Упрямая принцесса для несносного дракона

Глава 15

Поход на рынок обеспечил меня не только продуктами, но и слухами. Разговорившись с торговками, я попыталась узнать последние новости о Лайнарии.

Принцесса, то есть я, оставалась без сознания с самой свадьбы. Андреас поселился во дворце. Хотя я, кажется, не успела сказать «да», церемонию посчитали состоявшейся. И теперь мой муж (к этому ещё надо привыкнуть!) вместе с моим отцом искали способ меня спасти. Пригласили лучших эльфийских целителей, но пока никто ничего не смог сделать.

При этом ходили и неприятные слухи, что в отравлении виноваты драконы. Как и дедушка Томас, торговки волновались, что случившееся означает начало войны. Хотя ничего пока не произошло, никто ни на кого не напал, да и официальных заявлений не делал, беспокойство всё равно разливалось в воздухе.

И это заставляло задуматься. Я могла бы потратить оставшиеся деньги на дорогу до Райдана. Стража вряд ли пустит меня во дворец, что бы я им ни сказала, но я знала один тайный ход. Я смогла бы прорваться и поговорить с Андреасом или отцом. Возможно, мне удалось бы доказать, что я — это я, а не хорошо осведомленная шпионка.

Но что будет дальше?

Если единственный способ меня «вылечить» требует крови фрионского принца, то это и есть готовый повод к войне. А не хотелось бы, чтобы страхи всех этих людей воплотились в жизнь.

Нет, самое правильное — решить всё тихо и без международного скандала. Это между мной и Джейданом, и не нашими странами.

Сделав ещё пару глубоких вдохов, я дождалась, пока успокоится сердцебиение. Затем встала и, взяв с дедушкиного стола бумагу и чернила, позвала дракончика.

— Скажи, ты дух или какое-то другое существо? — спросила я вслух. — Напиши ответ.

Перо поднялось в воздух, и макнувшись в чернильницу, вывело на листе:

«Я не знаю, кто я».

— Как ты связан с монетой?

«Я сплю внутри и не могу далеко улететь Но мне кажется, так было не всегда».

Звучало не слишком уверенно.

— Тебя правда зовут Кошмар?

«Кажется, да».

Уже второе «кажется».

— Ты потерял память? — догадалась я.

«Да».

— Что последнее ты помнишь?

«Темнота. Комната»

— Та самая комната, где я тебя нашла?

«Да».

— Ты знаешь, как тебя освободить?

«Нет».

После паузы перо дописало:

«Но я рад быть с тобой».

Я улыбнулась.

— Я тоже.

Выходит, сам дракончик не помнил, как оказался в комнатах покойного герцога Арлингейла. Он пугал всех входивших, потому что питался страхом. Но кроме этого мы ничего о нём, получается, не знали. Ни откуда он, ни как оказался привязан к монете.

— Я обязательно придумаю, как тебе помочь, — сказала я. — Только сначала надо вернуть мою жизнь. А для этого поступить в академию.

Положив перо и чернильницу на место, я покинула квартирку и спустилась на улицу. Здесь едва не столкнулась с какой-то разодетой дамой.

— Вы что, совсем не смотрите, куда идёте? — возмутилась она.

В руках у неё было три или четыре пакета с отпечатанным на боку драконом. Похоже, женщина основательно закупилась косметикой.

Игнорируя её, я решила и сама заглянуть в лавку. Не успела пересечь порог, как ко мне подскочила худенькая брюнетка в белом фартуке.

— Вам помочь? — поинтересовалась она.

Вроде бы вежливо, но звучало, как угроза.

— Хочу посмотреть на ваш товар, — ответила я, пытаясь её обойти.

Но девушка снова замаячила передо мной.

— Боюсь, наши средства вам не по карману, — заявила она.

Я бросила взгляд на один из ценников и быстро поняла, что таки да — не по карману. Но это не значит, что надо сообщать мне это в лицо.

— Может, ваши средства не стоит таких трат, — бросила я, больше чтобы повредничать.

Я знала, что косметика Ренуаль была самой лучшей. Мама отказывалась пользоваться другой.

— Наши кремы известны во всех пяти королевствах, — проговорила девица, не скрывая возмущения. — Мы поставляем косметику даже для Лайнарийского двора…

— И это даёт вам право хамить покупателям? — не удержалась я.

— Мадемуазель, прошу вас, покиньте лавку, — сквозь зубы процедила она.

Можно было бы, конечно, ещё препираться, но стало жалко времени.

Не прощаясь, я вышла на улицу. Дракончик появился у меня на плече и полпути возмущённо пыхтел в ухо.

— Не во всякую битву стоит ввязываться, — процитировала я своего отца. — Мы ещё сюда вернёмся. А силы лучше сберечь для академии.

Что-то подсказывало, что брать её придётся штурмом.