

Но время шло, а Армано не поднимался. Более того, под окнами вновь раздался шум. Я встала с кровати, выглянула наружу, чтобы увидеть, как зло и нетерпеливо идет к карете Армано, а следует за ним такой же порывистый и злой Станислав. Он что-то выговаривал мужу, но тот не слушал. Так они и сели в карету, и она унесла их прочь.

Сомнения и страхи рванули душу острыми зубами. От переживаний закружилась голова, и вновь подступила тошнота. Я едва успела сесть на кровать, когда чернота залила мир. Очнулась я с мокрым полотенцем на лбу. Старая Элен, нанятая специально для меня Армано прислуга, с облегчением вздохнула и погладила меня по голове.

— Напугали, леди, что ж вы не бережете-то себя. Совсем измотались, а вам ведь нельзя.

— Нельзя?

— Конечно, дитеночка так можно потерять. Не любят они, когда мама вот такая.

— Дите… дитеночка? – со страхом уточнила я. Не злым, наоборот, счастливым страхом. Ведь столько времени… ведь мы так мечтали… неужели хоть что-то хорошее наконец случилось? Неужели дурная полоса прервалась?!

— Поверьте. Я баба опытная, — улыбнулась она мне нежно и опять погладила по голове. – Одиннадцать уж родила, семерых вырастила. Я не ошибаюсь.

Я кивнула, не понимая, почему так плывет мир. А он колебался, горел слезами. Наконец-то!

— Бог мой, Элен, я так рада, — шепнула я и зарыдала уже громко.

— Ну-ну, детонька, — повторяла она, продолжая гладить меня по волосам.

Армано не возвращался. Элен уже ушла домой, настрого запретив мне нервничать, и я сидела у окна, ожидая, когда появиться карета. Мне нужно было с ним поговорить как можно скорее. Поделиться радостью.

Наконец вдали показалась черная точка кареты. Приблизившись, она привычно стала во дворе, но выпустила наружу не двух, а трех человек. Я нахмурилась, понимая, что разговор опять может быть отодвинут, но все же пошла вниз. Я так соскучилась, что была готова просто сидеть серой тенью в углу. Лишь бы рядом с Армано. Только бы видеть его, слышать.

— Лелея, — констатировал Армано, шагающий по атриуму к лестнице. Остальных не было видно, возможно, ждали в кабинете? – А я за тобой. Идем.

Я кивнула, со страхом глядя на мужа. Хотелось увидеть в нем хоть какую искорку эмоций, но Армано Хелгар оставался закаменевшим и холодным. Даже руку мне предложил словно нехотя. Но я с радостью ее приняла. Даже такого касания сейчас было много. Оно позволяло почувствовать тепло родного человека. Отвлечься от глупых мыслей, что заполнили голову, стоило увидеть его застывшее лицо.

Что же произошло, Армано? Почему ты так зол? Или я неправильно понимаю тебя, и это не злость? Тогда что? Почему ты так холоден со мной?

Мы медленно прошли по коридору и вошли в большую гостиную. Там, за столом, сидел незнакомый мне пожилой мужчина. Именно он приехал вместе с Армано и Станиславом в карете. А вот учителя видно не было. Я огляделась, надеясь найти в нем поддержку, к которой привыкла за последние дни, но не нашла даже его. Только мрачная темнота комнаты и странный, пугающий человек за столом.