Управляющая приютом «краски жизни»

Глава 2

Голова раскалывалась. Я мерила шагами кабинет и не знала, куда бежать. Почему совет решил отобрать у нас дом? Немыслимо! Я села за стол, зажгла лампу и склонилась над документами. Читать получалось с трудом. Строчки расплывались. Мысли прыгали от одного к другому, но ни одна не давала решения.

Мне некому было пожаловаться. Кто стал бы слушать магичку из приюта, у которой за душой лишь дети, обязанности и старый маглет? Никто и не вспомнит о моей благородной крови, ведь от былой фамилии ничего не осталось.

Я поднесла кулак ко рту, чтобы не было слышно рыданий. Я пыталась успокоиться, но в горле стоял ком, мешающий дышать.

«Неужели нас лишат дома? Куда нам податься с детьми? Или их вообще отправят подальше от Ройвена... Но будут ли там смотреть за ними, как следует?»

Сжав волосы, я слегка их потянула. Боль отрезвила. Я закрыла глаза, но тут же их открыла, потому что дверь в кабинет с грохотом распахнулась.

— Ловейн! Чарльз сказал правду?

Голос Кассандры был встревоженным. Она замерла на пороге: вся растрепанная, с покрасневшим от бега лицом. Я протянула измятое извещение. Подруга быстро приблизилась к столу, выхватила лист и пробежалась взглядом по строкам. Сначала ее брови изогнулись, затем сошлись на переносице.

— Они издеваются? — Кассандра практически прорычала эти слова. — Да совет окончательно тронулся! Снести приют? Освободить территорию? Это же дети, Ловейн! Дети!

— Да, — прошептала я и почувствовала, как снова подступают слезы.

— Да как они посмели?! — Касс бросила извещение на стол, будто оно жгло ей пальцы. — Эти бюрократы думают только о собственных карманах! Чтобы им… Чтобы они…

Она выругалась. Громко и очень неподобающе для благородной леди. Я даже удивилась, где она такое услышала, а затем зашикала:

— Тише! Ты что? А если мои сорванцы услышат? Такие вещи они запоминают сразу.

— Прости. Других слов просто не нашлось! Нет! Это сколько наглости нужно иметь?

— Касс…

— Не раскисать! — не дала она мне вставить и слово. — Мы не будем сидеть и плакать! Мы что-нибудь придумаем... Я попрошу брата. У него есть связи. Совет обязан объясниться. Пусть пересматривают свое идиотское решение!

Я молча кивнула. Может, от отчаяния. А может, оттого, что внутри меня проснулся упрямый огонь. Тот, что никогда не гас, когда речь шла о детях из приюта. Когда-то я была среди них и понимала их чувства. Именно поэтому я не могла позволить себе слабость и решила бороться. За них, за этот дом, за справедливость.

В глубине души я знала, что затея глупая. Брат Кассандры почему-то закрыл глаза на нашу дружбу, но я чувствовала его неприязнь при каждой случайной встрече.

— Все равно нужны запасные варианты.

— Извини, Ловейн. Только плохие идеи приходят на ум.

— Например?

— Чтобы ты вышла замуж за человека с большей властью, чем имеет совет.

Я фыркнула и покачала головой.

— Замуж? Кто возьмет меня без приданого? Нет, Касс. Замужество не для меня.

— Тогда… Может, мне выйти замуж? Теоретически… я бы могла.

— Брось. Мне не нужны такие жертвы.

Сидели мы еще долго. Однако хороших решений так и не нашлось. Утром, разбитая и потерянная, я собралась наведаться в здание Городского совета и потребовать ответы. Садиться в маглет не стала и быстро об этом пожалела. Приют находился в живописном лесу. Приличной дороги не было, а потому я брела по узкой тропе и собирала подолом грязь и мелкие ветки. К концу пути вид у меня был, мягко говоря, непрезентабельный.

Каменные стены Городского совета давили. Я чувствовала себя такой маленькой и никчемной среди высоких колонн, что тянулись к потолку. Когда я вошла в приемный кабинет, несколько чиновников лениво подняли головы. Мужчина в темно-синем костюме оценил меня взглядом, от которого я съежилась. Так смотрят на грязь, налипшую на подошву дорогих туфель.

— Причины визита? — нехотя спросил он.

Я протянула извещение. Он лишь мельком взглянул на бумагу и пожал плечами.

— Все верно. Территория будет изъята в срок, указанный в документе. У вас возникли какие-то вопросы?

— Но вы… вы не имеете права! — мой голос сорвался. — Это приют. Наш дом… Там живут дети. Мы не можем…

— Вы обязаны, — безразлично перебил он. — Все документы уже утверждены. Решение окончательное.

— Но это же несправедливо! Незаконно! — выкрикнула я и ощутила, как внутри поднимается паника. — Уверена, что это ошибка…

— Ошибки нет, — сухо отрезал мужчина. — Нет подписи? Есть. Нет печати? Есть. Все законно, мисс. Если у вас все, то прошу покинуть кабинет. Мне нужно работать.

Горло сдавило. Слова больше не хотели произноситься, как бы я ни старалась их выдавить. Хоть что-то! Мне стало дурно. Я развернулась и выбежала в коридор. В ушах шумело. Слезы застилали обзор, поэтому я не заметила, что на выходе кто-то возник.

Мы столкнулись резко. Я буквально вылетела из дверей и сбила мужчину. Дорогой кожаный портфель выскользнул из его рук, и мы оба рухнули в грязную холодную лужу.