Упасть вверх

Вступление от Автора.

Я рада приветствовать вас в моей новинке. Она, как всегда, будет непростая, сложная, болючая. В ней не будет рафинированных идеальных героев. В ней будет жизнь, иногда совсем не такая мармеладная, как нам хотелось бы. Мои герои будут настоящими, с обыкновенными человеческими слабостями и хотелками. Они не будут правильными, и иногда их поступки будут выводить вас из состояния душевного равновесия. Но разве мы с вами всегда поступаем правильно? Тут будет и нецензурная лексика, и откровенные картины близости, и боль, и предательство, и всё на грани, но... Такова жизнь. Они не ангелы. Я не ангел. А вы, мои хорошие, ангелы?

Тут есть алкоголь и табак, и хотя автор, к сожалению грешит и первым и вторым, но категорически против этих вредных привычек и никоим образом не рекламирует такой образ жизни!

Так что не судите их строго. В книге много будет того, что было на самом деле, но не забываем, что это прежде всего литературное произведение.

Итак, я рада начать новую историю боли, любви, предательства, прощения и много ещё чего! Вы со мной?

Кусь

Сердце колотилось, как сумасшедшее. Сотня вопросов и ни одного ответа. Как? Почему? Он так и не позвонил. Хотя обещал. И это сообщение от матери. Странное, если не сказать больше. Какие документы? Я ещё неделю назад забрала всё из сейфа. Грунтовка шуршала под колёсами, успокаивая тело, но разгоняя мысли. Они крутились, как на детской «Ромашке». Почему Андрей так и не позвонил? Он сказал, что скажет мне что-то важное. Что это будет особенный вечер. И что? Я просидела у окна до двух часов ночи, сначала ожидая его звонка, потом злясь на него, и под конец я уже плакала, гася в пепельнице окурок.

Ворота загородного дома показались сразу за поворотом. Тяжёлые, кованные. А рядом…

- Твою мать! - удивлённо прошептала я. - А ты что тут делаешь?

Нет, я понимала, что Андрей что-то говорил про то, что пришло время знакомиться с родителями, но он не знал про загородный дом. И что сейчас? А сейчас, выйдя из машины, я смотрела на его «Порше» и понимала, что ничего не понимаю. Заглянув в салон, улыбнулась, на заднем сидении до сих пор валялся плюшевый плед. И перед глазами снова он, его руки на моей груди, жар его дыхания, обжигающий кожу, заставляющий меня выгибаться, подставляя грудь под его жадные губы. И толчки. Сильные. Глубокие, от которых я сходила с ума, превращаясь в животное.

Пальцы затряслись. Над губой выступил пот. Нервно сглотнув, обошла машину и толкнула тяжёлые ворота, которые разошлись в разные стороны с легким скрипом. А я опять задала себе вопрос: почему мать их не сделает механическими.

Ухоженный сад. Я сама рисовала эскизы и выбирала растения для ландшафтного дизайна, а этот тротуарный камень ждала целый месяц, пока его доставили из Италии.

Огромный трёхэтажный особняк. Мать всегда любила всё через чур. Слишком пафосно, слишком вычурно, слишком дорого-богато. Имела право. Она создала себя сама. С нуля. Простая девчонка-лимита из какого-то Зажопинска, приехавшая в Москву в конце девяностых и взявшая жизнь за яйца, прогнувшая этот город, который любит только победителей.

Дверь открылась абсолютно бесшумно. Ступеньки наверх, откуда доносятся приглушённые голоса. Сердце почему-то болезненно сжалось. Но я шла вперёд, чувствуя, как пальцы становятся ледяными, а дыхание сбивается. В гостиной никого не было, и те голоса… они доносились из другой комнаты. Из её спальни.

- Макс… Господи, Макс! Да! - надсадный стон.

Уфф, кажется, я не вовремя. Мать там с каким-то Максом, а я-то дура себе уже напридумывала. Нужно развернуться и уйти, заварить кофе и подождать её на кухне. Ведь Макс же когда-нибудь закончит.

- Люс… Суука… давай! Ммм… ты просто… Да!

Когда мир рушится, твоя задача не сорваться, зацепиться за край и попытаться хотя бы удержаться у самой пропасти. На этом самом краю.

Но я…

Я не удержалась.