Уравнение с неизвестной (ознакомительный фрагмент)

Глава 22.

Гипотеза Ольги, ее детективная разработка, потерпела крах, не увенчавшись никаким, даже самомальским успехом. Она устало шла по коридору, отбивая ритм каблучками.

«Конечно, она тот еще Шерлок Холмс, и все эти ее перебирания вариантов сумок не имеют никакого значения в поисках того, кто представляет сейчас для нее опасность. То, что подходящей сумки у себя в отделе она не нашла (исключение – Николай и Мария Викторовна, но в их виновность ей как-то верилось с трудом), не имеет ровно никакого значения в поисках и никак не освобождает от подозрения того, кто прячется за холодными строчками».

-Ольга Валерьевна, Вы еще на работе? – услышала она знакомый голос над плечом, и сердце ее бешено заколотилось в груди.

 Она замерла на мгновение, а потом обернулась и встретилась с внимательным взглядом карих глаз:

-Да Вы тоже, я смотрю, не дома еще.

Завьялов тепло улыбнулся в ответ, обнажив в улыбке белоснежные зубы. Она почувствовала исходящий от него магнетизм, от которого у нее предательски защекотало в животе. На нем - однобортное кашемировое пальто от Бриони с меховой отделкой. Дорогое и лаконичное. Он собрался домой.

Он оторожно скользит ладонью по ее руке, вызывая легким незатейливым прикосновением неосознанный трепет в душе, почти беззвучно шепчет в ухо:

- Могу подвезти.

От его шепота, от его дыхания волна тонкого тепла разливается по всему ее телу. Кожа даже под тканью блузки ощущает горячее пламя его рук, оставляющее ожоги на ее теле. Она чувствует, как его простое прикосновение отзывается легкой дрожью в коленях. Запах его парфюма окутывает ее дурманящей дымкой. Она понимает, что у нее подкашиваются ноги, а она стоит всего лишь плавящейся свечкой в его руках. «Фух, в самом деле, нельзя же быть, как пятнадцатилетняя девчонка».

Она хотела сказать: «Да», а сама возьми и брякни, не пойми почему:

- Не надо, - и сама испугалась своих слов.

Почему отказала, глупая: неужели угроз Инессы испугалась? Или встреча с Кириллом, намеченная на вечер, отвлекла ее от правильного ответа, которое подсказывало ей сердце? А, может, она побоялась остаться с ним наедине, побоялась близости его всесокрушающей?

 Он на миг замер, отвел глаза в сторону, будто растерялся. Было очевидно, что он такого ответа не ожидал.

- Не везет мне сегодня, - горько ухмыльнулся он.

- Меня просто Кирилл внизу ждет, - жалобно пролепетала она, стараясь как-то оправдать себя.

- Понял, - его голос обманчиво спокоен.

Но Ольга видела, как напряглись мускулы на его лице, как заиграли желваки на скулах. Губы сжались в жесткую линию. И светившиеся до этого теплом его глаза вмиг потускнели, обдав ее волной грусти и холода.

Она уныло смотрела, как удаляется к выходу его широкоплечая фигура, и запах апельсина, приправленный древесными ароматами, убегает от нее вместе с ним.

Он стоял у лифта и думал о ней. Она своим отказом его зацепила. Задела что ли. На миг щемящая грусть, похожая на ревность, прокралась в его сердце, но он быстро отмел ее. В конце концов, она любима и любит другого. И какое ему до нее дело?

«Тьфу ты, Кирилл ее ждет. Подумать только! …Ну, а сам-то что? Что так взъерошился-то весь? В самом деле, глупо. Как мальчишка», - думал он, спускаясь на лифте вниз.

Его обычный лоск и абсолютная уверенность в себе немного потускнели. Около входа в здание его уже ждал Николай на Maserati. Завьялов стремительно запрыгнул в шикарный автомобиль и уехал.

Она же, спустя полчаса после того, как уехал Завьялов, спускаясь вниз в том же лифте, думала, с досадой крутя сережку:

«Это ж надо было такую глупость сморозить! Кирилл ее ждет! Ну вот только локоть себе откусить осталось».