Уплывшие корабли

Уплывшие корабли

Уплывшие корабли

I

Я помню, как маленький, в далеком детстве ходил на день моего городка. Точнее сказать меня водили. Водила мама. Еще точнее сказать от городка там только одно название: если бы в нем потребовалось собрать хотя бы три тысячи человек, то их пришлось бы нагребать по сусекам. Так вот, мы ходили.

Забросили все дела, вышли из домика и долго шли. Во всяком случае мне казалось, что долго. С другой стороны, я в этом возрасте уже к девяти вечера был дровами дрова и если, прожужжав перед этим все уши родителям, мне разрешалось-таки посмотреть на ночь фильм, то спустя минут двадцать я отрубался.

Празднование проходило возле завода. Оно было типичным для таких мест: звучала музыка тогдашней моды, сельские танцы, главными атрибутами которых являются задранные над головой локти, молотилка из рук и умопомрачительные телесные сгибания-разгибания. Помню, я устал дрыгаться, пару раз прыгнул и сел возле мамы. Через какое-то время к нам подошла незнакомая женщина. Она обратилась к маме, не уделив мне никакого внимания:

–– А что, он у вас так воспитан, что даже женщине не предлагает сесть?

Я сразу же встал, скромно показав рукой на освободившееся место на каменных ступеньках. Мама сказала ей что-то на взрослом. Что конкретно – не помню, но что-то в духе "иди куда шла" или "крути педали, пока не дали". Женщина сделалась похожей на облитую птицу и удалилась также стремительно, как подошла, а мама сказала мне, что людям некультурным и невоспитанным вовсе не обязательно места уступать. Вспоминаю это сейчас и прямо плакать хочется. Какой же добрый я был, как хорошо я был воспитан...

На этом празднестве мама купила мне большой шарик в форме кораблика. Надо сказать здесь, что та покупка стала для меня очередным открытием. К тому моменту я знал уже целых два вида шариков: первый – стандартный, которые дарят на дни рождения и запускают на последний звонок. Я лопнул один такой в бабушкиной гостиной, раздув его до гигантской величины (во истину детские впечатления – самые сильные. Шарик был такой же, как и продающиеся сейчас, это я всего-навсего был тогда маленький и он показался мне с половину меня. Прошло двадцать лет, а этот шарик так и остался в голове самым огромным).

Второй вид шариков, который мне также уже был известен – это длинный и узкий шарик, с которыми я познакомился, когда крестная с десяток таких на новый год. Крестная была из Владимира, шарики тоже, плюс не знакомые, в общем судьба обставила их появление экстравагантно. Оказалось из них можно свертеть животных или баранку. Ну, так крестная говорила. Однако сама их завязывать она не бралась, а я боялся их лопнуть и потому не сворачивал их, а использовал, как дубинку (я представлял, что это – мечи), лупя брата. Шарики издавали "буп", макушка Сереги что-то созвучное, весело, одним словом было.

А этот шарик был совсем другой. Он был в виде кораблика. Синего цвета и очень красивый. Было это давно и воображение из раза в раз рисует его то с пиратским черепом, то без него, поэтому за достоверное описание его внешнего облика не рискну поручиться. Помню только, что стоил он очень дорого. Это, опять же, скорее всего восприятие детства – стоил он на сколько-то дороже обычных, но только я силюсь напрячь свою память, как откуда-то из глубины звучит фантастическое «двести рублей!», которых он, разумеется, не мог тогда стоить.

Я игрался с ним, бегал, несколько раз отпускал веревочку. Что случилось, думаю, ясно. Он улетел. А я еще спохватился об этом так поздно – какое-то время его ее можно было схватить, если бы я попросил папу об этом. Он так и сказал мне, назвав в придачу дурындой, когда, проморгав шарик, я подошел к нему. До самого дома я грустил о шарике, а потом он забылся, как забывается все, и я бы о нем, возможно, больше не вспомнил, если бы брат не начал подтрунивал надо мной, напоминая о шарике. В пылу отнекивания, я очень лихо стал завираться, выдумал даже, что шарик недавно ко мне прилетал, что мы играли с ним и разговаривали, и что потом он вновь улетел. Рассказами, подобными этому я продолжал себя закапывать на протяжении нескольких лет, пока наконец сам не стал с них смеяться.

II

На десять лет мне подарили компьютер. Нет, я не хвастаюсь, просто хочу сам примерно понять, сколько мне было, когда на очередной день рождения мама подарила мне кораблик в бутылке. Лет двенадцать мне было, может одиннадцать...

Помню, как за несколько недель до этого она несколько раз заводила разговоры, направленные на придание ценности такому подарку. «–– Знаешь, что, Ваня? Сейчас время такое, на дни рождения детям стали дарить всякую дребедень. Игры компьютерные, еще что-нибудь этакое. А вот взрослым людям, людям серьезным на день рождения принято дарить что-нибудь статусное. Дорогое. Ценное.». «–– Мама, мама, а что можно подарить дорогое и ценное?». «–– Ну, даже не знаю, сынок. Ну, например, корабль в бутылке. Ты вот как думаешь?». «–– Корабль в бутылке я по телевизору видел» –– Говорил я, а про себя думал: «Чего в нем может быть ценного, его ведь даже оттуда не получиться вынуть?». Еще помню был такой разговор:

«Вот Ваня ты вырастешь, пойдешь работать начальником, будет у тебя свой кабинет». «–– Ага». «–– И в нем у тебя будет столик рабочий». «–– Рабочий столик?». «–– Рабочий столик. И будут у тебя секретарши. Будут они к тебе приходить, принесут кофэ, скажут, Иван Алексеевич, какой у тебя рабочий столик красивый!». «–– Да-а-а» –– Говорил я, т.к. я люблю кофе. «–– И какая красивая, интересная у тебя вещь есть на нем. Какая красивая, как у начальников!». «–– А что это за вещь?». «–– Ну, ты так спросишь... Даже не знаю. Что-нибудь ценное. Дорогое... Например, ну не знаю... Кораблик в бутылке. Его можно будет секретаршам показывать». «–– Да-а-а» –– Говорил я, переведя взгляд на окошко. За окошком соседские дети уже закончили расчленять стрекозу и теперь счастливо играли в выбивного, я тут сижу неясно зачем, слушаю, как меня, когда выросту, посадят за стол и как я зачем-то корабль в бутылке секретаршам буду показывать.