Управляющая приютом «краски жизни»

Глава 24

Стемнело. Еще один сложный день заканчивался. Я отошла от окна и принялась за подсчет финансов. Показав все собранные объявления из газет и городских стендов Кристоферу, я и не надеялась получить поддержку и дельный совет. Общими усилиями мы все же выбрали дом. Без проблем не обошлось, конечно. Расстояние от Ройвена выходило приличным и затрудняло работу нанятых учителей, но Кристофер пообещал разобраться с этим.

Теперь же я выписывала на отдельный лист суммы, которыми располагал приют. Внутренние убеждения боролись с необходимостью. Я сидела за столом, уставившись на цифры так, будто они могли сами сложиться в нужную сумму, если смотреть на них достаточно долго.

«Глупости какие лезут в голову!»

Магия в светильнике потрескивала, отбрасывая тени на стены кабинета и будто насмехаясь надо мной. То вытягивались, сжимались и исчезали, то возвращались вновь.

Большой каменный дом! На участке даже был сад и пристройки. Условия идеально подходили, чтобы разместить сорок человек. Только стоимость кусала и царапала — сто тридцать пять золотых.

Я медленно провела карандашом под последней строкой и закрыла глаза.

«Если сложить все… Абсолютно все! То я смогу его купить, но какой ценой?»

Деньги, предназначенные детям: на одежду, лекарства, продукты, неожиданные нужды. Сбережения, которые я годами откладывала, чтобы вручить в день совершеннолетия настоящим владельцам. Их я даже мысленно трогать не хотела. Это был неприкосновенный запас. Вовсе не мой, а детей. Коробки, что надежно прятались в сейфе, были опорой для их взрослой и самостоятельной жизни. Разве я могла ее отобрать?

Еще был чек Кларенса. Он лежал в папке, аккуратно вложенный между листами. Касс отдала его так просто, будто это был пустяк, а не сумма, способная закрыть часть вопроса. Я не решалась переписать с него цифры. Принять эти деньги — равносильно признанию в беспомощности. А я слишком долго училась выживать своими силами.

В городском банке я открыла вклад под хороший процент, как только вступила в должность, и мысленно поблагодарила школу благородных леди за финансовую грамотность. Обучение предполагало, что супруга должна знать эту хитрую науку и помогать мужу с отчетами. При этом иметь собственное дело для родовитой дамы считалось зазорным. Деньги зарабатывает глава семьи, а ты — подсчитывай. Вот такой противоречивый неписаный «закон».

За годы на счету накопилось сто золотых. Формально я могла снять их в любой момент, но фактически — это была моя страховка на особый случай.

«Закрыть вклад и остаться без подушки безопасности? — размышляла я, покусывая кончик карандаша. Дурная привычка, от которой не получалось избавиться в минуты волнений. — Ситуация ведь критическая!»

Еще оставались деньги, которые совет перечислил за незаконную покупку дома. Даже думать о том, чтобы их использовать, мне было противно. Как будто я соглашалась с тем, что дом уже не наш.

Я со злостью зачеркнула последнюю строку и прошептала в пустоту:

— Нет… Так нельзя!

В памяти всплыл разговор с Кристофером. Его спокойный голос, уверенный взгляд и ощущение безопасности. Не удивительно, что он сразу предложил спонсорскую помощь в виде пожертвования, а идею с кредитом сурово отмел.

— Ты видела проценты, Ловейн? Это не спасение, а еще она невидимая петля на шее.

Тогда я отказалась. Мягко, но твердо. Кристофер настаивал, возражал, но вскоре сдался, хоть и пообещал вернуться к этому разговору позже.

Я оперлась локтями о стол и спрятала лицо в ладонях. Мысль, которую посеял Кристофер, не давала покоя.

«А если все же принять? Взять деньги, чтобы спасти дом, а затем вернуть, как только все наладится. Это ли не идеальное решение?»

Выпрямившись, я посмотрела на лист заново, но уже с надеждой.

— Все верну, — сказала я вслух, словно давала клятву. — Верну до последнего медяка!

От неожиданного и странного хлопка я подскочила на стуле. Несколько секунд я прислушивалась к тишине кабинета, но звук больше не повторился. Даже собаки, которые временно перебрались в дом, не залаяли. Подумав, что мне могло и показаться, я стала собирать документы.

Дела всегда помогали мне вернуть ощущение контроля, поэтому я отправилась в прачечную. Корзина успела заполниться, и это означало, что можно заняться стиркой. Это было полезнее, чем тревожные мысли в голове прокручивать.

Источник успел восстановиться, и магия радостно откликнулась. Всполохи света закрутились передо мной, а затем превратились в нити. Повинуясь бытовым чарам, вещи приподнялись и поделились на две стопки: темные и светлые.​​

Артефакт, подаренный приюту Кристофером, почти не шумел. Лишь тихо урчал, вращая белье в разные стороны, что позволяло стирать даже ночью и не мешать обитателям дома. Панель мигала символами, отсчитывая этапы стирки, и этот размеренный ритм действовал на меня успокаивающе.

Я оперлась бедром о стол и просто наблюдала за прогрессом артефакторики. Веки тяжелели, в теле появлялась приятная усталость. Мелькнула мысль, что можно пойти и прилечь. Ведь контроль человека не требовался: закончится стирка, начнется сушка, а вещи можно достать и утром.

«Удобная все же штука! Не зря Касс так настаивала на покупке».