Уравнение с неизвестной (ознакомительный фрагмент)

Глава 18.

Ольга летела на работу в понедельник, окрыленная. Ей поскорее хотелось увидеть его…

Как он поведет себя по отношению к ней? Сделает вид, что ничего не было? Или же… Она все-таки надеялась, что их отношения найдут продолжение. От этой мысли ее сердце сладостно замирало.

Но ее полет, подрезав крылья, в один миг прервало письмо в большом конверте. Ее воздушное настроение улетучилось в одночасье.

Если поначалу, получив первое письмо, она еще могла подумать, что эти угрозы - чья-то жестокая шутка, то теперь уже не оставалось никаких сомнений, что неизвестный вовсе не собирался шутить. Это была явно целенаправленная миссия выжить ее из организации. Она погибала от беспокойства: кто знал ее тайну? Кто осмелился угрожать ей?

Чтобы немного отвлечься, Ольга уселась за стол и решила провести самостоятельное расследование.

Что ей было известно?

Во-первых, кто-то с завидной периодичностью, а именно, каждый будний день без перекуров и с перерывами на официальные выходные забрасывал ее письмами однотипного содержания. В итоге всякое утро ее рабочего дня начиналось с этого гадкого конверта. Ей это уже порядком надоело.

Она могла обратиться за помощью в службу безопасности фирмы, но ее настораживала фраза: «Я знаю Вашу тайну». Тайну свою раскрывать ей как бы совсем не хотелось. Ее беспокоил вопрос: «Тот, кто ей угрожал, действительно знал то, о чем она боялась или это был просто блеф, пшик, фейк, назовите как хотите». Этого она не знала. Могла только догадываться. Но полагаться на случайность она не любила. Из всего этого плавно вытекало во-вторых.

-Что же было во-вторых? – Ольга в задумчивости крутила сережку в ухе («Опять кручу эту сережку, так и ухо скоро оторву», - убрала она руку, но ненадолго. Эта привычка была в ней неискоренима).

В общем-то, на второе особо ничего и не было.

Просто надо копать самой, рассуждая логически и трезво. Что напрашивается само собой и не вызывает никаких сомнений - это то, что писатель находится где-то поблизости, работает с ней бок о бок, потому что налицо - явное столкновение интересов внутри компании.

Кому, к примеру, она могла перейти дорогу? Ведь именно ее устройство на должность главного бухгалтера сильно мешает составителю писем. Значит, ее присутствие, скорее всего, путает кому-то все карты и не дает вершить черные делишки. Может, она мешает как раз этому кроту, который сливает информацию конкурентам? А что? Вполне версия себе ничего. Имеет право на существование. Это точно.

Еще причины столь негативного к ней отношения могут быть личного характера. Какие именно? Индивидуальная неприязнь?

Маловероятно, - она мотнула головой, отвергая эту мысль. – С такой слабенькой причиной нужно быть просто маньяком каким-то, чтобы устроить такое преследование. Хотя, не стоит судить по себе. Может, она и вправду имеет дело с каким-нибудь шизофреником.

Ревность, карьера, любовь, ненависть, - она мысленно перебирала людские чувства и проблемы, которые могли стать причиной столь яростного к ней отношения.

Ольга повертела в руках конверт. На нем стоял штемпель Центрального административного округа.

«Кто из работников живет в центре? Это можно будет выяснить в службе персонала. Нужно только найти подходящий повод», - думала Ольга.

«Ой, какая я глупая, - оборвала она себя. – У нас же в бухгалтерии тоже есть такое досье. Отлично, - она уже потирала руки в предвкушении близкого разоблачения, но потом осеклась. - Боюсь, только, что это будет ложный след, - продолжала она с собой беседу. – Вряд ли кто будет так явно подставляться. К тому же офис их фирмы находится в Центральном округе. Поэтому эта ниточка с местом жительства никуда не ведет».

Самое вероятное, что письма опускали в почтовый ящик по пути с работы. Причем делали это регулярно и ответственно, чтобы она не скучала по причине перерывов в доставке корреспонденции к ней на рабочее место. К тому же конверт всегда был большой, хотя эта мелкая кляуза могла вполне уместиться и не в таком громоздком послании. Писака не разменивался на мелочи, действовал масштабно.

Тоже, кстати, характеризовало его богатый внутренний мир. Из этого следовало, что соискатель Пулитцеровской премии должен был ходить или с большой сумкой, или с пакетом. Да, дело очень даже осложнялось. Вычислить будет очень трудно. Но, как говорится, мы легких путей не ищем.

«Надо начать с собственного отдела», - решила Ольга.

Ведь она еще даже не была знакома со всеми работниками компании. А письма писал кто-то, кого она знала. Это уж наверняка. Это несколько облегчало поиски.